неприятно было бы падать на голый пол.
Я успела только набрать в легкие новую порцию воздуха, как почувствовала все тело Зака сверху себя. Его твердые губы слегка поцеловали мои, и следом скользнули по щеке к скуле, и вдруг замер. У меня даже сердце прекратило свой бешеный темп. Но спустя мгновенье он начал движение к уху. Сердце снова забилось, хотя как-то беспокойно.
– Ты уверенна? – вдруг спросил он. Сердце мое вообще ушло в пятки. Неужели, он решил сомневаться? Сейчас? Когда я уже была на все сто процентов уверенна в твердости его намерений? Да он просто издевается!
– На двести процентов! Нет, на тысячу! – тихим, ели слышным голосом произнесла я, а потом, пока он медлил, добавила, – Я тоже сильно тебя люблю! Ты моя половинка!
Зак немного отпрянул, чтобы заглянуть мне в глаза. Не знаю, что он видел в моих, но его глаза были переполнены любовью и нежностью, только что слез не было.
– Люблю тебя, мое солнце! – произнес он и вновь прильнул ко мне. Теперь он твердо двигался вниз, с каждым сантиметром заставляя чаще биться сердце и замирать дыханье. Шея, плечи, ключица… Я замерла, даже сердце перестало биться. Он еще никогда ранее не касался моей груди, тем более губами. Его руки застыли, а ладони покрывали бюстгальтер. И вновь холодные губы нежно, чуть касаясь моей кожи, принялись за поцелуи. А руки в это время слега приподняли меня. Изумительно приятный щелчок и звук падающего белья…
О, Боже! Спасибо…
Проснулась я от холода. Я замерзла, чего обычно не бывало! Я открыла глаза и попыталась поднять голову, но Зак и сам выскальзывал из-под меня. Оказалось, что всю ночь я так и проспала голой у него на плече, прижавшись к нему всем телом. А если учесть, что я и ему не разрешила одеться… Конечно, я окоченела!
– Прости, я тебя заморозил, – начал Зак. У него был такой виноватый вид, будто он натворил что-то страшное.
– Ничего страшного! Горячий чай все исправит, – говорила я, улыбаясь. Зак сидел на другом краю кровати вполоборота. Я в тысячный раз осматривала его с ног до головы и обратно, примечая для себя, насколько он божественно красив!
– Я честно пытался отодвинуться, когда ты уснула. Но хватка у тебя смертельная. Я не смог вырваться, а будить тебя тоже не хотел, – продолжал он извиняться, будто я в чем-то его обвиняла.
– Тебе не в чем себя винить. Со мной все в полном порядке. Более чем просто в порядке. Эта ночь была самой прекрасной в моей жизни, – говорила я. Неужели, он этого не понимает? Мне просто не вериться.
– Чай говоришь? – как-то грустно спросил Зак и тут же умчался. Только дверь успела скрипнуть. Менее чем через полминуты он дверь вновь слегка скрипнула, и Зак появился с подносом в руках. На нем был небольшой чайник, чашка с блюдцем, молочник и несколько пирожных с конфетами. Я не могла не улыбнуться.
– Ты решил покормить меня посреди ночи? – усмехнулась я, встав с кровати, – Кстати, а когда ты успел одеться? – удивилась я, заметив на нем, одни лишь трусы-боксеры.
– Это ты называешь одеждой? – воскликнул он, но потом осмотрел меня с головы до ног. В этот момент в его глазах что-то заблестело ликующее. Мне это даже польстило, – Хотя, если сравнивать с тобой… Да, видимо, я одет! – согласился он с улыбкой до самых ушей.
– Эту несправедливость нужно исправить, – проговорила я, делая шаг ему навстречу. Теперь в глазах был какой-то непонятный для меня испуг. Неужели, я умудрилась сделать ему больно? Или ему и вовсе не понравилось?
Вдруг сердце пронзила грусть и отчаянье. Я повернулась, чисто автоматически, и направилась к кровати. Но не успела я даже сесть, как обернулась на его голос.
– Мела! – воскликнул он. Теперь испуг был не только в глазах, но и в голосе. Отчаянье вообще парализовало меня. Как безвольная кукла я рухнула на кровать, отвернувшись от него одновременно! Сзади раздался звон. Холодные руки твердо коснулись моих плечей и насильно развернули.
– Мела! что с тобой? Я обидел тебя чем-то? – спрашивал Зак. А он-то ничего и не понял! Даже смешно, если б не было так грустно.
– Тебе не понравилось, – только и произнесла я, закрывая лицо руками. Казалось, что слезы вот-вот прорвутся наружу.
– Что ты такое говоришь? Лучшей ночи у меня никогда не было! Да я и не рассчитывал на подобное! – говорил он, отрывая мои руки от лица, – Глупенькая! – одной рукой он держал мои кисти, а холодные пальцы другой нежно вытирали мокрые капли с моих щек. Все-таки выкатились! – Я люблю тебя больше самой жизни! Ты и есть моя жизнь. И даже если бы это было невозможно между нами, я никогда… Слышишь? – схватил он меня за плечи. Я могла даже сказать, что мне было немного больно, но синяки меня мало волновали! – Я никогда бы не отказался от тебя, если бы ты сама меня не отвергла.
– Я? – только и смогли произнести мои губы.
– Ты конечно! Кто же еще? Только ты важна для меня! И меня волнует то, что ты замерзла и не пьешь чай! – заботливо проговорил Зак. Вот я идиотка! Он всего лишь заботится обо мне!
– Значит, я не права? – задала я очередной глупый вопрос. Зак широко улыбнулся.
– Рад, признать, что хоть в чем-то ты не права! А если у тебя есть силы и желание… – он немного прищурился, а губы вытянулись в лукавую улыбку. Даже глаза немого сузились, – эту несправедливость я с огромным удовольствием исправлю!
Внутри меня все вновь воспарило и запорхало. Я, было, чуть двинулась к нему, чтобы поцеловать, но одним простым движением он остановил меня.
– Нет! Сначала горячий чай, чтобы я был уверен, что ты не мерзнешь, а потом…
Зачем еще были нужны слова? Прямо за его спиной на перевернутой
