на что я, собственно говоря, и рассчитывала. Но для полноты картины я стала закрывать глаза, имитируя концентрацию на силе.
– Нет! – взревел Габриель, хватая меня за плечи. Я мгновенно открыла глаза, не понимая его паники.
– Ладно! Я все поняла! Жду! – проговорила я, и он тут же скрылся среди деревьев. Я села на листву и замерла. Мне вдруг захотелось насладиться этим безумно приятным чувством любви и удовлетворенной страсти. Но в голове витал один не высказанный вопрос, который я задала при первой же возможности. Уже через несколько минут он вернулся сытый и вполне довольный.
– Почему ты так негативно относишься к моей охоте? – спросила я его сразу, как только он оказался от меня в паре сотен метров.
– А разве так не понятно? – удивился Габриель. Я нахмурилась. Неужели, я спрашивала, если б и без этого все понимала?
– Пойми, способности это хорошо. Иногда, даже отлично! Особенно в твоем случае! – говорил он, не смотря на меня. А вот мне никогда не нравились такого рода разговоры. Всегда создавалось впечатление, что от тебя либо что-то скрывают, либо оберегают от чего-то, чего ты пока не знаешь, но видимо желаешь узнать, либо для самого собеседника этот разговор слишком тяжелый.
– Габриель, – начала я, но он прервал меня, резко развернувшись ко мне лицом. Он заглядывал далеко вглубь моих глаз, а у меня сбивалось дыхание. В такие моменты я никогда не могла понять, чего он от меня добивается. Создавалось впечатление тихой пытки. Ты смотришь в его глаза и не можешь ни обмануть, ни увильнуть, ты вся в его власти.
– Как ты не понимаешь, способности это огромная ответственность. Ты не имеешь права потерять над собой контроль ни на минуту, даже на секунду или мгновенье. Ты всегда должна быть на чеку, и контролировать свои эмоции и слова. Тем более, когда твои способности боевые, когда ты можешь воздействовать на кого-то другого, будь то косвенно или непосредственно, – его взгляд вновь скользнул с моего лица и я вздохнула. Теперь он шел просто сел на землю, усыпанную листвой. Я никогда ранее не вдавалась в такие подробности. Я присела ярдом с ним, положив руку ему на плечо, при этом оставаясь напротив него.
– А еще они вызывают привычку или наоборот отвращение, – продолжал Габриель. Я не стала его прерывать, – Джанет, например, терпеть не может свою способность. Чтобы тогда уговорить ее воспользоваться ей, – он поднял на меня глаза. Все время до этого он смотрел на листву, – Ну, тогда, когда она пыталась стереть твои воспоминания, – видимо, он решил уточнить. Я лишь кивнула, чуть прикрыв глаза, в знак того, что прекрасно понимаю, о чем идет речь. Ох, как же у меня тогда болела голова! – Так вот Джанет никогда не использует ее без очень сильных аргументов и причин. Она считает, что залазить в чужие головы мерзко и неприлично как минимум. А как максимум жестоко. Ведь у нее очень сильная способность. Джанет может сделать из человека свою личную марионетку, причем объект ее пристального внимания и не поймет толком, что с ним происходит.
– Ну, я бы не сказала, что Джанет такая уж сильная, – позволила я себе усомниться, – насколько мне помниться, стереть мои воспоминания она так и не смогла.
– Она не смогла стереть нужные воспоминания, зато забрала часть твоих текущих воспоминаний. К тому же ее способность заключается не в стирании памяти, а в подавлении, – отвечал Габриель.
– То есть? – не совсем поняла я.
– То есть, Джанет не может стереть твои воспоминания, она может их лишь заблокировать, – объяснял он, а я по-прежнему хмурилась, – Ты не будешь о них вспоминать, обдумывать и все подобное. Они будут в твоей голове, но ты сама не будешь к ним обращаться.
– Нечитаемый формат файла, – тихо и задумчиво произнесла я. Габриель лишь усмехнулся.
– Да, что-то подобное! – ответил Габриель, мотая головой. Я же вновь нахмурилась.
– Что опять не так? Я не правильно поняла? – немного возмущенно спросила я. Габриель поднял на меня свои прекрасные глаза.
– Нет, ты все правильно поняла, просто я не ожидал, что ты переведешь мои слова подобным образом. Никогда не замечал, что ты любишь компьютеры, – улыбался он.
– Я и не люблю компьютеры. Просто слишком уж часто мне приходилось сталкиваться с нечитаемыми файлами. Вроде бы все сделала правильно, скачала, сохранила, а он не открывается зараза!
Габриель широко улыбнулся и, немного придвинувшись, обнял меня за плечи, крепко прижимая к себе. Я же воспользовалась моментом и положила свою голову ему на грудь. Так было странно не слышать биение сердца во вздымающейся груди. Я сглотнула от досады и тут же почувствовала нежную руку, плывущую по моим волосам. От прикосновений Габриеля у меня шли мурашки по коже. Я даже от удовольствия глаза закрыла.
– Но ты же сказал, что Джанет может сделать из человека марионетку. Но если я не ошибаюсь простой блокировкой воспоминаний этого добиться нельзя! Значит, она может что-то еще? – озвучила я вдруг возникший у меня вопрос.
– Верно. Она может не только это. Джанет может вложить человеку свои мысли, в том числе и приказы. Она не подавляет его волю, а просто заменяет его желания своими. И получается, что человек считает ее указания своими истинными желаниями.
– То есть, Джанет может заставить человека сделать то, что он сам никогда бы не сделал? – решила уточнить я. Мне же нужно убедиться, что я все правильно поняла.
– Да! Но она ужасно не любит вмешиваться в чужую жизнь, нести ответственность за действия этого человека, – со вздохом отвечал мне Габриель. А я по-прежнему не могла понять его причин не любить способности. У него-то они совершенно безобидные!
– Прости меня конечно, Габриель, но я не понимаю твоих негативных эмоций по этому поводу. То, что Джанет не нравятся ее способности, и она отказывается ими пользоваться это еще не повод не любить все способности подряд.
– Каждая
