учетом прошедшего времени, вполне реально найти потерянный баул и успеть обратно затемно.
Пацан и впрямь случайно споткнулся о корягу и грохнулся наземь, покатившись на дно широкого оврага, где благополучно и остановился, ударившись о кусок камня, неведомо какими путями попавшего в самый центр лесного массива.
В принципе можно забить и пойти домой. Отговорка есть — ссадина на затылке. Проблема в том, что злобному старикашке на это абсолютно плевать. Хоть весь в крови приползи, но проклятые травки притащи обязательно.
Думая о сложившейся ситуации, я с удивлением осознал, что принял факт вселения в чужое тело невероятно легко. Не было ни истерики, ни психологического шока, ничего такого, чего можно ожидать в подобных условиях. Я не спятил и не сошел с ума, хохоча, как безумец.
А слияние памяти? Тоже что-то невообразимое. Но и тут все прошло удивительно гладко. Две личности будто слились, формируя совершенно иного человека, отличного от первоначальных заготовок, послуживших базой для нового «я».
С одной стороны, легкость восприятия совершенно невозможных в обычной жизни вещей радовала. Поехать крышей и слететь с катушек как-то совершенно не улыбалось.
С другой, выглядело это невероятно подозрительно. Почему нет последствий? Разве так должно быть? И как вообще должно быть? Если уж на то пошло.
И опять куча вопросов без внятных ответов.
В конечном итоге, решил пока не ломать голову над этим, здраво рассудив, что не имею сейчас возможности разгадать причины случившегося. Надо сосредоточиться на более насущных проблемах. Например, пойти и отыскать дурацкий мешок и принести его в башню.
Для меня прежнего это выглядело полным безумием. Тащиться обратно, с дыркой в голове, рискуя потерять сознание и потом не проснуться, да еще по лесу — кто бы предложил, молча покрутил пальцем у виска и послал куда подальше.
Но Эри знал, что в таком случае, можно не только не дождаться еды, но и оказание первой помощи становилось под большой вопрос.
То есть, «сволочь из башни» запросто мог не вылечить рану и отправить пацана спать, не только без жратвы, но и с пробитым затылком. А уж очнется ли тот поутру, старика волновало мало.
И никакая отмазка там не сработает, набрехать с три короба не получится. Нет травок — нет ужина и соответственно нет ничего остального. Тратить драгоценную микстуру для лечения «мелкого тунеядца» старик ни за что не будет.
Вот такие жестокие нравы. О гуманизме и общечеловеческих ценностях тут и слыхать не слыхивали.
Имелся правда небольшой шанс, что чародей все же побоится потерять удобного «помощника», стоящего на положение служки. Но опять же, чего-то конкретного ожидать не стоило. Пятьдесят на пятьдесят. Может пожалеет и вылечит, потому что не захочет лишний раз напрягаться и искать замену. А может плюнет и не станет ничего делать. Слишком много факторов, могущих повлиять на окончательное решение. Вплоть до настроения у старика сегодня.
Чуть раздражен — склеишь ласты. Благодушен — спасет. С учетом того, что обычно Гренвир тот еще по жизни брюзга и вечно ворчащий урод, ждать от него чего-то хорошего не приходилось.
Пацан твердо знал об этом, поэтому никогда не рисковал. И основываясь на его старом опыте, я решил поступить схожим образом.
Короче двинул обратно.
Пользуясь знаниями о лесе от «реципиента», в чью тушку подсадили мое сознание, найти дорогу оказалось гораздо легче. Для начала не стал возвращаться назад по старым следам. Вместо этого двинулся от родника на север, нашел более пологий склон и забрался на вершину, откуда так неудачно скатился. Дальше проще, пошел вдоль края обрыва.
Потерянный мешок нашелся на месте падения. К счастью, он не упал вниз вслед за хозяином и остался наверху.
— Ладно еще старый хрыч не заставил сегодня искать корешки, — пробормотал я, поднимая котомку из плотной холстины. — Запарился бы тащить.
Сказал и опять подумал, что слияние разумов прошло удивительно гладко. Чуть ли не буднично. Никаких тебе противоречий, раздвоений личности или еще какого похожего дерьма с нарушением психики.
Это действительно радовало. Сойти с ума, попав в другой мир — однозначно не то, что нужно невольному путешественнику.
Я вдруг споткнулся и остановился. Господи, а ведь точно, выходит я в другом мире! И Земля осталась непонятно где.
Как вернуться? И возможно ли это сделать? А если да, то как потом попасть обратно в свое тело? И есть ли оно вообще? На меня накатила тоска. Понимание факта, что возможно где-то там далеко я умер вызывало депрессию.
Пришлось брать себя в руки. Встряхнуться и постараться не думать о худшем. Главное сейчас не поддаваться унынию. Здесь и сейчас я жив, а это уже немало, учитывая всю дикость случившегося безумия.
Я брел, лес вокруг неохотно менялся. Появились больше просветов наверху, деревья не стояли неприступной стеной, кустарника стало поменьше, буреломы и вовсе исчезли.
Вскоре вышел на опушку, заливной луг высокой травы уходил за бескрайний горизонт, солнце уже перевалило зенит.
Ноги Эри сами повернули на запад и уверенно зашагали по едва видневшейся тропинке с края нескошенного поля. Память мальчика услужливо подсказала, что где-то там должна находиться деревня. Но мне не туда, там помощи ждать бесполезнее, чем в башне. Селяне крайне настороженно относились к чародею и его подмастерью, хотя при случае не чурались брать звонкое серебро за продукты.
Шел тяжело, несмотря на то, что голова болеть перестала, общая слабость никуда не исчезла, тошнота лишь слегка отступила. Жутко хотелось прилечь, ни о чем не думать и просто заснуть.
А еще проклятый мешок. Пусть внутри и не коренья, а травки, все равно камнем висел на спине, оттягивая измученные руки.
Обитель волшебника появилась не сразу, неторопливо вырастала с каждым пройденным шагом. Сначала крыша с остроконечным шпилем, выложенная крупной черепицей. За ней серые стены, грубой каменной кладки. Потом проступило узкое окно, похожее на бойницу. И только после выступил край деревянного частокола, окружавшего пузатую башню по периметру.
Последние силы ушли на то, чтобы доковылять до калитки, без сил бросить мешок не землю и медленно заваливаться на бок. Дальше темнота и потеря сознания.
Глава 2
Глава 2.
Наутро проснулся поразительно бодрым. Первая мысль: приснится же такое. Блуждание по лесу с каким-то дурацким мешком, вселение в чужое тело…
Тут же остановился, замер. Воспоминания Эри никуда не исчезли, как в общем-то и измененная личность. Я четко осознавал, что я — это уже и не я вовсе, а некто другой.
Проклятье! Это был не сон, все происходит на самом деле.
Рука сама потянулась к затылку. Есть небольшой рубец, волосы острижены, пальцы нащупали гладкую кожу вокруг заштопанной раны. Что любопытно, никакой повязки нет. Рана такая, будто ей уже не одна неделя.
Поразительно! Куда там современной медицине.
Или все прозаичнее? И я просто провалялся в
