было позднее, так что я оставил Пак Сумин вместе с людьми Юн Донджина, а сам отправился в гостиницу. Тут было меньше лишних глаз, да и на ногах мне слишком долго находиться не стоило. Швы с моей раны все еще не сняли, так что мне нужна была возможность прилечь.
— Скажи, что ты заказал поесть, — простонала Пак Сумин, проигнорировав мой вопрос про самолет. — Я с самого утра ничего не ела…
Впрочем, отвечать на этот вопрос мне не пришлось. Годзилла пошла на запах еды, который шел от специального столика обслуживания в номерах, и уже стала греметь клошами.
— Почему выглядит так, будто бы они ненавидят своих гостей? — возмутилась Пак Сумин. — Это европейская кухня?
— Пришлось бронировать первый попавшийся отель, в котором были места, — ответил я, глядя на месиво из тушеных овощей и какого-то мяса на одной из тарелок. Сам я тоже еще не ел, но и аппетита не было. Перебился орешками из мини-бара и в целом был сыт. Все равно за номер платит начальство.
— Я эту гадость есть не буду, — категорично заявила годзилла, и я даже почувствовал гордость за те блюда, которые готовил ей по выходным. Реакция Пак Хи Шуня на мой бешамель все еще неприятно скребла внутри черепушки.
— Тут на углу есть супермаркет, пошли поедим, — предложил я.
Годзилла замерла, глядя на меня голодным взглядом.
— А пошли, — внезапно подорвалась девушка. — Только учти, если и там будет какая-нибудь дрянь…
— Когда я обманывал тебя в плане еды?
— Ты называешь сырный булдак с сосисочками, который ты постоянно наворачиваешь по утрам, полноценной едой?
— Но вкусно же.
— Ну да…
Когда через десять минут мы зашли в небольшой круглосуточный магазинчик самообслуживания, в котором привычно стояли в ряд столы, а возле стены разместились микроволновки, Пак Сумин даже немного растерялась. Время было уже довольно позднее, так что я прямой наводкой отправился к полкам с готовыми комплектами. Пока девушка рассматривала сотню видов лапши быстрого приготовления, быстро выбрал нам по целому подносу-набору за семь с половиной тысяч вон каждый, взял пару стаканов со льдом и по напитку. Никакого пива. Пить алкоголь Пак Сумин пока не стоило — вернемся в Сеул, тогда и расслабится. Еще в моих руках оказался мясной набор из различных колбасок, несколько соусов и пакетик острой кимчи.
Вся закупка обошлась в двадцать одну тысячу пятьсот вон. Я загрузил оба комплекта в микроволновки, а сам устроился за столиком — открывать соусы и разливать напитки по пластиковым стаканчикам.
Пак Сумин же сидела, крутила в руках упаковку одноразовых палочек и оглядывалась по сторонам, наблюдая за редкими посетителями, которые входили и выходили из магазина. Через несколько минут все было готово и мы приступили к позднему ужину.
— Скажи, зачем тебе вообще рисоварка? — удивилась девушка, опуская палочки в весьма внушительную порцию отварного риса, которая занимала примерно половину объема подноса.
Кроме риса тут было всего по чуть-чуть: два кружочка вареной колбасы, две маленькие сосисочки, пара ломтиков острой кимчи, какое-то тушеное мясо и даже одна креветка в темпуре. Типичный корейский обеденный набор с превеликим множеством различных позиций. К этому разнообразию я добавил еще лоток мясной нарезки, соусы и дополнительную кимчи, сделав наш ужин совсем уж богатым.
— Свежий рис все равно вкуснее, — ответил я. — Да и я уже рассказывал. Рисоварка это очень крутое приобретение.
— Ты хочешь сказать, тебе оно когда-то казалось очень крутым, так? — уточнила Пак Сумин, налегая на набор. — М-м-м! Или я такая голодная, или это и вправду вкусно!
— Я думаю, все и сразу. Хороший комплект. И нет, я до сих пор считаю рисоварку крутой покупкой, — ответил я.
— Сказал владелец Майбаха, — фыркнула годзилла.
— Майбах это тоже круто, — согласился я. — Но рисоварка это все же другое.
Красно-белое яйцо удачно пережило налет на квартиру и теперь, как и все мои вещи, переехала в пентхаус Пак Сумин. Интересно, если я свяжусь с представителями компании-производителя, как они отреагируют? Но вообще рекламный слоган получился бы отличный: «Рисоварки Cuckoo! Нас выбирают даже чеболи!»
Тихо хрюкнув от мысли о том, что в какой-нибудь параллельной вселенной по всей Корее могли бы висеть фотографии Пак Сумин с моей рисоваркой в руках, я попытался сконцентрироваться на еде.
— Чего ржешь?
— Да понял тут, что у моей рисоварки фантастический карьерный рост, — улыбнулся я. — От дешевой квартирки в районе Хёндэ до пентхауса в центре Сеула.
— Я иногда вообще не понимаю, как ты думаешь, — покачала головой годзилла.
Продолжили есть уже в тишине. Мы на самом деле были голодны, но уже завтра вечером мы оба отправимся обратно в Сеул. Основные вопросы были улажены, ответственные назначены, совсем провинившиеся и завравшиеся сотрудники — уволены. Все остальное зависит от того сможет ли Пак Сумин быстро найти замену управляющему ее личного фонда, из-за предательства которого вся эта ситуация и смогла возникнуть. А такого человека уж точно стоит искать не в Пусане, а поближе к дому — в Сеуле.
Глава 2
По возвращению в Сеул у Пак Сумин была сразу же назначена важная встреча. Сегодня в столичный офис ее фонда должны были приехать аудиторы из консалтинговой компании, которых срочно наняла годзилла. Как объяснила сама девушка — сейчас это наилучшее решение в сложившейся ситуации, так как быстро найти преданного человека она не сможет, а потенциальные вредители как внутри бизнес-структур, так и внутри ее фонда еще могли остаться. И даже больше — она была уверена в том, что таких людей еще предостаточно.
Консалтинговые же агентства, особенно с международным именем, дорожат своей репутацией и уж точно какие-то локальные дрязги на двадцать миллиардов вон соблазнить их не смогут. Именно поэтому подобные организации и существуют на рынке.
— И сколько это будет тебе стоить? — спросил я, когда мы утром ехали
