а на деле сам несуществующих грабителей испугался? Трус! Нет уж, ни за что не дам ей такой козырь.
– Семен! Ты на часы смотрел?! – Глаза закатывает, заваливается на нокаутированную после ночных кошмаров кровать. – А еще на меня ворчишь, что я долго собираюсь! Знала бы, что ты еще даже не оделся, могла бы два часа плюсом поспать.
О чем она говорит? Взгляд падает на часы, Рита права, время 9:01! Не может быть! Я десять минут назад из ванны вышел, волосы не высохли! Подшутить решила? На нее не походит… Рукой по голове провожу: волосы сухие. Как я мог не заметить пролетевшие два часа? Недовольство Рыжика с примесью подковырки быстро сменяется озадаченностью, заметила, что со мной что-то не так, прищурилась, своим фирменным магнетическим взглядом на атомы разбирает. Точно в роду были ведьмы, ничего от нее не скроешь! Каждый шаг наперед видит, иногда кажется, что мысли читает. Да и я, как баран, с первого взгляда в эту зеленоглазку влюбился, без магии здесь явно не обошлось.
– Что-то случилось? Сем, ты в порядке?
– С чего ты взяла? – перевожу тему, нависаю над ней всем телом. Ноги вынудил раздвинуть, руки прижал по сторонам, вдавливая в кровать. Не совсем привычная поза, заставляет воображение разыграться, жаль, в прошлый раз наручники так и не купил. Последние были хлипкие, с фиолетовым пушком, полный кринж, но к этому костюму сейчас как раз бы подошли. Рита спину выгнула, губы закусывает, готова к продолжению, ей нравится эта игра, как и мне, почему бы не попробовать?
Перед глазами всплывают стены психушки, отбивая все желание похлеще струи холодного душа. Вот же угораздило! Под землю готов провалиться, стыдоба!
– Что не так? – Рыжик ширинку расстегивает, глазища удивленные на меня поднимает, не ожидала такой подставы. Сам не ожидал! Маргарита – настоящая красотка, правильные черты лица, выразительные зеленые глаза, губки бантиком, белоснежная кожа с веснушками и волнистые ярко-рыжие волосы чуть ниже лопаток. Да и с фигурой все отлично, высший пилотаж! Стройная, животик подтянутый с прессом, попка накачанная, ноги, как говорится, от ушей, грудь хоть и не большая, но очень соблазнительной формы и с чувствительными сосками. Кому скажи, что не встал, не поверят, пятно позора на моей честной репутации. Похоже, мне действительно пора показаться врачу!
– Извини. – Ложусь рядом, как провинившийся недоросль, закрываю лицо подушкой. Прежде таких осечек не было, если не считать первый раз, но там зелень неопытная, можно простить, сейчас оправдания сам леший не придумает!
– Сем, что происходит? – мурлыкнула, устраиваясь на груди, как кошечка. – Я все равно не отстану, выкладывай!
– Сны, – сам от себя не ожидал, не хотел рассказывать. Нервы не выдержали, язык мой – враг мой. – Все дело в кошмарах. Не знаю, которую по счету ночь не сплю. Это как паранойя! Стоит только закрыть глаза, я оказываюсь в психушке, сижу в инвалидном кресле и не могу двигаться. Пытаюсь закричать, позвать на помощь, но в ответ тишина, я даже голоса своего не слышу, понимаешь? – Риторический вопрос. Глупый. Я сам не могу понять, а как может человек, который с этим никогда не сталкивался? – Всегда одно и то же место: небольшая одноместная палата, кровать с ортопедическим механизмом, что-то похожее на столик, совмещенный с тумбой, и мерцающая лампа. Знаю, что звучит нелепо, но даже лица персонала не меняются. Двое бритых санитаров, под два метра роста, медсестра в круглых очках лет сорока пяти с короткой стрижкой и кто-то еще, я назвал его «наблюдатель», сколько ни пытался разглядеть, не выходит.
– Тамара Андреевна? – улыбается Рыжик, глаза прищурила. С чего она так решила и почему именно Тамара Андреевна? Имя кажется знакомым, но разум категорически отказывается вспоминать, где я его слышал. – Сем! Преподша по экономике, сколько ты мне на нее жаловался, пока зачет не получил, говорил, что она у тебя всю кровь выпила. Ей на вид как раз под пятьдесят, стрижка короткая и очки, только не круглые, а прямоугольные, но для усиления антагониста кошмара твой мозг вполне мог доработать образ аксессуаром фюрера. Усиков у нее случайно не было? Черненьких, ровно выбритых, прямо под носом!
Ясно. Шутит. Натягиваю кривую улыбку, не хочется обижать, Ритка растормошить пытается, из кокона вытащить. Бесполезно, даже рядом с ней не получается думать ни о чем, кроме психушки.
– Преподша – темненькая пухлая барышня, а эта худая, почти тощая, со светлыми волосами, – выдаю в ответ. Рыжик не понимает, наука еще не дошла до таких технологий, чтобы транслировать мысли с картинками прямо в голову собеседника, вот и предположила самое очевидное. Во снах часто всплывают образы, которые в реале довели до белого каления. – Ерунда. Прости, осечек больше не повторится, обещаю. Перенервничал. – Прижимаю ее к себе, не хватало ее грузить своими проблемами. Ритка и без того нервничает из-за предстоящего похода, предчувствие у нее плохое, вторую неделю с ней воюем, при любом удобном случае отговорить пытается. Очередной повод дал, от самого себя тошно. Не вафля размякшая, чтобы девчонке в жилетку плакаться, к тому же лекцию на тему психоэмоционального перенапряжения, развившегося на фоне хронического стресса и плавно перетекающего в эмоциональное выгорание, я с пар прекрасно помню. Не тот случай. Уверен. – Все отлично, голову нужно проветрить. Вылазка в горы будет как никогда кстати. Дай мне пару минут, и я буду готов к пробежке. Или мы можем остаться здесь и исправить мой косяк?
– Ты правда считаешь, что можешь так просто от меня отделаться? – Из-под руки выбирается, закатывая глаза. – Дело не в сексе, Сем! В последнее время ты сам не свой, отстраненный, замкнутый, иногда мне кажется, что ты находишься не здесь. К примеру, можешь по полчаса смотреть в одну и ту же точку. Сначала я думала, что это из-за дипломной работы, экзаменов, но вдруг причина глубже, скрытые воспоминания из детства, неразрешенная травма? Ты знал, что, если ребенок подвергся насилию, сознание может закрыть болезненные эпизоды на долгие годы?
– Хочешь сказать, что родители били меня в детстве или соседский педофил подловил в углу? – усмехаюсь в ответ. Как всегда, в своем репертуаре, отличный из нее мозгоправ выйдет, но тенденция неутешительная, не хотелось бы, чтобы будущая жена всю жизнь копалась в моих извилинах.
– Все могло быть не так очевидно и банально, к тому же Владимир Иннокентьевич и Анна Алексеевна самые настоящие ангелочки! Шлепок по попе и десять минут в углу не считается тяжелой психологической травмой, – морщит нос Рыжик, постукивая ноготками со свежим маникюром по спинке кровати. – Нельзя отрицать, что в
