Александра понять не могла, отчего они вели себя так странно – разве только что узнали от жены кондитера какие-то приятные новости.
– Джулия! Виктория! – окликнула она. – В чем дело? Что случилось?
Александра услышала шум приближающегося экипажа. Обернувшись к ней, сестры радостно вскрикнули. Подобрав юбки и забыв о рассыпавшихся свертках, они выбежали на мостовую.
– Стойте! Подождите! – закричала Александра.
– Что за черт! – прогремел мужской голос. – Тпру! Тпру!
В последний момент девушки с визгом отскочили. Лошади остановились в нескольких футах от Александры. Морды у них были покрыты пеной.
Подбежав к ним, Александра увидела, что сестры перепуганы, но невредимы.
– Слава богу, с вами все в порядке! – воскликнула она. – С чего это вы выскочили на дорогу как сумасшедшие?
– Да, это было глупо, Аликс, – сказала Виктория, – но мы только что узнали замечательную новость. Ты просто не поверишь!
– Какое это имеет значение? – резко оборвала ее Александра. – Вы чуть не погибли из-за вашей неосторожности!
– Но мы же не погибли, Аликс! – возразила Джулия. – Как это на тебя похоже – вести себя так, словно конец света настал оттого, что пошел Дождь! – добавила она с негодованием. – Я заметила экипаж как раз вовремя, чтобы избежать опасности. И Виктория тоже.
– Вовремя? Джулия, не будь дурочкой! Тебя чуть не сбила четверка лошадей, и надо ли говорить, что бы с тобой сталось, окажись ты под их копытами? Но я не стану с тобой пререкаться, мое единственное желание сейчас – перемолвиться с хозяином этих лошадей! Подумать только! Каким нужно быть идиотом, чтобы так бессмысленно рисковать жизнью людей!
Повернувшись на каблуках, Александра направилась к злополучной карете. В таком экипаже могла бы уместиться целая компания щеголей, собравшихся на скачки. На дверце красовался герб – девушка не обратила на него ни малейшего внимания, – на запятках помещались два грума, а рядом с кучером сидел худощавый высокий человек, чье лицо показалось ей знакомым.
Правивший лошадьми джентльмен спустился с козел, и гнев Александры еще более распалился при виде его плаща. Такие плащи носили члены известного клуба, чьим любимым занятием были карточная игра и всякие грубые развлечения вроде присутствия на боксерских матчах. На кудрявые волосы была низко надвинута бобровая шапка. Александра уже приготовилась излить на щеголя свое негодование, но, когда он повернулся к ней, единственное, что девушка могла с отвращением выговорить, было:
– Вы!
Слегка изогнул в ответ темную бровь Ньюлин Сент-Ив, восьмой виконт Лонстон, и на его красивом лице появилась насмешливая улыбка.
– Мне следовало бы догадаться! – воскликнула она. – Кто еще может так пренебрегать общественной безопасностью!
– А эти две молодые особы ваши сестры! Кто еще, кроме сестер Стэйпл, способен перебегать улицу перед четверкой лошадей?
Александра гневно воззрилась на виконта. Как она его всегда презирала! Ну, не то чтобы всегда – но ей очень хотелось забыть их первую встречу. Тогда она не знала, кто он такой, и никогда больше не позволяла себе вспоминать о его поцелуе и том наслаждении, которое испытала в его объятиях. Нет, Александра и сейчас не станет вспоминать об этом – ни на одну минуту!
– Не будем говорить о моих сестрах, милорд. – Она с удовольствием выговорила это обращение тем презрительным тоном, от которого в глазах Лонстона появлялся опасный блеск. – А если бы это были дети, которых всегда много на улицах маленького городка? Что, если бы на вашем пути оказался ребенок? Что бы случилось тогда? Он погиб бы под копытами ваших лошадей!
Виконт, похоже, слегка опешил.
– Полагаю, порядочные родители не позволяют детям играть на дороге.
– О да, разумеется! – насмешливо отозвалась девушка. – Я совсем забыла, что все должны расступаться перед вами. Как же, едет сам лорд Лонстон! Какая же я глупая!
Ноздри его раздулись, карие глаза вспыхнули. Схватив ее за руку выше локтя, он довольно бесцеремонно увлек ее в сторону от кареты и сидевшего на козлах человека, в котором Александра узнала лучшего друга виконта, достопочтенного мистера Джорджа Тринера.
– Как вы смеете! – прошептал Лонстон. – Как вы смеете постоянно говорить со мной таким надменным, дерзким тоном, леди Александра! Хотелось бы мне хоть раз – один только раз! – увидеть вас настоящей женщиной – с добрым сердцем и мягкой речью, как в тот день, когда я впервые встретил вас! И позвольте дать вам совет, мисс: вы рискуете окончить свои дни старой девой. В вашей самодовольной самоуверенности, когда вы начинаете читать нотации, очень мало привлекательного!
Александра взглянула в его загоревшиеся глаза. Никогда ни один мужчина не говорил с ней так. Она попыталась отнять руку, но виконт держал ее крепко. Девушка открыла рот, чтобы сказать что-то, но не нашла слов. Замечание Лонстона сильно задело ее – и к тому были основания. Она всегда презирала самодовольных, тщеславных людей. Неужели и в ней самой есть эти черты? В смятении Александра могла только вернуться к главному волновавшему ее вопросу.
– Речь не о моих недостатках. Потрудитесь только взглянуть на детей на лугу, и вы поймете причину моей озабоченности.
Виконт не последовал ее совету, но все так же гневно смотрел ей в глаза, не отпуская руку. Александра поняла, что он ее не слышит: мысли его заняты чем-то другим.
У нее внезапно перехватило дыхание. Забыв его раздражение и упреки, она подумала, что куда легче было бы иметь дело с этим человеком, не будь он так хорош собой. Александра испытывала неловкость, позволяя себе вглядываться в его черты, но никак не могла удержаться от искушения. Светлые волосы виконта местами выгорели после многих лет пребывания под жарким солнцем Индии. Карие миндалевидные глаза казались темными в полумраке и зеленовато-серыми при солнечном свете. Легкие морщинки вокруг глаз напоминали о годах, проведенных вне берегов Англии. В античном профиле его чудилось нечто хищное, а округлый, почти женственный подбородок говорил тем не менее о твердости нрава. Низкие, по моде, воротнички, темно-красный шарф и темный плащ выгодно подчеркивали его светлые волосы, карие глаза и смуглую кожу. Александра изумленно поняла, что, если бы не ее презрение к виконту, она бы нашла его в высшей степени привлекательным. При этой мысли девушку охватила паника, и лишь сейчас она осознала, что сильная рука виконта все так же крепко стискивает ее руку.
– Отпустите меня! – прошептала она, собравшись с духом.
Лонстон наклонился к ней. В его потемневших от гнева глазах мелькнула тень иного чувства. Александра не знала, о чем он думает, но что-то изменилось в нем, и эта перемена пугала и в то же время волновала ее. Голова у нее закружилась, как тогда, в тот раз, когда Лонстон… Неужели он снова посмеет?…
