Малдер, помолчав, внезапно спросил:
─ Ты когда-нибудь бывала в Сан-Диего?
─ Бывала.
Он прислонился к стене, и тень дружески поддержала его черным плечом.
─ Ты видела Паломарскую обсерваторию?
─ Нет.
Скалли даже нахмурилась от сосредоточенности ─ напарник собирался сказать что-то очень важное. Только надо еще понять, что именно.
─ С сорок восьмого года до недавнего времени паломарский телескоп был самым большим в мире. Идея его создания и проект принадлежат гению-астроному по имени Джордж Эйлори Хейл. Так вот, эту идею Хейлу подсказал эльф, который забрался однажды к нему на подоконник и велел пойти в фонд Рокфеллера, попросить там деньги и построить на них телескоп.
─ И ты боишься, что всю жизнь видел эльфов, так, что ли?
Он поджал губы и медленно пополз спиной по стенке, опускаясь на корточки. «Не угадала, « ─ успела подумать Скалли.
─ В моем случае ─ маленьких зеленых человечков, ─ печально сказал Малдер.
И Дана ясно осознала, что ее долг, ее прямая обязанность ─ прямо сейчас, сию минуту убедить бывшего напарника в существовании этих чертовых инопланетян, неважно зеленые они или серые в крапинку. Она присела рядом:
─ Малдер, но ведь за то время, что ты работал над секретными материалами, ты столько всего повидал…
─ Вот именно! ─ подхватил он с неожиданной страстью в голосе. ─ Видеть ─ этого мало. Мне надо было добыть что-нибудь такое, что можно потрогать руками. Вещественное доказательство, которое можно предъявить любому, независимо от веры. Этому я научился у тебя. Вещественное доказательство ─ главное.
Теперь наступила очередь Скалли немножко помолчать, прежде чем сменить тему:
─ По-моему, тебя по-прежнему беспокоит исчезновение твоей сестры.
Он резко отвернулся, пряча глаза:
─ Хотел бы я знать, было ли это похищение на самом деле. Я уже начинаю сомневаться.
─ Малдер! ─ решительно заявила Скалли. ─ Даже если Хейл видел эльфов только у себя в голове, телескоп ведь все равно построили настоящий. Не сдавайся.
Секунды две он смотрел на женщину, как будто она преподнесла ему откровение. Потом опустил голову. Скалли выпрямилась и после некоторого колебания провела рукой по его всклокоченным волосам.
─ И в следующий раз мы с тобой встретимся где-нибудь на открытом воздухе.
Она пошла к выходу. Фокс коротко вздохнул, набираясь сил, чтобы встать ─ не хотелось, ужасно не хотелось, но оставаться здесь было и глупо, и неудобно… И тут взгляд его уперся в табличку:
Стоянка предназначена для персонала отеля «Уотергейт»
Малдер сморгнул. Слово никуда не делось. Слово втянулось сквозь зрачки в мозг и изнутри вспыхнуло оглушающим разрывом: «Уотергейт»!
Чиллмарк, штат Массачусетс
27 ноября 1973
20:53
Осень семьдесят третьего года во всем мире шла под созвездием «уотергейтского скандала». Звезды всех возможных величин сходились и сталкивались в разнообразнейших комбинациях, выжимая из дела все новые подробности, гипотезы, комментарии, имена. Даже по вечерам, вместо фильмов и сериалов, добрая половина программ обмусоливала одно и то же:
─ …во время прослушивания она стерла разговор между президентом и мистером Фардменом. Репортер утверждала, что случайно нажала на кнопку записи и спохватилась минут через пять, но на пленке отсутствует восемнадцатиминутный фрагмент…
Для двух детей, устроившихся на полу рядом с зеленым полем настольной ─ вернее, вынужденно напольной ─ игры, телевизионные страсти не значили ровным счетом ничего.
─ Съел, да? ─ обиженно протянула восьмилетняя Саманта.
Мальчишка, ухмыльнувшись, повертел в воздухе отыгранную фишку. Он был старше на четыре года и никогда не поддавался сестренке в играх, несмотря на просьбы родителей.
Девочка отвела взгляд. Ей хотелось увидеть что-то хорошее, но на глаза попалось только тоскливое зрелище, которое взрослые называли «политическим шоу».
─ Слушай, Фокс, обязательно нам смотреть эту гадость?
─ Не переключай программу. В девять начнется «Волшебник».
─ А мне мама разрешила смотреть кино. Зараза ты, ─ подумав, добавила она.
Физиономия у Фокса стала еще ехиднее:
─ Она тут недалеко, у соседей, у Гобрандов. Можешь сбегать и спросить. Она тебе скажет, что я здесь главный.
Саманта вскочила и решительно направилась к телевизору. Фокс на четвереньках ─ вставать было долго ─ рванулся следом, но не успел. Девочка одним щелчком сменила заунывных черно-белых стариканов на парня в одежде ковбоя и потрепанную лошадь.
─ Слушай, ты …сгинь! ─ крутанув переключатель, Фокс восстановил на экране статус кво.
Саманта прибегла к самому эффективному аргументу, который был в ее распоряжении ─ открыла рот, набрала побольше воздуха и завизжала.
Фокс молча поднялся с колен и задумчивой пожарной каланчой навис над сестренкой.
Визг прекратился.
─ Я. Буду. Смотреть. «Волшебник»,─ раздельно проинформировал он.
Ответный взгляд девочки в котором отчетливо слышалось: «вот вымахал, дубина такая», ─ он пропустил мимо ушей, тьфу, то есть проигнорировал, и пошел на кухню, за семечками, чтобы устроиться для просмотра со всеми удобствами.
И вдруг раздался резкий хлопок. Свет в доме разом погас.
─ Ну во-от, ─ недовольно протянул Фокс. ─ Теперь пробки вырубились.
Но дело было не в пробках.
По полу прошла крупная дрожь. Потом затряслись мебель, стены, задергалась люстра. Фишки на игральной доске поползли в сторону двери; они одна за другой съезжали на край доски и там, споткнувшись, кувыркались на ковер. На каминной доске попадали фотографии в рамочках, запрыгали подсвечники, и одна свеча, розовая, подаренная Саманте на Рождество, раскололась вдоль. Половинки медленно развалились и опали по обе стороны медной лапы подставки.
За окном вспыхнул пронзительный оглашенный свет, он бил сразу во все стороны, навылет прошибая жалюзи разноцветными лучами, но почему-то не проникал в комнату.
─ Фокс! ─ испуганно позвала девочка.
Подросток завертелся на месте. Происходило что-то невероятное. Люстра ходила ходуном, беспрестанно звякая стеклянными плафонами. Землетрясение?
Вилка телевизора со взрывом и вспышкой искр вырвалась из розетки. Так не бывает!
Мальчик шагнул к завешенному окну. Теперь, когда он стоял вплотную, заполошно мерцающий красным и мертвенно-белым свет полосами лег на его растерянное лицо.
Что происходит? Все-таки землетрясение? Тогда надо хватать Саманту и бежать вон из дома…
Круглая медная ручка входной двери медленно повернулась сама собой. Раздался скрип, пронзивший обезумевшую комнату. Дверь распахнулась, и сквозь нее ворвался поток хлещущего во все стороны пронзительно чужого света. Мальчик, шагнувший навстречу, невольно прищурил глаза, продолжая всматриваться в проем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
