Светик вошла и сразу уверенно направилась в ванную. Она у меня была медиком, свято верила в клятву Гиппократа и пропагандировала гигиену. Поэтому личным примером увлекла и остальных девчонок посетить вместе с ней ванну, чтобы обязательно все могли помыть руки.
– Как это вас всех угораздило прийти одновременно? – я удивленно пересчитала про себя все четыре разномастные макушки, вплывающие в мою прихожую.
– Не сговариваясь, мы встретились на углу дома, – ответила мне Иришка.
Она второй вошла в квартиру и хотела пройти в комнату, игнорируя громкий призыв Светки из ванной, но та цепко хватанула ее за локоть и силой туда затащила.
– Да я только из дома! Зачем мне сто раз руки-то мыть?
Ирина не обманывала. Мы с ней жили в одном доме, только она в крайнем подъезде, а я в среднем. Она была на год старше нас со Светкой. В сад с нами не ходила, ей повезло расти под бабушкиной заботой. Но, не смотря на то, что была исключительно домашним ребенком, всегда верховодила нами. Сначала во дворе, а потом и вообще, по жизни. Сейчас она выглядела несколько расслабленной и допускала и наше некоторое влияние на нее. А все потому, что была в декретном отпуске, беременность немного смягчила ее волевой характер, догадывались, что только на некоторое время. И это мы уже проходили, когда два года назад она родила дочку и тогда тоже была «белой и пушистой». На время.
– С кем Анечку оставила?
– Димка с работы на час раньше пришел. Так что у меня все ладно получилось. Этот вечер я в полном вашем распоряжении, девочки.
– У тебя всегда все четко и ладно. Мне бы так! – Катя потеснила у раковины двух первых подруг. – Даже в школе ты все делала как надо и вовремя. Это не я, всегда все в последний момент успевала или вообще с опозданием выполняла.
Ирина и Катерина вместе учились в английской спецшколе, помнится, даже сидели за одной партой. Только потом закончили разные институты и получили разные профессии. Ирина стала переводчиком в издательстве, а Катя занималась рекламой, как сейчас говорят, стала пиар-менеджером. В нашу компанию, ясное дело, одна привела другую. Катюха вошла в коллектив как-то сразу и навсегда. Сейчас никто и не помнил, что изначально она подругой была только Ирине.
– Скоро вы там? – на пороге ванной вместе со мной стояла Марина, моя институтская подруга, мы с ней экономический факультет закончили, я ее познакомила с девчонками, и вот уже несколько лет все были дружны. – Мне есть ужасно хочется. А этот ваш ритуал омовения все стопорит. Так никогда за стол не сядем.
– Очень даже сядем, – ванну покинула Света. – Помогать надо? Я готова. Могу что-то порезать или смешать…
– Готово уже все, – прервала я ее. – Проходите. Стол накрыт в гостиной. Кухня, хоть и большая, но, все же, в ней как-то буднично. Другое дело в комнате. Я и свечи, на всякий случай, приготовила.
– На какой такой случай? – Ирина подошла к столу, выбрала себе стул с мягкой спинкой и удобно на нем устроилась.
– Не знаю, какой. Просто так.
– Все в сборе? – Светка заметила, что и Марина, вошедшая последней из них в ванную, к нам присоединилась. – Ну, хозяйка, давай.
– Что давать?
– Тост говори, – в один голос ответили мне Марина и Светка, только с разными интонациями, одна подгоняла, другая удивлялась моей бестолковости.
– За нас! – подняла я бокал с вином, и мы дружно выпили.
– Лаконично, – подала голос Иринка, ставя на стол стакан с минералкой.
– Начинается! – фыркнула Светка. – Как только в компании появляется трезвенник, так жди замечаний и поучений. Вот будет сидеть теперь совой и компромат на нас собирать.
– Ага! И чтобы вы скорее мне его предоставили, предлагаю еще выпить. И даже тост вам произнесу.
– Говори! – широким жестом одобрения ответила ей Катерина.
– Предлагаю выпить за Викин отпуск.
– Да, а! Точно! Вика, ты же у нас с понедельника в отпуске.
– Как-то и забыла за всем этим… – я чекнулась с подругами и сделала несколько глотков.
– Что значит, забыла? – покосилась на меня Марина.
– А мне больше интересно, что значит «за всем этим», – подала голос Светлана.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Не приставайте, девчонки. У меня сейчас совсем другой настрой. Если начну вспоминать события утра, кто его знает, куда меня занесет. Давайте сосредоточимся на приятном. Вот, например, попробуйте салат. Как он вам? Это новый рецепт. Позаимствовала из интернета.
– Хороший салат, – кивнула Ирина. – Еще мне колбаска понравилась, вон та, солененькая.
– Тебе сейчас все солененькое нравится, – хмыкнула Катя. – А что это за вино? Франция или Италия?
– Вот видишь, Вика, мы сколько угодно можем говорить с тобой о хорошем, – Светка обвела взглядом собравшихся девчат. – Но потом, когда сочтешь себя готовой, все же, поведай нам о наболевшем. На то и подруги, чтобы горести в душе не держать.
– Договорились, – я снова плеснула им в бокалы вина. – Ну! Кто сегодня начнет? У кого есть для нас очень-очень хорошая новость?
Девчонки взяли в руки бокалы и углубились мысленно в себя, в события своей жизни за последний месяц. Кто-то из них при этом поднял глаза к потолку, кто-то смотрел сквозь стену, Ирка ерзала на стуле, а Маринка буравила взглядом меня.
– Как ты догадалась? – не выдержав паузы, спросила она меня. – Тебе Андрей сказал?
Три наших подружки застыли в недоумении. Сидели тихо и ждали, когда им пояснят, что все значит.
– Ты о чем, Марин? – я и сама пока ничего не понимала.
– Андрей звонил тебе недавно?
– Да, звонил. И что? О чем он мне должен был сказать? Или наоборот не должен?
– Значит, ты ничего не знаешь?
– Девчонки, хватит уже! Знаешь? Не знаешь?
– Маришка! – предчувствуя грандиозную новость, я ободряюще взглянула на подругу.
– Да. Марина, мы все – одно внимание!
– Девочки, – она смутилась под взглядом четырех пар глаз. – Не хотела пока говорить… Мало ли, что…
– Это то, о чем я думаю?! – подняла брови Ирина. – Ты тоже ждешь ребенка, дорогая?
– Мы с Андреем не могли поверить в такое счастье. Но моя врач сказала…
– Ура!
– Ура! За это надо скорее выпить.
– А я еще подумала, отчего она вино только пригубила? – возбужденно продолжила Ира. – Могла бы ведь сразу догадаться. Да, здорово. За вас с Андреем!
– Эй, вы! К беременным не относится, но все остальные за такую новость пьют до дна! – Светку опять потянуло показывать всем пример.
– Хорошо. До дна! – Катерина даже привстала из-за стола, демонстрируя свою готовность исполнить уговор.
– Закусываем, девчонки, – загомонила я, почувствовав, что начала стремительно пьянеть. – А то у меня в голове созрел уже новый тост.
– Что за тост? – Светкина рука потянулась опять к бутылке, но та оказалась пустой. – А, прошу прощения, это не та емкость. Вот оно, вино. Кому налить?
– Пьем на троих, – засмеялась нам Катя.
– Выходит, что так. Но всего через месяц-другой Ирка родит и потихоньку к нам примкнет.
– Да. Все верно. Хочу выпить, девчонки, за всех наших детишек, то есть детей в нашей сплоченной компании. Пусть всегда будут здоровы и растут в мире и согласии, – говорила я горячо и искренне.
– Хороший тост, – одобрили все.
– Я даже готова сделать глоточек вина, – Ирина потянулась к бокалу Марины.
– И я тоже, – ответила та.
Ясное дело, что разговор крутился все больше вокруг темы детей и материнства. Даже, когда я накрыла стол для чая с пирожными, нить разговора не прервалась.
– Это что же получается, – Ирка задумалась над чашкой и даже конфетку до рта не донесла. – В нашей компании скоро все станут мамами, кроме Виктории. Соответственно, мы все замужние дамы, кроме Вики.
– Факт, как ни крути, – поддакнула Светка.
– А кто бы мог подумать, что все так случится? Что именно она из всех нас останется незамужней?! – встряла Катька. – Ведь она из нас пятерых самая красивая.
– Да, а! Я девушка, что надо! Глаза, словно фиалки, фигура загляденье просто, ноги от коренных зубов растут. Кто и что еще добавит?
