– Обнадеживает. Очень может быть, что он еще и строен. Жалко, что лица ты не видела, подруга.
– Как бы еще это что у нашей Вики значило, лицо увидеть… – подала голос Маринка. – Она иногда в упор смотрит на парня, а спроси ее, что видела…
– Н-да! С этим тоже не поспоришь. Как-то мало у нас сведений получается, в образ не складываются. Поднатужься, Викуся.
– Вспомнила!
– Что? – нетерпеливый интерес обнаружился у всех подруг, оттого и вопрос задали в четыре голоса.
– На нем был очень дорогой летний костюм.
– Как-то это… – покрутила кистью в воздухе Светлана и еще состроила кривую рожу.
– Ясно, что дорогой, – не удержалась Катерина. – Раз он у тебя на шикарном Мерседесе ездит.
– Нет, это определенно важно, девочки, – округлила глаза Маринка. – Если она заметила костюм, то, скорее всего, оттого, что сидел хорошо, то есть мужчина был с фигурой. Я, так, полагаю.
Все четыре головы повернулись от Маринки в мою сторону, и четыре пары глаз уставились на меня. Кто смотрел с сомнением, кто-то, жалея, и только Маринины глаза светились от радостной веры в меня.
– Может, хватит?! – откинулась я к спинке стула устало. – Ели бы уже пирожные, что ли.
Под недружные вздохи подруги, и правда, придвинулись к столу и вяло взялись за свои чашки. Чай, конечно же, остыл к тому времени, и мне пришлось подняться и пойти на кухню за кипятком. По дороге туда мой взгляд зацепился за дамскую сумку, лежащую на тумбочке в коридоре, и в душе что-то, такое смутное, едва шевельнулось. Некая мысль возникла было в голове, заставила на мгновение замереть на месте, но тут же и пропала. Я пришла на кухню, вскипятила чайник, вернулась в комнату, долила в протянутые ко мне чашки кипятку, и тут меня осенило.
– Вспомнила! – плюхнула на стол чайник и кинулась в другую комнату за своей дамской сумкой.
– Тихо, ты, ненормальная, – зашикала Светка. – Чуть меня не ошпарила. Куда помчалась, сумасшедшая?
– Вот! – я уже вернулась, приподняв повыше, на всеобщее обозрение, свою сумку. – Все вспомнила!
С этими воплями подскочила к свободному углу стола и стала на него выгребать содержимое дамской сумки. Искала я визитку, что дал мне хозяин Мерседеса, но она никак не хотела находиться в просторных отделениях, забитых всякой всячиной. Покопаться в ее недрах, было мало для поисков, именно поэтому пришлось выгребать содержимое на стол. Но, как оказалось, и этого было недостаточно, прямоугольник с данными того мужчины никак не обнаруживался. Тогда пошла на крайнюю меру и под удивленными взглядами подруг перевернула сумку вверх дном и еще потрясла, чтобы уж наверняка в ней ничего не осталось. Теперь надо было только покопаться в объемной куче всякой мелочевки.
– Что ищем? – спросила Катерина после того, как уже с минуту мешала поискам, запустив сразу две руки в мое добро.
– Сейчас, сейчас. Уберите руки, все. Сама найду.
– Боже, Вика! – Ирка выудила из кучи крупную купюру евро, потом еще и еще. – Ты всегда носишь с собой такие большие деньги?
– Я их совсем с собой не ношу. Евро, имею в виду. Отстань. Где же она? Ах, вот она!
Наконец-то визитка нашлась. Я победным жестом подняла ее над головой, показывая подругам. Но они мало заинтересовались ею. Их взгляды были обращены на Иринку и на купюры, что она держала в руках, разложив их веером.
– Откуда тогда это? – Ира не унималась, все демонстрировала мне найденные деньги.
– Как раз, он и дал, – потрясла я визиткой. – Это компенсация за ущерб.
– Ничего себе… – Светка потыкала в купюры пальцем, пересчитывая вслух. – Это же половина твоей машины!
– Наверное, учел моральный ущерб…
– Делаем вывод. Кандидат в мужья богат и щедр, – подняла Катька вверх указательный палец.
– Ах, девочки, ну надо же! – я уже успела пробежать глазами надпись на визитке, но их еще занимали деньги. – Он вовсе не кандидат. Это я – кандидат. На увольнение. Взгляните!
Из моих буквально опустившихся рук выпал плотный прямоугольник и угодил прямо в подставленную ладонь Маринки.
– Олег Петрович Филатов, – закатила она глаза.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Что это они так реагируют? – закрутила головой Светка. – Хорошее имя, и фамилия мне тоже нравится. Марина, Вика, что это значит? Дайте сюда визитку. Так. Банк. Какой банк? Директор?!
– Девочки, оказывается, это я чуть не сорвала сегодня утреннее совещание. Боже мой! Кто же знал, что он… А с виду был, вроде бы, спокоен… Наверняка, конечно, не скажешь…
– Снова хорошее качество. Сдержан, – хлопнула в ладоши Катя.
– Чему ты радуешься? – охнула я. – Если он узнает, что по вине его сотрудницы чуть не было сорвано совещание… И потом, кто он, и кто я. Соображать надо!
– Спокойно! – Ира выпрямила спину. – В аварии он сам был виноват. Держи дистанцию! Ведь так?
– Да, – кивнула я. – Только с моей стороны было резкое и некорректное вождение.
– Он же отсыпал тебе деньжищ, – твердо сказала Светка. – Значит, вину свою признал.
– Угу. Только потом, когда была у начальницы в кабинете… Там еще его секретарша была, а я возьми и расскажи им об аварии. Разумеется, приврала.
– Зачем?
– Так ситуация выглядела убедительнее, и надеялась разуверить Клавдию Ивановну наказывать меня за опоздание. Я немного увлеклась, каюсь. Если мои россказни до него дойдут… Меня точно уволят.
– Во-первых, не факт, что дойдут. Во-вторых, ты хороший сотрудник.
– Самый рядовой сотрудник. Ниже меня только уборщица, наверное. Я там вообще «с бока припека». У меня даже образование не юридическое, а экономическое. Почему меня туда взяли, до сих пор не понимаю. Хотя, нет, знаю, конечно. – Я многозначительно посмотрела на Марину, а она отвела глаза, было понятно, что не обошлось в этой истории без ее Андрея.
– Ну, он хоть не стар? – не унималась Катерина.
– Не помню я! – чуть не заорала на нее. – У Маринки спрашивай. Это ее муж запросто входит в директорский кабинет. Ох-ох! Бедная я, бедная!
Я сидела погрустневшая, обхватив себя за плечи. Взор мой был устремлен через стену, через соседскую квартиру за ней, и даже через широкий проспект, на котором стоял мой дом. Я хмуро наблюдала свое печальное будущее.
– Ты случайно не грешила накануне? – серьезно спросила меня Ирина.
– Что? Это ты, о чем сейчас?
– Про плохие поступки, конечно. Я тебе такой хороший совет дала, обратиться к судьбе. А у тебя, что вышло?
– Отстань!
– Нет, правда? – не сдавалась Ира. – Если ты никого не гневила, и судьба послала тебе этого банкира, может так и надо? Может, все идет своим чередом?
– Хватит. Не хочу больше слышать о Филатове. Дайте новую тему, а эту закроем, – я еще зачем-то поплевала через левое плечо. – Если вам так угодно, то завтра утром снова обращусь к судьбе. Только остаток вечера давайте говорить только о хорошем.
– Давайте. Например, о вашей с Катериной поездке в Питер. На поезде решили отправиться?
Эта тема пришлась кстати. В воскресенье мы с Катькой собрались загрузиться в вагон поезда, проходящего через наш город, и через несколько часов оказаться в северной столице. Гостиницу заказали заранее. С планом экскурсий тоже все было в порядке. А когда проводила своих гостей за порог, решила собрать вещи. Достала чемодан. Сложила туда летние наряды. Подумала и собрала еще пакет с вкусностями из тех, что долго хранятся. На всякий случай, вдруг понадобятся для поднятия настроения.
Утром просыпаться не спешила, дала себе вволю поваляться и понежиться. Потом все же поднялась и прошлепала в ванную комнату. Оттуда путь лежал на кухню. Собралась выпить кофейку. По привычке включила телевизор, что висел там же на стене. Прихлебывала из чашки и грызла печенье, когда после новостей стали рассказывать о погоде в стране. Слушала в пол уха. Оттого до меня не сразу дошло, что в Питере наметилось похолодание. Когда же осознала информацию, чашка с недопитым кофе не была мной донесена до рта, немедленно отставлена на стол, а сама я побежала к компьютеру, удостовериться в прогнозе. Все было верно, не пощеголять нам с Катюхой в летних платьях. Надо было срочно рассказать ей об этом, и набрать ее номер поспешила в ту же минуту.
