– Чего в такую рань звонишь? – ответил мне сонный голос.
– Ты чемодан собрала?
– Нет еще. А что?
– Похолодание. Там уже осень наступила. Зонт не забудь или ветровку. А лучше и то, и другое. За тобой заехать завтра?
– Ты что, на своей машине на вокзал поедешь?
– Нет. Вовка обещал отвезти.
– Который Владимир Ильич?
– Точно. Тебя, видно, вчера впечатлила Маринкина характеристика ему и Витьке… Так заехать? Или «твой» тебя отвезет?
– Меня отвезет «мой»!
Осмотр вещей, уложенных в чемодан вчера вечером, показал, что надо было все начинать сначала. Вывалив все тряпки на кровать, стала по новой их укладывать, теперь уже делая упор на внезапное похолодание. Положила пару блузок, несколько футболок, шерстяную кофту. В дорогу решила надеть джинсы и свитер. Призадумалась и над тем, что предпринять с обувью. Больше всего были уместны теперь кроссовки. Они у меня, конечно, имелись. Только выглядели затрапезно, потому что я их «и в хвост, и в гриву» использовала на утренних каждодневных пробежках. Кстати сказать, что почти ни одного утра, сегодняшнее не считалось, не пропускала, чтобы сделать несколько кругов в соседнем парке.
Покосившись на своих боевых друзей, стоящих в уголке на коврике в прихожей, приняла решение, что можно было бы купить еще пару кроссовок. В новой обуви можно было ходить по городу, одевая их под джинсы, а в старых кроссовках продолжать заниматься спортом по утрам. Как справиться с проблемой, сообразила, оставалось только съездить в магазин и подобрать нужную пару. Быстро оделась, натянув джинсы и легкую блузку, схватила сумку, удостоверившись, что в ней лежали документы на машину и кошелек, и стремительно покинула квартиру.
Уже когда проходила комнату консьержа, увидела свое отражение в висевшем там зеркале. Порадовалась тому, как выглядела, и вдруг вспомнила, что обещала вчера девчонкам снова попросить у судьбы встречу с суженным. На этом как, все равно, споткнулась, но быстро взяла себя в руки. На пару секунд притормозила передвижение в подъезде, прошептала нужные слова и решительно толкнула дверь на улицу.
– Ветрова! Ты своей тачкой загородила мне проезд. Что, трудно было продвинуть ее на метр к столбу?
– Начина-а-ется! – подняла глаза к ясному небу. – Отстань, Сашка! Там вечером стояла машина соседа из двадцать седьмой квартиры.
Нисколько не погрев двигатель автомобиля, а значит, нарушив папины поучения, сразу тронулась с места, спеша покинуть двор. Выехала на проспект и направилась к центральному торговому центру, самому крупному в городе. В нем находились сразу два магазинчика со спортивными товарами. Нужные мне кроссовки подобрала в первом же, что был ближе ко входу. Возвращаться домой решила в обнове, старую же обувь убрала в коробку. К машине шла довольная, то и дело посматривая на белоснежные мысы. Легкий пружинистый шаг в новой обуви тоже делал мне настроение. В автомобиль загружалась, напевая какой-то веселый мотивчик. Со стоянки тронулась с улыбкой на устах и игривой искрой в глазах. Проехала сотню метров и начала выворачивать на проспект. И, и, бац!
Откуда он только взялся, этот черный автомобиль. И какие ужасные люди ездят в нашем городе, нервные, нетерпеливые, раздражительные. Ведь не мог же не видеть, как я выворачиваю. Это я смотрела в боковое зеркало и не заметила стремительно приближающуюся машину, но он-то, тот водитель, смотрел в лобовое стекло, то есть прямо. Должен был хорошо меня рассмотреть. И ехала я очень медленно. Только и успела завернуть и пару метров проехать прямо. А тут гудок, что рев разъяренного бегемота, и удар в зад моему Филе.
На этот раз меня как подкинуло на сиденье, и я, что камень, выпущенный из пращи, вылетела из своего авто и в два прыжка обежала машину. А там! Вчерашняя дыра в бампере превратилась в зияющий провал, а сама эта деталь перекосилась и висела, теперь, едва держась. Того и гляди, рухнет на асфальт.
– Ах, ты, мать моя! – сказала я, чувствуя, как меня начала переполнять какая-то агрессивная энергия.
– Снова вы!!!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
На этот окрик я поворачивалась, уже уперев руки в бока. Мне было все равно, что мужчина тоже был зол, потому что мои эмоции просто кипели в тот момент. Ну и что, что у него дорогой Мерседес?! Плевать! Это у моего Фили отвалился бампер!
– Вы что?! Вы меня специально искали, что ли? Во всем городе не нашли больше в кого врезаться?! Негодяй! Забил мою машину!
– Идиотка! Ты меня подрезала! Ты выезжала на главную дорогу с боковой. Знак видела, несчастная?
– Все я видела, скоростной психопат! Знак заметила, постояла, осмотрелась, тихонько так вырулила. Гонять так нечего! Что, гонор не позволяет пропустить кого впереди себя?!
– Нет, милая! – конечно же, это был снова Филатов, и на этот раз он скрипел на меня зубами. – Не выйдет, сейчас уже ты виновата, недотепа фиговая.
– Что, о?! – у меня перехватило дыхание, подозреваю, что эта реакция была на слово «фиговая». – И доказать сможете?
Я сощурила на него глаза, а потом покрутилась вокруг своей оси, обозревая прилегающую к месту трагедии местность. Камеры мне обнаружить рядом не удалось, и это обнадеживало.
– Может у вас видеорегистратор есть? – в моем голосе наметились ласковые нотки, Филатову следовало бы насторожиться, но куда там, его несло.
– Нет. И он мне не нужен! А вот вам…
Олег Петрович увлеченно принялся орать. Только у меня в тот момент зазвонил телефон. На экране высветилась Ирка. Я хотела было ответить, но меня заглушал рев Филатова
– Вика. Почему в твою трубку орет какой-то мужик? Говорит, что ему некогда? Чем ты его снова зарезала? И почему ты идиотка?
– А я снова выполнила твой совет! Как слышишь, опять тот же результат. Да, а! Он, он! Не сомневайся, дорогая. Как выглядит? Нет, теперь могу описать во всех подробностях, пока что ему орать не надоест. Рост подтвердился. Да. Живота и, правда, нет. Что говоришь? Удача? Ну, у, не знаю. Лицо? Вредное такое… Ну, ладно. Они серые. Волосы? Пегие какие-то… То и значит, что серо-русые и выгорели немного.
Понятное дело, Ирку интересовал внешний вид Филатова. А у меня времени для описания было в достатке, пока он с удовольствием выкрикивал нелестные характеристики в мой адрес. Я же на тренинге в его же, кстати сказать, банке усвоила, что всяким возбужденным личностям следует давать высказаться, не перебивая, выплеснуть, так сказать, негатив, чтобы потом с ними было возможно общаться. Нет, я бы тоже желала возмущаться в его адрес, но меня отвлекала Ирка. У нее вопросов было с «воз и маленькую тележку», я только и успевала зыркать, то мужчине в лицо, то разбирать на детали его тело.
– Не поняла, что ты спросила? – зажала я свободное ухо ладонью, чтобы голос Филатова не мешал расслышать Ирину. – Нельзя ли орать немного тише?! Я подругу не слышу!
Как ни странно, но он вообще замолчал и ошалело уставился на меня.
– Какая часть тебя интересует? Сейчас посмотрю, – я аккуратно обошла Олега Петровича, чтобы не угодить под машины, что силились нас объехать, и зашла ему с тыла. – Прямо так отвечать мне неудобно, ты задавай наводящие вопросы. Поняла? А то он застыл, как соляной столб, а в тишине, сама понимаешь, как отвечать. И так… Да. Нет. Ну, не сказала бы.
Тут Филатов повернулся ко мне лицом и просто «отъел» от меня огромный кусок, я бы так сказала.
– Все, Ирина, пока. Он созрел для диалога. Да, вечером позвоню.
Я отключила телефон и под взглядом горящих серых глаз неспешно убрала его в сумочку. И только потом подняла свои фиалковые очи на этого типа. В лице Олега Петровича узрела какие-то, пока мной не осознанные, перемены. Брови еще были насуплены, но как-то иначе, и глаза теперь были иными. Проследив за направлением его взгляда, чуть не поперхнулась.
– Куда это вы уставились? Нахал!!! – мои щеки вспыхнули, а рука непроизвольно попыталась застегнуть верхнюю пуговицу на блузке.
Он сначала вздрогнул, а потом подло так усмехнулся и указал пальцем на мою дамскую сумку.
