сказал, колобок свежемороженый? — я удивленно оглядел ледяную глыбу, в которую превратился Лёня.
— Я. У тебя. В голове. Дурачок. — паразит расхохотался, и звук при этом исходил со всех сторон разом. — Видишь, мне уже нет нужды разрушать клетку, чтобы общаться с тобой. Неделька пройдет, и будем не только лишь во сне разговаривать. Я сведу тебя с ума. Ты сам меня выпустишь, лишь бы я замолчал!
— Ну тогда и поговорим. — я не стал ждать, что он там еще навыдумывает, с целью помотать мне нервы, и проснулся.
Очнулся я там же, где и засыпал. В палатке. Алан решил остаться на улице, благо — он мог увеличить своего волчару до любого размера, и дрыхнуть на пузе у зверя, не боясь мороза. Я включил фонарик. Танис сидела в углу, скрестив ноги, и с явным удовольствием пила кровь… Из человеческой кисти. Если конкретно — из мужской. Совсем точно — из левой. Максимально конкретизируя — из моей. Да, она была отделена от моего запястья.
— Повелитель, я исполнила всё в точности, как ты велел. — не скрывая удовольствия, промурлыкала эриния. — Серп появился, руку я отсекла. Серп вон, рядом с тобой. Кисть обратно прирастить нельзя, так что чего добру пропадать? Рану прижгла холодом, ты даже не дернулся, пытаться будить не стала, ты явно был в магическом трансе. Ещё вопросы есть?
— Есть. Ты чего, совсем не спала? — я грустно посмотрел сначала на культю, а затем на атрибут Эзраила.
— Совсем, повелитель. С того самого дня, как ты сделал меня эринией. Чтобы брат твой, Гипнос, бог сновидений, не смог повлиять на меня, и на остальных. Ты всех лишил нас сна.
— Это ж с ума можно сойти, столько лет не спать! — изумился я.
— Так многие и сошли. — хихикнула демоница, после чего раскрыла пасть до ключиц, закинула туда мою отрубленную кисть, и принялась с до тошноты аппетитным хрустом её пережёвывать.
— Ладно, позови Алана. — я откинулся на спальник и принялся соображать, что делать с серпом дальше.
В плане зачарования на возврат Эзраил извратился куда как лучше Танатоса. Используя карманное измерение, он может его призвать из любой точки любого мира. Но есть нюансы, как и во всём. Как я понял, чем ближе серп находится в нашем мире к Эзре, тем больше сил тратится на такой призыв. То есть, с другого конца планеты его легче вызвать в сотни раз. И раз уж атрибут всё равно уже проявлен, то отзывать его смысла нет. Но и мне к нему лишний раз нельзя прикасаться, даже случайно. Это придаст паразиту силы. Просто завернуть во что-нибудь поплотнее, и закинуть в рюкзак? Вроде, звучит как самый разумный вариант. Поэтому я, не без помощи демоницы, замотал артефакт в одеяло, перевязал верёвкой и поступил, как задумал. Почти на самое дно зарыл. А потом пришел целитель и принялся отращивать мне новую кисть, ворча при этом на Танис за магическую остановку крови. Мол, проще было бы мне прирастить на место старую руку и восполнить кровопотерю, чем так. Но её ответный аргумент, что негде посреди леса палатку от крови нормально отстирывать, он парировать не смог.
Остаток ночи, а это была большая её часть, я решил не спать. Так что сварил на костре себе бодрящий отвар, да так и остался сидеть у огня. Возможно, я даже не стану засыпать ближайшую неделю, раз уж Лёнька научился контролировать моё тело даже не то, что во сне, но и в полудрёме. Да, на организме это скажется не лучшим образом, но лучше так. Вообще, надо было еще тогда, когда я у костра закемарил, насторожиться. Также, как к четырём часам утра насторожился Вульф, подняв уши и начав нюхать воздух. Алан, ушедший спать в освободившуюся палатку, зашевелился. Танис я за ненадобностью отпустил отдохнуть в Ирий. Это для нас тут прохладно даже у огня. А для неё это жара, как в Сахаре в полдень. И пусть даже с её новыми силами она могла бы без вреда и в вулкан нырнуть во время извержения, но всё равно. Короче, я хотел побыть один, чего я оправдываюсь. Но долго мне в одиночестве пробыть не дали. Бесшумно, между деревьями начали мелькать подозрительные тени.
Глава 2
Да, по отдельности я их в целом мог опознать. Разновидности леших и кикимор. Названий у этой группы существ, сущностей и духов не меньше, чем их вариантов. Есть бесплотные — преобразованные души охотников, егерей, отшельников, лесных ведьм, грибников и прочих умерших в лесу людей, ставших по началу неприкаянными, неупокоенными призраками, а после превратившихся в хранителей окрестностей своей смерти. Обычно — злые духи.
Полувоплощённых мало — всё-таки, это целенаправленно получаемое умение, нередко даже — дарованное, какими-нибудь богами. Встречаются в окрестностях древних алтарей — в наши дни много карманных миров мелких божков приходит в упадок, и населяющие их существа начинают выходить в наш, обычный мир. Внешность у подобных созданий традиционно похожа на различных карликов и прочих полуросликов. Любили боги мелких слуг. А что? Кормежка — меньше, растут с той же скоростью, что люди, но прекращают это дело раньше. И смотрят на твоё божественное величество снизу вверх. Хотя бывает, что встречаются и великаны, но разновидностей последних можно по пальцам сосчитать. Характер у полувоплощённых лесных жителей разный. Как и у людей. Разумность тоже отличается кардинально от одной особи к другой. Встречаются одичавшие, из тех, кто не стареет и от старости не помирает. Тупо старческое слабоумие, прогрессирующие несколько столетий — и вот перед нами животное, ведущее себя… Да тоже, в общем-то, как повезёт с характером при жизни. С нормальными же, вполне себе человечными, люди даже могут мирно сосуществовать, поддерживая мирные, а иногда даже и взаимовыгодные отношения.
А бывают и вполне себе физические, мясные обитатели лесов и болот. Самый распространённый вариант — сошедшие с ума маги-отшельники. Кто от поглощённых душ крышей едет, кто от старости, а у кого просто — банальная шизофрения. А что? Думаете, люди со сверхестественными способностями только от магических болячек страдают? Фляга у них свистит даже чаще, чем у простых людей. Но немало в рядах подобных существ и разумных экземпляров, происходят которые всё оттуда же — другие мини-мирки, где когда-то разные божки экспериментировали с разным биологическим материалом, создавая разумные подобия. Выводили разумных животных, создавали человеко-звериные гибриды, изменяли
