едва успел среагировать, как вторая лапа гадины рванулась вперёд, ухватив меня за левое плечо, словно беспомощную куклу.
— Попался! — прошипела она, свесив голову набок. Краснющие глаза вспыхнули в темноте, яркие, как две лампы, сверля меня насквозь.
— Кто ещё попался, — процедил я, стягивая её «волшебными нитями».
Я вбухал в них около десяти процентов своей энергии. Нити загудели, натянулись так, что воздух задрожал, и прочность их теперь должна была быть запредельной. Гуманоид застыл, не в силах сдвинуться, а я, не теряя времени, накинул дополнительные «нити» на её шею и начал в ускоренном режиме пилить, сжимая челюсти от напряжения.
— Шш-ии-и-и! — пронзительно заверещала тварь и в тот же миг рассыпалась, исчезнув прямо у меня на глазах.
— Сука! — рявкнул я, разрезая клинками в пустоту.
Чуть-чуть не успел. Нужно было сначала насаживать её на клинки и уже потом пытаться отчекрыжить голову.
Я мигом отскочил «телепортом» в противоположный угол площадки, сердце бешено заколотилось, тварь оказалась не так проста и имела заметное преимущество. Длинные лапы с невероятно прочными когтями. Достав из сумки деревяшку, я тут же переломил её пополам, поджог, и швырнул горящую часть прямо в чашу, в надежде, что это поможет пробудить храм.
Тварь не дала передышки. Внезапно, сверху сорвалась тень, и я едва успел вскинуть голову. Иллюзии вновь исчезли, а длинные лапа с острыми, как ножи, когтями вырвались из темноты, обрушившись прямо на меня.
— Чёрт! — Только и успел выкрикнуть я, после чего они вцепились в «защитный покров», раздирая его в клочья.
Она налетела на меня с такой силой, что мы вместе рухнули на каменный пол. Тварь навалилась сверху, впиваясь когтями и продолжая ломать мою защиту, слой за слоем. Её дыхание било в лицо мерзким холодом, а жуткий визгливый крик, полный ярости резал уши.
Клинки разлетелись в стороны. Сейчас было просто не до них. Я пытался отталкиваться руками, но понимал — долго я так не продержусь, поэтому решил пойти по другому пути.
Один взмах рукой и капли моей крови появились на теле твари, будто кляксы на чёрном полотне. Посмотрим, как ты справишься с этим. Чтобы сбить её натиск и отпугнуть хоть на секунду, я задействовал дар «выброса энергии». В прошлый раз я допустил ошибку, вбухав слишком много сил в «волшебные нити» слив на них непозволительно много. Сейчас я не имел права на такую роскошь.
Яркий, ослепительный луч вырвался прямо из меня, обдав тварь сиянием, от которого сама пещера на миг наполнилась ослепительным светом. Я почувствовал, как её плоть зашипела, обдав меня вонючим запахом палёной кожи. Гадина дёрнулась в сторону, но я успел ухватить её за лапу.
— Ты куда собралась, паскуда? — рыкнул я.
В тот же миг в моей правой руке вспыхнул энергетический боевой нож, и я со всей силы вогнал его в спину твари.
— Шшии-и-ии-ии-и!! — пронзительно завизжала она, забилась, словно обезумевшая, и принялась хлестать меня второй рукой.
Удары сыпались один за другим, с такой силой и скоростью, что цепочки с дарами «защитных покровов», которые я снял с гвардейцев, начали одна за другой опустошаться. Ещё немного и энергия в дарах закончится. Чтобы не сдохнуть, пришлось в спешном порядке отступать.
Вывернувшись, я с усилием оттолкнул её прочь ногой и, не теряя времени, разорвал дистанцию «телепортом». Оказавшись в стороне, я тут же сотворил новый энергетический нож и метнул его в пустоту. Тварь уже успела слинять, растворившись в пространстве, оставив после себя дымящийся энергетический нож.
Я начал кружиться на месте, пытаясь заметить очередную атаку.
— Ты должен умереть! — послышался тонкий, почти обиженный голос.
— Да-да, придумай что-то новое, — отмахнулся я, понимая, что пока эти мерзкие гуманоиды продолжают сидеть в позе лотоса, сама тварь на меня не кинется. И всё же, чёрт возьми, какие они были натуральные!
Не обращая внимания на их угрозы, я подбежал к чаше и склонился над ней. Лучина, которую я бросил раньше, по-прежнему горела, но никакой реакции от храма не последовало.
— Какого чёрта? — нахмурился я, оглядываясь по сторонам. — Почему ничего не происходит?
Неужели нужна вся? Я не стал гадать и, вытащив вторую половину, швырнул её в чашу, тут же усилив пламя всплеском энергии.
— Давай, говно собачье! Разгорайся! — рявкнул я, едва сдерживая злость.
Хотелось не просто кричать, а разнести здесь всё к чёртовой матери. Я даже подумал укусить чашу зубами, лишь бы она дала хоть какую-то реакцию. Хорошо, что вовремя спохватился, вспомнив, что уже активировал дар «ярости», который начал свою работу, сделав меня невменяемым.
Иллюзии вновь растворились, но я только этого момента и ждал. Сделав пару быстрых шагов назад, я наконец заметил силуэт твари, которая вновь потянулась ко мне своими уродливыми клешнями. В руках у меня уже пульсировала энергетическая сеть, и я, не колеблясь ни секунды, швырнул её сверху, накрывая гадину.
— Шии-и-ии-ии-ии!! — пронзительно завизжала она, и этот отчаянный крик вселил во мне надежду, что может теперь она наконец-то сдохнет.
Я бросился на неё с двумя полыхающими энергией боевыми ножами, параллельно выстрелив вперёд «энергетическим выбросом». Я не до конца понимал механику этого дара, но он жрал мои резервы с завидным аппетитом. Я буквально чувствовал, что если разрешу ему использовать всё без остатка, то он так и сделает.
Яркий луч вырвался у меня из груди, угодив прямо в сеть, пробив её вместе с телом твари насквозь. Сетка подобного обращения к себе не выдержала и распалась на лоскуты. Что же касалось луча, осветив собой пещеру, он исчез. Я был результатом доволен, оплавленная дыра в груди твари говорила о том, что это конец, но как же я ошибался…
Позади твари, внезапно вспыхнула огромная энергетическая сфера, ослепив меня так, что глаза будто выжгло белым светом. Я вскрикнул, прикрыл лицо руками и резко отступил назад, вслепую делая несколько шагов.
— ШИИииИИИИ!! — визг твари теперь звучал не как угроза, а как чистая агония.
Тело гадины выгнулось, корчась от боли, когда пылающая сфера жарила её спину. Крик был полон ужаса, злости и отчаянного страха, и в нём чувствовался весь спектр чувств, который только можно испытать в предсмертной муке. Жаль момент продлился недолго. Сфера мигнула и тут же погасла, оставив за собой лишь мёртвую пустоту и часть разрушенного храма.
Я облегчённо выдохнул, но тут же заметил последствия. Пострадал один из углов зала. Там, где стояла
