рабов в поздней империи поднялись. Труд специально обученных рабов на виноградниках, на оливковых плантациях или в мастерских (если им был обещан соответствующий пекулий) мог быть более производительным, чем труд колонов, у которых было менее развито разделение труда.
В земельных владениях крупной провинциальной аристократии рабы еще были неотъемлемой принадлежностью повседневного быта. В мировоззрении и мироощущении некоторых гордых своим происхождением представителей знатных домов времена вообще не изменились. Рабы и клиенты составляли их свиту, когда они куда-либо отправлялись. Рабы были воспитателями их детей. В рабство иногда обращались и пленные варвары, хотя обычно их испомещали на землю в качестве зависимых крестьян. Римская аристократия и теперь, как прежде, считала презренным не только тяжелый физический труд ремесленников, но и сельскохозяйственную деятельность крестьян.
Городской плебс, торговцы, ремесленники, рабочие, живущие случайным заработком, все сильнее ощущали гнет, идущий от городских учреждений. Многие ремесленники одинаковых профессий объединились в коллегии уже ко времени Римской республики; теперь позднеримское государство осуществляло над ними строгий надзор. Большинство коллегий стало принудительными объединениями; ремесленникам запрещалось менять профессию, и сын должен был наследовать профессию отца. В конце IV века ремесленники Западной империи не имели права занимать муниципальные должности, поступать на военную службу, принимать сан священника или скрываться в сельской местности. Беднейшая часть городского плебса жила в полной нищете и не умирала с голоду лишь благодаря поставкам продуктов богатыми людьми и муниципальными учреждениями.
При этом в политическом отношении городской плебс отнюдь не был инертной массой. Наибольшие опасения, особенно когда прекращался подвоз зерна, вызывал плебс Рима, не раз выступавший против непопулярных чиновников и сенаторов. Еще в 468 году крупный галло-римский землевладелец и писатель Аполлинарий Сидоний, который в качестве префекта Рима нес в тот год ответственность за обеспечение римского плебса зерном, высказывал опасение, что этот слой населения может поднять голодный бунт. Цирковыми представлениями, театральными зрелищами и скачками господствующий класс пытался утихомирить плебеев. Обедневший городской плебс не испытывал еще экономического принуждения, которое заставило бы его продавать свою рабочую силу; но средства к существованию предоставлялись ему только в городах. Как только плебеи появлялись в сельских местностях, вблизи владений магнатов, их сразу же объявляли лицами без определенных профессий, бродягами и причисляли к колонам.
Имущие представители городского плебса жили в постоянном страхе, как бы их жалкое благополучие не стало известно городским властям. В этом случае их могли бы принудить «подняться» до уровня декурионов и заставить платить городские налоги, а для них это был путь в самое короткое время к полному разорению.
Ремесленное производство с конца III века значительно сократилось. Регрессивные тенденции обнаруживались в торговле между провинциями и в экспорте. Города обеднели, покупательная способность свободного населения, за исключением высших слоев господствующего класса, сокращалась. Поэтому изготовление оружия и одежды государство взяло в свои руки; около 400 года в Западной Римской империи было 20 таких производств, находившихся в непосредственном ведении государства.
Причины упадка были очень сложными по своему характеру. Прежде всего следует вести речь об уменьшении емкости Кризис античного рабовладельческого общества… 17 городского рынка; рост производства предметов роскоши для удовлетворения потребностей господствующего класса компенсировал это лишь в незначительной степени. Правда, ряд ремесленных товаров поглощала постоянно увеличивающаяся армия, однако многие из них изготовлялись в поселках при военных гарнизонах и никак не влияли на городской товарооборот. Во многих городах потреблялось больше, чем производилось. Стоимость денег стала падать.
Общий кризис рабовладельческого общества, разорение непосредственных производителей привели к ощутимому недостатку рабочей силы, особенно в сельском хозяйстве. К тому же население убывало из-за многочисленных войн и эпидемий чумы. Около 400 года в ряде провинций Западной Римской империи значительная часть пригодной для обработки земли не возделывалась, особенно распространено это было в Италии и Северной Африке. Обещания императоров предоставить пустующую землю каждому, кто станет ее возделывать, и в течение ряда лет не взимать с нее налогов не привели к желаемому результату. На пустующие земли все чаще селили пленных варваров в качестве зависимых крестьян.
Система реквизиций и конфискаций для удовлетворения растущих потребностей армии и бюрократии превратилась в бич эксплуатируемых классов. Находящимся в походе военным подразделениям и чиновникам имперского провинциального управления должны были предоставляться квартиры, продукты питания, вьючные животные; предписывалось выполнять и другие требования. Поэтому многие крестьяне, принужденные к тому бедственным положением, предпочитали перейти под власть влиятельного соседнего магната, который брал их под свою «защиту», расширяя таким образом свои владения. Попытки императоров — особенно на ранней стадии домината — посредством различных политических и социальных реформ регулировать сложившуюся ситуацию успеха не имели.
Борьба с внешними врагами, узурпаторами внутри империи и с народными восстаниями в провинциях потребовала расчленения военной власти империи. В 285 году император Диоклетиан назначил своего соратника Максимиана цезарем, а в последующем году августом и передал ему управление Западной империей. Реорганизация армии, начатая в середине III века, продолжалась; усилилась защита границ, постоянная армия получила подкрепление.
Разделение власти, при котором Диоклетиан, однако, еще сохранял приоритет, в 293 году продолжилось. Подобная форма системы управления получила название тетрархии, поскольку в итоге верховная власть разделена между четырьмя людьми. Каждый император назначал испытанного военачальника цезарем, соправителем и преемником и предоставлял ему определенную территорию в своей части империи. Так, Констанцию, цезарю Максимиана, были подчинены Галлия, Испания и Британия. Государственное единство империи было сохранено, и Диоклетиан был признан тремя его соправителями императором высшего ранга. В силу идеи и традиции Рим оставался столицей мира, но уже не был постоянной резиденцией императора. Диоклетиан избрал своей резиденцией малоазийский город Никомедию, двор его цезаря Галерия находился в Сирмии на Саве, столицей Максимиана был Медиолан (Милан) в Северной Италии, откуда ему было легче контролировать альпийские проходы, а Трир и Эбурак (Йорк) стали излюбленным местопребыванием Констанция.
Если учреждение тетрархии имело своей главной целью упрочить военную силу, то реформа провинциального управления должна была улучшить государственное строительство. Наместники провинций, которые в ранней империи были одновременно и военачальниками расквартированных в их провинциях военных частей, теперь полностью сосредоточили свою деятельность на гражданских делах, обращая особое внимание на поступление налогов. Этот процесс начался еще в середине III века и завершился в 297 году реформой всего управления империи. Всю ее разделили на 12 диоцезов, а общее число провинций — посредством деления самых больших из них — было доведено до 101. Новые провинции, как правило, были значительно меньше прежних, и это позволило улучшить их управляемость и больше собирать налогов.
Налоговая реформа Диоклетиана, завершенная Константином I, унифицировала существующую податную систему.
Для свободных крестьян и колонов это означало увеличение
