Но подумать только! Этот напыщенный вельможа милостиво дозволял ему приступить к поискам… Вот кому он с наслаждением свернул бы шею!.. Человек стиснул кулаки, не обращая внимания на боль в обожженной руке, и уверенно двинулся вперед, чутьем находя дорогу в непроглядном мраке.
Пусть пожрет преисподняя всех ничтожеств, что толпятся у него на пути, чинят препятствия и строят козни! Но Темные Боги на его стороне! О, да! Как иначе объяснить, что сегодня наконец его мучители оставили пленника в одиночестве достаточно надолго, чтобы он смог навести на них снотворящие чары и ускользнуть незамеченным. И разве не сами боги вели его через весь проклятый Остров, прямо сюда, к заветному озеру?! Сегодня — в священную ночь полнолуния.
Словно услышав немой призыв, боги раздвинули облачную завесу, и лунный свет озарил поляну. Шум воды, доносившийся прежде чуть слышно, сделался громче: это изливался в озеро серебристый ручей, вытекающий из недр замшелого утеса.
Как безумный, человек пожирал воспаленным взором открывшуюся ему картину. Именно так и виделось ему это в мечтах!
Скала, очертаниями подобная черепу, возвышалась на берегу озера. Две неглубокие темные пещеры служили глазницами, скальный выступ — носом. Третий грот, самый глубокий, был подобен разверстой пасти. Казалось, утес зловеще скалится, взирая на непрошеного гостя.
Место это издавна считалось проклятым. Даже не страшившиеся ни богов, ни демонов обитатели Острова — отпетые преступники, сосланные сюда королевским судом Аргоса,— суеверно обходили Скалу-Череп стороной.
Человек осторожно приблизился к самой кромке воды, потирая ноющую руку. Боль с новой силой принялась терзать его. Когда же в спокойной воде озера он увидел свое отражение — изуродованное, покрытое ожогами, ссадинами и запекшейся кровью лицо,— чудовищное проклятие сорвалось с распухших губ беглеца.
Ненавистные мучители, пленившие его, эти дикари, утратившие человеческий облик, ни на миг не оставляли его в покое. Извращенное воображение ежедневно подсказывало им все новые пытки и издевательства для несчастного, что попал к ним в руки, и мучения его с каждым днем становились все ужаснее. Если бы сегодня боги не даровали ему возможность спастись — едва ли он протянул бы до следующего полнолуния!
Но он ничего не сказал этим зверям! Они подозревали, что он пробрался на Остров Заключенных неспроста — ибо никто не приходит сюда по своей воле,— но так и не сумели выведать его тайны. А теперь он свободен. И наконец исполнит задуманное!
Сегодня, в ночь полной луны. Когда сила Темных возрастает до предела, равно как и сила подвластных им чародеев. И кто знает, не они ли, его безжалостные повелители, пожелали подвергнуть всем этим унижениям своего верного раба, дабы испытать его на прочность, дабы проверить, достоин ли он вожделенного могущества?!
Эта мысль придала человеку решимости. Не колеблясь более, он ступил вперед и воздел руки.
— Ордру! — воззвал он низким, мощным голосом.— Ордру, я пришел!
Потом кинулся в озеро и скрылся под водой.
Каждое движение резкой болью отдавалось в правой руке, однако человек упрямо продолжал плыть, превозмогая себя, пока не оказался у подножия скалы. Зная, что тоннель начинается где-то здесь, он принялся ощупывать дно и каменную стену в поисках входа. Найдя проем, он смело двинулся вглубь.
Внезапно страх объял его душу. Он так уверен в себе… Но ведь манускрипту, в котором он впервые нашел карту заброшенного храма, не меньше двух сотен лет. Одни боги знают, что могло случиться за это время. Обрушились своды, храм затопило водой… Ему начало не хватать дыхания.
А вдруг впереди поджидает чудовище, приставленное охранять Ордру…
И все же человек продолжал плыть вперед, зная, что если повернет вспять или хотя бы остановится на миг, то путь в храм будет навсегда ему заказан. Вскоре он с облегчением заметил, что тоннель понемногу поднимается. Еще мгновение — и он вынырнул на поверхность. Он скорее почувствовал, чем увидел, что рядом есть низкий выступ, и вскарабкался на него. Несколько мгновений он подождал, скорчившись на узком каменном карнизе и вслушиваясь в тишину.
Насколько он мог судить по отрывочным сведениям, что удалось собрать о храме Ордру, туда не ступала нога человека со времен Великой Катастрофы, уничтожившей древний континент. С тех самых пор святилище оставалось в неприкосновенности. Скала-Череп — творение еще тех, далеких времен — надежно хранила свою тайну.
Однако пришел черед проснуться и этому богу. Как и многим его собратьям, явившимся в Хайборийский мир в эти смутные времена…
Темнота и тишина действовали оглушающе. Как много отдал бы он сейчас за факел, но знал, что даже самый крохотный огонек станет для него погибелью, ибо ни проблеска света не было здесь с того момента, когда Древние Боги сотворили этот мир. Свет явился бы святотатством.
Человек медленно поднялся и дрожащим от напряжения голосом позвал:
— Ордру!
Ответом была тишина.
Внезапно он ощутил слабую вибрацию, хотя не мог понять, откуда она исходила: из воздуха, от камня или из глубин его собственного тела. Дрожь стала сильнее.
«Кто здесь? — Голос, казалось, звучал у него в сознании.— Кто пришел в храм Ордру?»
— Я, мое имя — Атхари,— ответил пришелец.— Я маг из Шема, изгнанник и беглец. Я пришел просить твоей помощи, Ордру, дабы вернуться в мир и привнести в него твою силу. Взамен же предлагаю свою службу.
Снова воцарилась тишина. Человек по имени Атхари почувствовал, как по его спине пробежал холодок, и впервые за все время усомнился в разумности своего предприятия. Ибо ощутил, как где-то совсем рядом, во тьме и безмолвии, зашевелилось нечто огромное и страшное.
Зашевелилось — впервые за многие тысячи лет.
«Вернуться в мир? — вновь подал голос древний демон.— Так мои жрецы наконец вспомнили обо мне? Лемурийцы, предавшие память своего покровителя…»
Пришелец замялся.
— Ты долго спал, Ордру,— ответил он наконец.— Лемурия была уничтожена чудовищными силами, что погребли и весь тот мир, что был знаком и привычен тебе. С тех пор многое изменилось. От прежней могучей державы, где высился твой храм, остался лишь этот крохотный островок, именуемый Ос-Льерро, куда ничтожные правители ссылают преступников, нарушивших их ничтожные законы.
Странный скрежет был ответом на эти слова… И не сразу понял шемский маг, что это смех Ордру.
— Мир измельчал,— произнес Атхари.— В нем не осталось былого размаха. Прежде на кострах в твою честь ежеутренне сжигали сотни рабов. И еще сотням ежевечерне вырывали сердце из груди, дабы сладостной музыкой бились их сердца для тебя до самого рассвета. Теперь же на алтари божков льют масло и возлагают овечье руно. Эти боги не в силах защитить своих слуг. Они не могут защитить даже самих себя!
