слова звучат сейчас пошло и фальшиво.
– Но это не мешало тебе трахнуть двух девиц в моё отсутствие, – назидательно поднимаю палец, добавляя: – Причём одновременно.
– Ну у каждого мужчины есть свои фантазии. Ты бы не согласилась с кем-то…
Смотрю на него, словно на сумасшедшего.
– Конечно, не согласилась бы. Я вообще делить своего мужчину ни с кем не хочу. Я считаю, что член – это как зубная щётка. Только твой и давать его другим попользоваться – негигиенично.
– Мариша, – пытается взять меня за руку, но я отхожу и сажусь по другую сторону стола. – Я больше не буду. Я верен тебе. Навсегда. Только раз. Я не собирался. Честно. Просто выпил лишку. Ну у всех бывают промахи, – лепечет он в своё оправдание. – Тем более, ты такая занятая вечно. У нас секс последнее время только в выходные… и то не в каждые.
– Так я ещё и виновата?
– Нет, я не это имел в виду.
– Нет, именно это! – возмущаюсь. – У меня сейчас сложный период в жизни. Какой секс? Меня на работе так ментально затрахают, что мне хочется элементарно доползти до дома, поужинать и лечь в кровать. И чтобы никто меня не трогал. А на выходных отосплюсь, так силы появляются: на себя, на тебя… Впрочем, это уже неважно. Как оказалось, присунуть кому-то для тебя важнее, чем войти в тяжёлое положение своей невесты.
– Мужчинам сложно воздерживаться.
– Хватит мне лапшу навешивать, – тру кончиками пальцев мочки ушей, – сейчас стряхну остатки. Все эти байки мужики для оправданий своей кобелиной сущности придумали. Со мной этот номер не пройдёт! Короче, собирай вещи первой необходимости: зубную щётку и трусы-неделька… и выметайся. Видеть тебя больше не хочу. За остальным барахлом в январе придёшь. Я найму специально обученных людей для упаковки, заедешь, коробки вынесут.
– А как же тур наш? – не сдаётся Женя. – Мы же собирались вместе Новый год встречать. Зимний курорт, СПА, склоны…
– Единственный склон, на который бы я сейчас собралась, этот тот, с которого тебя можно было бы спустить! Так что молчи и не сыпь соль на рану, – перебиваю, покусывая губу.
Безумно ждала этого отпуска, он был мне нужен как воздух ещё и потому, что год выдался тяжёлым в моральном плане. Но что трудности на работе по сравнению в фиаско в личной жизни? Ерунда на постном масле!
– Марина, поехали, будем мириться, – не сдаётся Женя.
– Аннулируй его. Конечно, мы никуда не едем. И вообще я с тобой не ссорилась. Это всё, конец. Ко-нец! – повторяю по слогам и указываю рукой на дверь кухни. – Ты и те блондинки будут у меня перед глазами всё время стоять. Отлично, что я поменяла билет и прилетела раньше. Теперь мне ясно, почему ты трубку не брал. Развлекался, не до телефона было. Ответил бы, может, вовремя бы их выгнал, да дом прибрал. А я бы так и жила в неведении. Так что, нет, всё что не делается, делается к лучшему. Женя, уйди, не погань ситуацию ещё больше!
– Мариша, но мне реально некуда! Дай мне несколько дней хотя бы.
Разводит руками в недоумении, но хоть больше не заверяет в своей бессмертной и искренней любви.
Вздох, другой, киваю.
– Ладно, несколько дней, но сегодня… не знаю. Уезжай, пожалуйста. Прямо сейчас видеть тебя не могу.
– Я сейчас уеду, вечером вернусь, так?
– Лучше ночью, чтоб я спала и прихода твоего не заметила. Ляжешь вот тут. На кухне. Хотя нет… погоди. На кухне обоснуюсь я. На ту кровать, где ты баб трахал, я больше не лягу.
Он стоит, смотрит на меня, будто что-то добавить хочет, но нужных слов не находится. Разворачивается, шаркает в спальню, слышу, как собирается. Только когда входная дверь квартиры закрывается за ним, я выдыхаю. И чуть ли не стекаю по стулу на пол, потому что мышцы отпускает сковавшее их напряжение.
Постепенно прихожу в себя, начинаю распаковывать дорожную сумку. Надо же как-то занять руки. Никому уже не нужные сувениры скидываю в углу. Хожу по квартире, но взгляд то и дело останавливается на спальне. И каждый раз тошнота подступает к горлу. Разве могу как ни в чём не бывало жить здесь, спать на той же кровати, где Женя трахал двух шлюх, смотреть на кровавые разводы от вина на обоях?
Однозначно нет!
Эти прошмандовки, небось ещё и в ванной моей мылись, и полотенцами пользовались.
А может, их больше было, а не две? Это Женя говорит, что согрешил единожды, а там кто его знает? Нет ему больше веры! Нет!
Пристраиваю свой зад на кухонном табурете, открываю браузер в телефоне и вбиваю в строку поиска – Клининг.
Вскоре дело сделано: профессиональная уборка на завтра заказана. Далее пишу турагенту с просьбой снять бронь на горнолыжном резорте. Умываюсь слезами, фигурально выражаясь, пока отбиваю послание.
Осталось найти рабочих, чтоб матрас вынесли и обои переклеили.
И снять номер в гостинице, пока в доме не будет порядка. Там может, остыну, уже не буду так резко реагировать на Женю. А он пусть быстрее жильё себе ищет и уносит свои ноги из моей жизни и любое напоминание о себе. Кроме колечка, конечно.
Так и решаю.
Только вскоре оказывается, что снимать номер в гостинице нет надобности.
Глава 3
Вечером оказываюсь у подруги. Наши дома на противоположных концах города, так что пока трясусь в такси до неё, даже успеваю вздремнуть. Машина медленно ползёт по заснеженным улицам. На домах и проводах украшения, гирляндами опутаны фонарные столбы, на мосту иллюминация в виде сказочного замка. Красота. Даже настроение слегка повышается.
А уж когда Катюха меня встречает вином, крепкими объятьями и оскорблениями в адрес моего уже бывшего, так вообще взлетает до небес.
На меня нисходит какой-то странный пофигизм, а ирония так и плещет через края.
Коротко рассказываю ей события сегодняшнего утра, попивая кисленькое красное сухое, которое очень кстати. Не Амароне делла Вальполичелла, конечно, но тоже сойдёт. Амароне делла Вальполичелла осталось на обоях в спальне, ну, значит, судьба у него такая. Хотя вот сейчас мне очень
