я на гору полезла-то? Надо было внизу на беговых развлекаться. Так мне сюда захотелось, в толпу! Переоценила я себя, короче.
– Господи, как вы это делаете? – обращаюсь к девушке, элегантно развернувшейся на склоне рядом со мной.
– Так вы всем корпусом наклоняйтесь, иначе так и будете падать, – даёт совет. – Хорошо, если в сугроб, а не по центру трассы.
– Да вы правы, тут такие лихачи, сверху проедут и не заметят, что ты тут лежишь.
– А если заметят… сверху прилягут… ещё неизвестно, что безопаснее.
Мы смеёмся, и в этот момент рядом со мной останавливается Илья.
Какая, чёрт возьми, встреча… И вовремя! Я в лучшем виде раскинулась на снегу.
– Вот, помощь подъехала, – подмигивает девушка, прежде чем продолжить собственный спуск.
– Так… чего лежим? Кого ждём? Надеюсь, меня? – включает подколки нахал.
– Надейся, – огрызаюсь и пытаюсь подняться, но лыжи скользят, ноги разъезжаются.
Ощущаю себя коровой на снегу. Когда этот гад помогает мне подняться, я раздражена.
– Не надо меня трогать. Я сама.
Сажусь обратно и отстёгиваю крепления с громким уф.
– Всё? – насмешливо кидает он. – Сдалась? Так быстро?
– Ничего я не сдалась, перерыв сделаю.
На самом деле, я уже вознамерилась бросить это глупое занятие и съехать с горы на подъёмнике, а не на своих двоих, но замечание Ильи действует на меня, словно красная тряпка. Мне хочется доказывать, что я не из тех, кто сдаётся, кто пасует перед неприятностями, кто необучаем и бесконечно безнадёжен. В конце концов, я высококлассный менеджер, отличный управленец, я получила повышение и, чёрт возьми, не настолько тупа, чтобы не освоить горные лыжи!
Всё это кручу в голове, сидя в кафе и потягивая безалкогольный новогодний напиток на основе фруктов и ягод. Так что, выйдя из кафе, курс я беру не на подъёмник, а на спуск, решительно креплю лыжи, встаю, поправляю одежду, подпрыгиваю, наблюдаю пару минут, как стартуют более опытные лыжники. Я со школы помню: не знаешь, как решить задачу, найди такую же и сделай по аналогу. Вот и тут я смотрю на других и повторяю их движения. Раз-два, крепко сжимаю палки, права-левая, группировка. Мамочки… я еду… Наклон вправо-влево, переступили, палки, ух, в снег… еду… еду…
И, мать моя женщина, качу я всё быстрее и быстрее.
А склон тем временем всё круче и круче.
Чёрт возьми, это мало похоже на двадцать пять градусов зелёной трассы. Я точно ничего не перепутала?
Правду говорят: страх у нас в голове. Потому что стоит мне испугаться, как вся собранность летит к чертям.
И я следом за ней.
Чуть ли не кубарем кручусь, думая, только бы ничего не сломать. Да не себе… а оборудованию. За него ещё залог возвращать!
Вот так и лежу лицом в сугробе, прижимая палки к груди.
Не знаю, сколько времени проходит. Я ничего не слышу, только собственное дыхание. А надо мной внезапно возникает Илья.
– Ты больная?! – орёт он. – Куда помчалась?
– А ты зачем следом помчался? – не отстаю, хотя орать, лёжа на снегу, не особо-то и удобно.
– Помочь хотел.
– Я не просила твоей помощи!
– И не попросила бы. Слишком гордая!
– Да! – смахивая остатки снега с лица, я всё-таки сажусь.
Пытаюсь упереться пятками и зафиксировать лыжи, но они едут в разные стороны.
– Сними эти чёртовы лыжи с меня! – требую.
Илья смеётся.
– Ну что ты ржёшь!? – негодую, чувствуя, как нижняя губа начинает дрожать. – Я не умею на них ездить.
– Зато лежишь профессионально.
– Это да… – против воли со смешком подтверждаю. – Не понимаю, как теперь возвращаться, – вскидываю взгляд на вершину горы.
– Наверх, что ли, собиралась? Э-э-э, нет, только туда. Вниз.
– Наверх ближе.
– И что? Зато по склону безопаснее. И на кой чёрт ты на синюю пошла трассу, если не умеешь? Бессмертная, что ли?
Синюю? Моргаю удивлённо. Хотя, чему удивляюсь, я как-то сразу почувствовала подвох. Видимо, выйдя из кафе, не в ту сторону свернула.
– Я перепутала.
– Дальтоник?
– Иди ты!
Илья сначала «разоблачается» сам, затем помогает мне снять лыжи. Хватает и своё, и моё оборудование, кивает, без слов указывая держаться края и не мешать проезжающим профессионалам.
Мы идём вниз в молчании, но долго я не выдерживаю. Через некоторое время ворчу сквозь хруст снега под ногами.
– Кто сказал, что вниз безопаснее?
Мои ботинки то и дело скользят, несколько раз я уже садилась на попу, ощущая себя то ли медведем, которого ранняя оттепель выгнала из спячки, то ли каракатицей, выкинутой на мелководье. Грация нулевая.
– Правила сказали, – отзывается Илья.
Глава 9
Он тащит вес за двоих, но на удивление идёт прямо, ни разу не споткнувшись, не упав. Мимо по трассе летят счастливые отдыхающие. Небо уже неясное, того и гляди пойдёт снег. А я замёрзла, хоть и двигаемся. В ботинки набился снег, теперь там не просто мокро, но и противно. Быстрее бы их снять и нырнуть в свои мягкие угги.
– Будет большой снегопад, – изучая тёмные облака, выдаёт заключения Илья.
– С чего так решил?
– Прогноз посмотрел.
– А-а-а… – тяну, – а я уж думала, небо подсказало.
Мысленно ухахатываюсь: какие мы вежливые, разговорчики о погоде пошли.
– Так и по небу видно. Застрянем мы тут, как пить дать.
– Насколько?
– Одному прогнозу и известно.
Наконец, мы внизу. Илья несёт оборудование до пункта проката.
– Дальше я сама. Спасибо.
Протягиваю руки, чтобы забрать лыжи.
– Может, посидим, выпьем чего-нибудь в кафе, – кивает в сторону двухэтажного коттеджа у подъёмника.
Смотрю на него так, будто он головой ударился. Это что? Предложение зарыть топор войны? Так лучшим поступком с его стороны будет съехать куда-нибудь. Всё равно куда. Подальше желательно. Пусть вон в холле у камина себе постелет, под ёлкой.
Так что нет… никаких кафе.
Ещё и потому, – приговаривает наученная горьким опытом Марина в моей голове, – что ты слишком симпатичный гад. А моё разбитое сердечко слишком сильно хочет быть склеенным.
– Эм… нет,
