Лети в операционную, — скомандовал я Кеше. — Принеси формикарий.
Кеша, не задавая лишних вопросов, сорвался с места. Через минуту он вернулся, с трудом таща в когтях стеклянный ящик, в котором копошилась моя маленькая армия уборщиков.
Я поставил формикарий на пол и открыл крышку. Установил короткую ментальную связь с королевой.
«Видите, сколько мусора?» — послал я ей мысленный образ горы трупов. — «Это ваше. Еда на несколько недель вперёд. Работайте. Взамен — новое, более просторное жильё и будущие плюшки для всей колонии».
Ответ не заставил себя долго ждать.
Мой же дар химеролога заработал на пределе. Вокруг царил хаос, который для обычного человека выглядел бы как сцена из фильма ужасов. Но для меня… это был шведский стол. Огромный, щедрый, уставленный деликатесами, которые сами прилетели ко мне с небес.
В моих прошлых лабораториях царила стерильная чистота. Каждый инструмент лежал на своём месте, каждый образец был аккуратно подписан и помещён в стабилизирующий раствор.
Здесь же моей лабораторией стал грязный бетонный пол, а инструментами — трофейный нож и мои собственные руки. Что ж, начинать с нуля — это всегда увлекательно. Особенно, когда у тебя есть бесплатные помощники.
— Рядовая, Псих, — скомандовал я. — Сортировка. Целые туши — в тот угол. Разорванные — в этот. Мелочь и ошмётки — в центр.
Мои бойцы, едва успев перевести дух после бойни, тут же принялись за работу. Рядовая таскала тяжёлые туши, складывая их в аккуратные штабеля. Псих подбирал оторванные конечности и сваливал их в общую кучу.
Я затащил первую тушу на большой деревянный ящик, который временно служил мне операционным столом, и приступил к вскрытию.
— Так-так, посмотрим, что у нас тут…
Нож легко вошёл в плоть. Я работал быстро и точно. Движения, отточенные столетиями практики, не забылись, даже несмотря на новое тело.
Внутреннее строение этих тварей было… примитивным, но интересным. За основу был взят какой-то птичий генотип, скрещенный с рептилией. А сверху налеплены атрибуты, как магнитики на холодильник.
Вот, например, система дыхания. Два лёгких, но при этом — дополнительные воздушные мешки, как у птеродактилей, для полёта на большой высоте. Грубая система. Можно было сделать гораздо эффективнее, встроив систему рециркуляции кислорода прямо в кровеносную систему.
Но даже у таких примитивных организмов иногда получаются интересные вещи. Я нащупал то, что искал. Сеть тонких, почти невидимых капилляров, пронизывающих костную ткань. Атрибут «Прочность костей» мелкого ранга. Не бог весть что, но для меня сейчас — настоящее сокровище.
Я положил ладонь на вскрытую грудную клетку и сосредоточился. Тонкие нити моей энергии проникли в мёртвую плоть, нащупали чужеродную структуру и начали медленно, осторожно вытягивать её. Процесс был похож на извлечение занозы, только на генетическом уровне. Тело слегка ломило от напряжения — энергии уходило непростительно много, но оно того стоило.
Я почувствовал, как «Прочность костей» начала встраиваться в мою собственную структуру. Это было похоже на лёгкое покалывание, которое распространялось по костям правой руки, словно кто-то заливал их тёплым воском, укрепляя изнутри. Процесс был не мгновенным — моё новое тело всё ещё сопротивлялось чужеродной энергии. Но я знал, что делать.
Закрыл глаза и сосредоточился, направляя остатки своей магической силы на повреждённую руку. Пальцы, вывернутые под неестественным углом, начали медленно, с хрустом, возвращаться на место. Боль была острой, но терпимой — я привык к подобным ощущениям ещё в те времена, когда экспериментировал с химерологическими имплантами на себе.
Атрибут «Прочность костей» действовал как каркас, усиливая структуру костей и ускоряя их регенерацию. Микротрещины в костях затянулись, а повреждённые ткани срослись под воздействием магии.
Я сжал кулак, проверяя результат. Пальцы слушались, хотя движения всё ещё были скованными, а рука слегка ныла. Полное восстановление займёт пару часов, но уже сейчас я мог двигать ею без риска окончательно раздробить кости.
Следом я извлёк «Усиленные сухожилия» и «Кислотные железы» — тоже низшего ранга, но в хозяйстве пригодятся.
Самые интересные части — крылья с их уникальной складной механикой, череп и образцы когтей — я аккуратно отделил и отложил в сторону. Псих тут же подошёл, забрал их и сложил в отдельный ящик. Он уже понимал, что для науки, а что — на утилизацию. Молодец.
Когда с ценными образцами было покончено, я повернулся к горе ошмётков в центре подвала.
— Ну что, санитары, ваш выход.
Я мысленно отдал приказ. Из формикария, который я предусмотрительно оставил в углу, хлынул живой чёрный поток. Муравьи радостно набросились на пиршество.
Подвал наполнился тихим, но отчётливым хрустом. Тысячи крошечных жвал методично делали свою работу, утилизируя кровавое месиво. Даже кости они перемалывали в мелкую крошку.
Через пару часов подвал был практически чист. Лишь несколько тёмных пятен на бетоне напоминали о ночной бойне. Муравьи, сытые и довольные, вернулись в свой второй, более просторный дом, который я им обустроил в старой бочке.
Я вышел из подвала, закрыв за собой тяжёлые створки. Нужно будет купить новый замок. Хороший, амбарный. А лучше — с магической печатью. А то что-то зачастили ко мне гости.
* * *
Имперский Координационный Центр
Зал для пресс-конференций
Десятки журналистов, операторов и блогеров, нацелили объективы и микрофоны на сцену. В свете софитов, за длинным столом, покрытым тёмно-синим сукном, сидели двое.
Слева — генерал-майор Корнилов, представитель имперской армии. Человек, чьё лицо, покрытое сетью морщин и отмеченное старым шрамом над бровью, было известно каждому жителю Империи. Он выглядел спокойным и уверенным, как скала.
Справа, в центре внимания, находился глава Гильдии Следопытов Артемий Воронцов. Мужчина в годах, с проседью в волосах, но с живым проницательным взглядом. Он не носил формы, предпочитая строгий, но удобный тактический костюм, подчёркивавший, что он — человек дела, а не кабинетный чиновник. Именно он держал слово.
— … и я хочу заверить всех жителей столицы, — его голос, усиленный микрофонами, разносился по залу, — что ситуация с самого начала находилась под нашим полным контролем. Все действия Гильдии и военных были скоординированы.
По рядам пронёсся гул голосов. Под контролем? После ночи, полной ужаса, когда небо над городом почернело от крылатых тварей, а улицы превратились в поле боя?
Воронцов даже не моргнул. Он передал слово генералу.
— Да, я понимаю ваши сомнения, — сказал Корнилов. — Но поймите, действия армии и Гильдии Следопытов были частью единого, заранее разработанного плана. Мы знали о приближении стаи. Наши передовые дозоры за Стеной сообщили о ней за несколько часов.
Генерал обвёл зал строгим взглядом.
— Почему
