— Руки убрал! — громко крикнула я, — Да как ты смеешь! Я напротив твоего имени кружочек поставлю! С точкой!
Одна из главных угроз для всех учениках в школе сработала. Можно подумать, пометки в журнале хоть на что-то влияют. Но по какой-то неясной причине они до ужаса пугают детей. Вот и здесь сработало. Или нет?
— Ты хоть знаешь, кто я? Поднять руку на мэра города! Угрожать темным колдовством. Да ты ведьма! Да ты!
Тот самый мужчина, что сидел в углу зала, резко поднялся и подошел к нам.
— Это моя супруга, вы ее оскорбили совершенно напрасно, — незнакомец сгрёб меня под локоть, прижал к себе будто взаправду.
— Следить за женой надо! Лицо размалевала, каблуки нацепила, что я должен был думать? — толстяк выскочил из таверны, зло хлопнув дверью.
— Спасибо, — я повернулась к тому мужчине, который меня, кажется, спас. Его глаза совсем не хорошо сверкнули. Да он красавец, каких и не встретишь в жизни.
— Нехорошо лгать мэру, — протянул он с легкой улыбкой, — За такой обман можно и в темницу отправиться. А мне бы совсем этого не хотелось. Город не большой, правда непременно всплывёт не сегодня, так завтра.
— И что же тогда?
— Вы не отсюда, даже не из этого мира. Так? — его голос потонул в толпе. Я нервно кивнула.
Наверное, в моих глазах сейчас светится безумная надежда. Мне вправду нужно, очень нужно попасть домой. Но, с другой стороны, как же хочется хоть на час остаться здесь, просто посмотреть, какое оно — волшебство, распробовать этот город на вкус. Ну хоть немного.
— Все верно.
— И домой вернутся не можете? — лукавая, почти дьявольская улыбка мелькнула на губах мужчины. Я лишь кивнула в ответ.
— Я предлагаю сделку. Утром я провожу вас домой, кажется, я знаю откуда вы к нам попали. Так или иначе, утром вы окажетесь дома. Но перед этим мы заключим брак, и каждую ночь вы станете ко мне возвращаться. Мне очень нужна жена. Есть одно обстоятельство.
— Я замужем.
— Уверяю, я бы это заметил, — мужчина хмыкнул.
Я отвела глаза. Так получилось, что он невольно ударил по самому больному. Ваня так и не сделал мне предложения, мы не расписаны, хоть и живем много лет вместе, семьёй. Будто я недостойна, будто я — какая-то блудливая кошка, которую подобрали с улицы. Так может… На что пойдёт женщина, чтоб иметь возможность видеть свою дочь? Да на все она пойдёт. И я обязана вернуться домой. Хоть на день, но возвращаться.
— Я согласна, только…
— Мне нужна жена для статуса, а не для хм… большего. Так вы согласны? — мужчина протянул мне ладонь, я заметила, как странно изменился вдруг цвет его глаз, они будто бы покраснели, как у меня после долгой работы.
— Согласна.
— Идёмте, я покажу вам свой дом, представлю сыну и слугам. Если пожелаете, вы сможете купить себе личных рабов. Слуг, дорогая жена, я прошу вас в наш дом не приводить ит вообще никого из посторонних.
— Да, конечно.
— Для всех, включая моего сына Анджела, вы — моя настоящая жена. Для посторонних вы — женщина с абсолютно скверным характером. Впрочем, оно так и есть. Обнулить мэра! Какая бы еще ведьма посмела ляпнуть такое?
— Я не…
— Прощу вас, не будем медлить. Пройдём в карету, я женюсь совершенно внезапно по очень страстной любви, — мужчина улыбнулся, а я, кажется, заметила острый клык. Совсем как у вампира. Не сожрет же он меня? Я на это очень надеюсь.
— Я вредная.
— Это заметно, я уже сказал.
— В смысле, не полезная. У меня масса вредных привычек, я дышала тяжелыми металлами каждый день по многу раз, ела синтетику и сосиски из бумаги.
— У всех бывают странные привычки. Я потерплю. Только золото мое не пожрите все. Вы же не моль.
Глава 2
Светлана Ивановна
На локте у меня вот-вот появятся синяки в форме отпечатков мужских пальцев. Нет, пока незнакомец держит меня очень бережно, но, чувствую, стоит мне сделать хоть один неосторожный шаг вбок, и железная рука на моем локте точно сожмется. Вот только синяков мне и не хватает. Как я их происхождение смогу объяснить Ване? Прости дорогой, я рада, что ты на мне не женился, это было очень мудрым решением. Кстати! Я ночью сама выскочила замуж без всякой твоей помощи! За кого? Да я сама толком не знаю. Предложили, вот я и вышла. И по ночам я теперь дома появляться не буду.
О чем я вообще думаю? Пережить бы мне эту ночь, вернутся в свой родной мир живой и здоровой. Все, больше никакого классного руководства, никаких визитов домой к ученикам! Господи, какой же я была дурой. Выберусь — придушу директора! Просто так, от избытка чувств.
— Дорогая, будь осторожней, здесь ступеньки, постарайся не…
Как же он заботится получить ростбиф, а не какую-то там жалкую отбивную.
— Я вижу, что здесь ступеньки! Ай!
Каблук все-таки проскочил в щелочку между плит, да так неудачно, наверняка ободрался. И это на последней ступеньке. Ну почему мне так не везёт? И в чем я завтра в школу пойду? Последние приличные туфли, хоть плачь. А нервы и так взвинчены до предела.
— Я же говорил.
— Какой деградант построил это крыльцо? Это не трактир, а бордель!
— Собственно… Ты права, дорогая. Только не дег… Не та нечисть, которую ты назвала. Это крыльцо спроектировал и возвёл всего-навсего тролль, — хмыкнул мужчина, поймал мой встревоженный взгляд, прямо здесь же присел на корточки. Коснулся пальцами моей туфельки, я инстинктивно отдернула ногу.
— Только не бей, прошу тебя, — полушутя вскинул он руки, — Это будет неуместно. Видишь ли, здесь не принято устраивать драки до свадьбы.
— Я и не собиралась. Я просто отдёрнула ногу.
— Зачем?
— От испуга.
— Хм. Я хотел починить твою туфельку. Можно?
Встревоженный взгляд голубых почти прозрачных глаз. И смотрит он на меня снизу вверх. Я прониклась торжеством момента. Захотелось поверить, что все взаправду. И это на самом деле мой жених, а меня саму берут замуж.
— У тебя есть изолента? — с ненужным трепетом в голосе спросила я.
— Магия. Положи руку мне на плечо, прошу, — я исполнила просьбу и замерла. Неужели сейчас и вправду случится чудо? — Теперь чуть приподними ногу, иначе мне неудобно.
— Да конечно.
Он провёл пальцами по моей ноге, слишком чувственно, не безразлично. Я замерла. Нельзя так, у меня есть Ваня, я совсем ничего не готова менять в своей семейной жизни. А может?
Он аккуратно потянул на себя туфельку, снял ее с моей ноги. Какая удача, что сегодня колготки не порвались. Жених прищёлкнул пальцами, нет, каблук не просто починился. Вся туфелька целиком изменилась, стала совершенно иной, гладкой, мягкой с виду, а спереди на ней вдруг возник бант.
— Теперь вторую ножку.
Он помог мне обуться, снял вторую туфлю и сделал с ней тоже самое. Вот так просто, по волшебству!
— Спасибо, что изменил их.
— Это всего лишь иллюзия, она рассыплется к утру. Но мы никому не скажем, верно?
— Как жаль. Это были последние туфли.
— Я приглашу обувщика, он сошьёт тебе к утру новые. Такие же удобные, как эти, — жених приподнялся и вновь подал мне руку.
— А можно — не нужно? Я имею в виду, такие же удобные? Эти безумно наминают, — созналась я.
И страх мой вдруг отступил. Ну не съест он меня. А клык? Острый клык мне наверняка просто примерещился.
— Зачем же ты их носишь? — нахмурился жених, — А! Женщины любят отдавать в жертву моде свое удобство. Что ж, я надеюсь, обувщик тебе подберет что-нибудь менее похожее на орудие пытки, чем эти туфельки. Давай чуть поторопимся, пока храм открыт. Не хотелось бы будить жреца посреди ночи. В назидание он может превратить нас в пару лебедей на несколько дней. А я совсем не люблю есть зёрна.
— Мы поедем или пойдём?
Я вновь насторожилась. Становиться прекрасной лебедушкой мне совершенно не захотелось. Да и поверить в такое, скажем так, сложно. Нет, если б жених пригрозил, что меня превратят ну хоть в кошку, я бы, может, еще и поверила.
