то другой.
Перед рассветом его разбудил боец Долга:
— Вставай, парень, наша очередь сторожить. — и подождав пока Жос окончательно придет в себя добавил, не очень полагаясь на молодого сталкера — Стоять там, смотреть туда, слушать везде. Любое что-нибудь подозрительное — сразу мне доклад. Понял?
— Понял. — и встав где надо, стал прилежно пялиться в абсолютную черноту ночи, крепко сжимая в руках рукоять обреза.
Сначала стало сереть, потом потихоньку светлеть, потом первый лучик солнца, стрельнув из-за холмов, прошил золотом безрадостность окружающего пейзажа. Потом этот первый лучик, оказавшийся единственным, исчез так же быстро, как и появился. Небо затянули беспросветные тучи и начался очередной хмурый день в Зоне.
Блокпост проснулся и к Жосу подошел его коллега по ночному бдению:
— Парень, ты это… Давно с бородачом своим по Зоне шастаешь?
— С Гномом-то? Да не, в первый раз. С кордона взял меня с собой, а что?
— Что? Совет тебе, вот что. Повнимательней будь, а то слухи про него разные ходят, и это… не совсем хорошие. — и развернувшись ушел, оставив сталкера переваривать неожиданную информацию.
Холмы за блокпостом прятали ложбину, по которой пролегала дорога дальше. Рядом с дорогой наблюдался удивительный факт, в виде еле заметной тропинки, причудливо извивающейся между, казалось бы, пустыми местами. Удивительный, потому что не бывает в Зоне тропинок, так как не ходят сталкеры по одному и тому же месту. И даже если идут по намеченному маршруту в одну сторону, обратно всегда возвращаются по-другому. Это закон. Иначе можно расслабиться из-за возникающего ложного чувства, что здесь ты уже проходил и дорогу знаешь. А в Зоне все динамично, все меняется и расслабляться нельзя. Путь по которому шел туда, совсем другой, когда идёшь по нему обратно. В этом и кроется опасность. Но почему-то, в этом месте, аномалии не меняют своего местоположения никогда, даже после Выброса. Поэтому некоторые бесшабашные сталкеры, верящие в свою счастливую судьбу, натоптали в ложбине настоящую тропинку, не утруждая себя болтами и детекторами.
Идя по ней вслед за Гномом, Жос продолжал думать о предостережении бойца из Долга. Вспомнились сказанные как-то вечером у костра слова Волка. Он наставлял «молодежь»:
— Разные люди в Зоне бродят. Настоящий бандит он тем и хорош, что не маскируется под другими личинами. С таким все четко: кожаная куртка, дробовик, феня. Встретил такого — либо стреляй, либо хабар скидывай. И не важно, что их трое, а ты один. Хуже, когда кто-нибудь мутный на дороге попадется. Вроде свой, вроде сталкер, а на ночлеге с таким хрен выспишься. Пока разберёшься, что за человек перед тобой, три раза мертвым стать можно. Тут поневоле психологом надо быть!
Опять же, косые взгляды в сторону Гнома охранников блокпоста. Да, похоже тут что-то не чисто. В результате этих раздумий он четко для себя решил: до базы дойдем, скажу ему до свидания. В принципе всё так и получилось, вот только не до свидания пришлось сказать, а прощай.
Тропинка поворачивала направо и поднималась на невысокий холм. Забравшись на него, сталкеры увидели обширную поляну, пересечённую пополам все той же старой дорогой. В середине виднелся остов Камаза, с сиротливо прижавшимся к нему тёмно-зелёным УАЗом. Еще дальше был вырыт ров. Земляной вал, перед и после него, был весь утыкан заострённой арматурой. Кое-где на ней болтались останки кого-то, теперь уже не подлежащего никакой идентификации. Через ров был перекинут хлипкий металлический мостик. За ним стоял бункер из бетонных блоков и накрытый сверху бетонными же плитами. Рядом угадывались сложенные друг на друга мешки с песком и фигурки охранников. Это был южный вход в обширный лагерь Долга, располагающийся на территории бывшего завода «Росток».
Гном не торопился идти ко входу на базу. Сидя за кустами, он долго и придирчиво осматривал в бинокль местность. Жос вскоре узнал почему. Дело в том, что здесь, прямо рядом с базой, было неискоренимое логово слепых псов. Что их сюда тянуло неизвестно, впрочем, как и многое в Зоне, но факт остается фактом: несмотря на регулярные рейды Долга при поддержке сталкеров, по зачистке данной территории, собаки вскоре появлялись опять. Появлялись и норовили разорвать всякого входящего и выходящего с базы.
Слепой пес широко распространенный в Зоне мутант, издали похожий на обычную собаку. При ближайшем рассмотрении проявлялись некоторые особенности, в виде облезающей шкуры, отсутствии органов зрения и абсолютной агрессии к виду Хомосапиенс.
Отсидев в засаде пятнадцать минут и не обнаружив ничего подозрительного, они осторожно двинулись вперед. Внимательно оглядываясь по сторонам, дошли по асфальту до брошенных машин и подождали здесь еще пять минут. На всякий случай. Когда отошли от них на приличное расстояние, из-за серых низких туч выглянул краешек солнца, осветив дорогу и окрестности. И как по волшебству, в отдалении, из зарослей чего-то бледно-зелёного, проявились фигуры поджарых, с лоскутами отваливающейся шкуры, скалящих гнилые зубы слепых псов, начинающих стремительный разбег для атаки. Их было достаточно много. Достаточно много, чтобы уверенно утверждать — «Калашом» и «обрезом» на ровном месте от них отбиться без вариантов. Застава Долга однозначно далеко, помочь точно не успеют.
Жос, не смотря на отсутствие опыта в таких делах, понял это за доли секунды. Крепче сжав, мгновенно вспотевшими руками, рукоять обреза, он с надеждой посмотрел на старшего. Но тот повел себя крайне странно, а точнее крайне подло. Видимо все те же выкладки пронеслись и в мозгу у Гнома, который сразу подсказал ему выход из создавшегося сложного положения. А может он уже пользовался этим приемом раньше: резко размахнувшись, ударил прикладом автомата Жосу в колено и тут же выхватил из рук опешившего сталкера «обрез». Затем, развернувшись, бросился бежать к спасительному входу на завод. Расчет был верный: стая набросится на новичка и пока они его делят, пока определяются кому не хватит и кому догонять следующего, у него будет запас драгоценного времени чтобы добежать до заставы. Стрелять в него Гном поостерёгся, потому как могли увидеть и услышать долгари, к тому же с живым сталкером собачки провозятся дольше. Присевший от неожиданности на ушибленное колено, Жос опять проявил чудеса понимания, но на этот раз подлости человеческой натуры.
Гнев придал силы. К тому же удар пришелся на защитный наколенник, которые Жос на всякий случай на себе носил. В прошлом легкоатлет, он развил такую скорость, о которой не мечтали даже его бывшие тренеры. Через несколько мгновений перед Жосом замелькал затылок пыхтящего от быстрого бега Гнома. Долго не раздумывая, и не снижая скорости,
