от лица медицинскую маску.
— Подожди немного, сейчас выйдем из аэропорта и снимешь. Здесь ещё много микробов. Хорошо? — улыбаюсь дочери, пока воздух, который причинил столько боли в прошлом, пронзает мои лёгкие.
От борта самолёта нас забирает машина. Отец позаботился об этом, так же как и о местах в бизнес-классе, чтобы Маруся не сидела рядом с другими пассажирами. В её состоянии это слишком рискованно.
— Холосо, а дед нас ждет?
— Конечно, ты соскучилась?
— Да. Он приезжал на Новый год, а снега давно уже нет, — с грустью она разглядывает за окном самолеты.
— Ты права, но у него много дел, — крепко обнимаю её за плечи и прикрываю собой, когда сзади кто-то начинает кашлять.
— Мы долго тут будем жить?
— Надеюсь, что нет… — приободряю Марусю, а сама вспоминаю интонацию отца во время последнего звонка.
Мое сердце пропускает удар, когда машина выезжает с аэродрома и останавливается возле вип-терминала, где нас ждет личный водитель.
Страх. Вот что управляет мной, находясь здесь, в этом городе, и я все отчетливей его ощущаю своей кожей.
— Маруся, пойдем, — тяну её за руку и открываю дверь отцовской машины.
— Деда, — тут же кричит она и ныряет в салон.
С улыбкой на лице и тревогой в груди смотрю, как водитель перекладывает наши вещи из одной машины в другую.
— Привет, папа.
Сажусь в салон, принимаясь изучать лицо отца. Прошло всего чуть больше полугода, а он так сильно изменился. Его лицо осунулось, под глазами залегли тёмные круги, а волосы покрылись густой сединой. Он явно в последнее время много нервничал, но что могло случиться?
— Привет, Ольга. Как долетели?
Боже, его голос. Он совсем охрип и стал таким безжизненным.
— Клуто — пищит от удовольствия Маруся и стягивает с себя маску.
— Может, стоило подождать до дома? — смотрю на неё с волнением.
— Не переживай, мой водитель произвел полную обработку салона, прежде чем поехать за вами, так что тут можно сказать чисто как в операционной, — отец щелкает по курносому носику внучки, и в его глазах появляется озорной огонек. — Я скучал по вам, — тихо добавляет он, и машина трогается с места.
Не думала, что знакомые пейзажи за окном будут так сильно на меня давить, но увы. Сердце обливается кровью, пока машина медленно ползет в глухой пробке по некогда любимой Москве.
— Я знаю, что тебе было нелегко принять это решение и вернуться, но другого выбора у нас нет, — говорит отец, заставляя меня напрягаться ещё сильнее.
— Расскажи, что случилось. Я ведь вижу, что ты на грани, да и без особой надобности, ты бы не позвал меня в то место, что стало для меня адом.
— Верно, все так, но я хочу поговорить с тобой наедине. Все очень сильно запуталось, и у меня нет другого выбора, кроме как просить о помощи тебя. Ты моя последняя надежда и единственный шанс на спасение для Маруси.
Его слова, как молния, разверзаются над моей головой. О чем он говорит? Моя дочь в опасности?
Глава 4
Оля
— Здесь многое изменилось, — прохожу вглубь двухэтажного особняка, который был моим домом. — Раньше на стенах висели дорогие картины, а сейчас тут сплошь и рядом фотографии Маруси, — скольжу рукой по деревянной рамке, улыбаясь собственным воспоминаниям.
— Ты права, много воды утекло. Я вижу вас крайне редко, поэтому разместил ваши фотографии здесь. Так я создаю себе мнимое ощущение семейного уюта.
— Я предлагала тебе переехать к нам, но ты отказался.
— Есть такое, но тебе ли не знать, как я дорожу своими компаниями? — отец тяжело выдохнул, и его рука непроизвольно коснулась области сердца и это от меня не укрывается.
— Всю жизнь все равно невозможно стоять у руля. Надо иногда уметь отступать — дольше обычного задерживаюсь на фотографии новорожденной Маруси. Здесь она совсем крохотная. Всего около двух килограмм, и мы еще не знаем о ее проблемах со здоровьем.
— Я знаю, но сейчас не время. Нам необходимо с тобой поднять мою компанию на новый уровень.
— О чем ты говоришь? Разве ты недостаточно хорошо раскрутился? — оглядываюсь на встревоженного отца.
— Увы, каждый хочет подняться выше, и кому-то приходится отступать.
— Пап, давай ближе к делу. Если я не ошибаюсь, то у тебя проблемы и тебе требуется помощь. Ты же за этим вытащил меня сюда.
— Верно, и ты единственная, кто сможет мне помочь.
— Моя мама будет врачом, как Миса? — беззаботный голос дочери, выбивает землю из-под ног. Надеюсь, она ничего лишнего не услышала.
— Ох, нет, милая. Это не так. Твоя мама будет самым настоящим супергероем! — проговаривает отец и поднимает ее на руки.
— Она же девочка, дед! Девочки должны быть принцессами и ждать своего принца!
— Верно говоришь, но для деда твоя мама настоящий супергерой. А ты была уже в своей комнате? — отец приподнимает одну бровь и внимательно всматривается в Маруську.
— Нет, а что там? — шепотом спрашивает она, как маленький шпион.
— Я подготовился к твоему приезду. Беги с тётей Анной, она покажет тебе все! — довольная Маруся соскакивает с рук отца и сразу бежит к помощнице отца. — Ей не стоит слышать наш разговор.
— Пап, хватит тянуть. Выкладывай, что случилось и зачем тебе я? — скрещиваю руки на груди, упираясь в спинку дивана.
— Мои компании вот-вот обанкротятся, — разносится по комнате, как гром среди ясного неба. — Мне нужна ты, чтобы встать у руля и поднять их с колен.
— Подожди, что значит обанкротиться? — в недоумении отрываюсь от дивана и подхожу ближе к отцу. — Ты создал их с нуля, и все шло хорошо. Что пошло не так? — сердце сжимается в груди. Я прекрасно знаю, чем это чревато и от этого становится еще хуже.
— Да, но на рынок вошло более крупное звено, и я оказался не на равных. Он молод, умен и находчив. Ему легче подмять под себя рынок.
— Так, ясно. Значит, ты хочешь, чтобы я помогла тебе найти варианты вытащить компанию со дна? — догадываюсь я.
— Я уже все проанализировал и чтобы спастись есть только один вариант, — его многозначительная пауза заставляет нервничать.
—
