Молодёжи сложно объяснить, что с парой жизнь становится гораздо насыщеннее и интереснее.
— Но меня же не будут принуждать делать то, чего мне не хочется?
— Что вы! Драконы — добрейшие и мудрейшие существа. Они очень тактичные, понимающие и всячески избегают насилия. И уж точно никто из их расы не станет кого-то к чему-то принуждать.
— Хм… Но ведь ваш правитель всё-таки решил помочь своим подданным с поиском истинных пар. Разве это не насилие?
— Что вы! Он же никого не заставляет. Просто предоставляет такую возможность.
— А у вас были случаи, чтобы дракон отказывался от истинной?
— Нет. Истинные пары обычно совместимы психически и физически, именно поэтому у драконов от их истинных пар и может появиться потомство.
— Допустим. А если я не захочу с ними потомство или каких-то отношений? Вы сможете меня вернуть обратно в мой мир?
— К сожалению, два месяца вам придётся пробыть у нас. Переход из мира в мир очень сильно исчерпывает ресурсы организма, поэтому вам нужно время, чтобы восстановиться.
— А если мне у вас не понравится, вы через два месяца вернёте меня обратно?
— Клянусь, — серьёзно кивает Санрим. — Как я уже говорил, в нашем мире плохо относятся к насилию.
— Мясо тоже не едят?
— Едят. Но охотятся только ради мяса, а не для удовольствия.
В голове крутятся и другие вопросы, но сформулировать их не получается. Как будто настолько много всего, что трудно выцепить что-то одно.
Если драконы в человеческом виде красивые, адекватные, не изменяют и настроены на серьёзные отношения… Хм… Ладно. Надо сперва посмотреть, что они собой представляют, а потом подумаю, что делать дальше.
Уже открываю рот, чтобы спросить, как выглядят драконы в человеческом обличье, есть ли фотографии или там портреты какие, как дверь распахивается и в комнату один за одним заходят три обалденно красивых парня. Мужественные гармоничные черты лица, широкие плечи, подтянутые фигуры, чистые волосы… Прямо тестостероновый праздник какой-то! Одеты в классического покроя джинсы и белые льняные рубашки, расстёгнутые у ворота — ничего лишнего. Вот только зрачки у них вертикальные, что как-то настораживает. Хотя это такая мелочь! В наше время довольно сложно встретить парня, который был бы красив, без лишнего веса и пивного животика, да к тому же и одевался стильно, так что со странными зрачками можно и смириться. Главное, чтобы с остальным у этих красавцев было всё в порядке.
Блондин с тёмно-серыми глазами находит меня взглядом и склоняет голову:
— Здравствуй! Меня зовут Ангурр.
Рыжеволосый с ярко-синими глазами склоняет голову следующим:
— Здравствуй! Меня зовут Рарртум.
Последним склоняет голову черноволосый и самый высокий. В его зелёных глазах любопытство:
— Здравствуй! Меня зовут Данррим. Мы рады приветствовать нашу истинную.
— Очень приятно, меня зовут Татьяна, — немного ошарашенно произношу я.
Ещё бы! Я думала, мой бывший красив, но с этими представителями мужского рода он и рядом не стоял. По сравнению с ними он сильно ниже среднего. И дело даже не только и не столько во внешности, сколько в чувстве, которое возникает рядом с этими парнями — мы ещё даже не знакомы, а я уже уверена, что они спокойные, уравновешенные, заботливые, добрые и тому подобное. Может, я попала в ловушку мышления, когда мозг бессознательно наделяет красивых людей вдобавок и хорошими качествами? Надо взять себя в руки! И рот закрыть. И перестать пялиться!
Санрим подскакивает с места:
— Высшие, рад вас приветствовать. Таяна не из нашего мира, поэтому несколько ошеломлена происходящим. Думаю, стоит провести обряд, а уже потом вы пообщаетесь в более располагающей к этому обстановке.
Парни по очереди с ним здороваются, потом Данррим кивает:
— Звучит разумно.
И подходит ко мне, протягивая руку. Устоять невозможно, поэтому хватаюсь за неё. Ладонь тёплая и немного шершавая. Моя ладошка в ней тонет, но это очень приятный плен — как будто в уютном домике.
Данррим помогает мне подняться с кресла, но вместо того, чтобы выпустить мою ладонь, переплетает наши пальцы.
Удар прямо в сердечко.
Оно и до этого стучало так, словно у меня вот-вот инфаркт случится (или что там бывает в таких случаях?) А уж когда наши пальцы переплетаются, к учащённому сердцебиению добавляется ещё и туман в голове.
Единственное, о чём переживаю по пути в комнату, где будет проводиться загадочный ритуал — это совсем не о ритуале, а о том, как выбрать только одного… Как?! Это же как выбор между тортиком, мороженым и шоколадкой — всё слишком вкусное, ни от чего нельзя отказаться. Чувствую себя сладкоежкой, добравшейся до шведского стола со сладостями.
Как ни удивительно, но именно ощущение тёплой крепкой мужской ладони под пальцами окончательно убеждает меня в том, что всё происходит на самом деле. Одно дело смотреть, а совсем другое — потрогать.
Ангурр пристраивается от меня с другого бока. И хотя наши ладони оказываются совсем рядышком, инициативу не проявляет. Я тоже пусть и хочу дотронуться до него, но почему-то не решаюсь.
А вот Рарртум идёт следом за нами. И я чувствую, что он на меня смотрит. Если это действительно так — пусть наслаждается. Фигурка у меня такая, что стесняться нечего — не зря же я пару раз в неделю на пилатес хожу. Да и этот летний сарафан отлично подчёркивает мою тонкую талию, а его длина позволят убедиться, что и с ногами у меня всё в полном порядке. Единственное, если знала бы, что такое случится, то надела бы босоножки на высоком каблуке, чтобы выглядеть ещё стройнее. Но, как говорится, знала б, где упасть, соломки бы подстелила. Уже хорошо, что голову утром вымыла и косметику нанести не поленилась.
Идти оказывается недалеко: буквально десяток метров по уже знакомому коридору, и мы попадаем в небольшой зал, в котором царит приятный полумрак, прорезаемый светом от узких стрельчатых окон. На полу нарисованы странные символы. Такое место вполне могло бы оказаться в какой-нибудь документалке про тайные культы и жертвоприношения. Но хоть я это и отмечаю остатками поплывшего мозга, вырваться и убежать желания не возникает. Слишком уж хочется довериться происходящему и посмотреть, что из этого выйдет.
Санрим предлагает нам пройти в центр зала. Затем просит меня протянуть палец. Подвоха я почему-то не ожидаю, поэтому вздрагиваю, когда в безымянный палец впивается острая иголка. К счастью, боль быстро проходит. Санрим сцеживает несколько капель моей крови в непонятно откуда взявшийся кубок, затем дует на мой палец и отпускает его. С удивлением обнаруживаю, что кожа выглядит, как обычно, и никаких следов от прокола на ней нет.
