Читаем без скачивания Реванш русской истории - Егор Холмогоров

Появление в нашем пространстве тех или иных христианских святынь неизменно вызывает две полярные реакции. Массовый энтузиазм большинства людей, готовых выстаивать многочасовые неуютные очереди, чтобы воздать поклонение чудотворному образу или древней христианской реликвии, с одной стороны. И поток брани и глумления со стороны представителей пресловутого «креативного класса», порой вызывающий подозрение в бесноватости. То «суеверные бабки заполонили першпективу со Стрелки», то «мешают проезду по набережной», то «привезли какие-то тряпки». Не думаю, что исключением станет и реакция на принесение с Афона даров волхвов. Пока огромное число людей притечет к храму, чтобы прославить Рождество Спасителя, некоторые будут глумиться, некоторые с умным видом рассуждать о «фетишизме и неоязычестве», некоторые жаловаться на «неудобства».

Современный мир базируется на глумлении над святыней как на универсальном культурном коде, средстве распознавания своих и чужих. Что поделать, одно из «слабых» мест христиан в современном мире – это наличие святынь. Мы во что-то верим, для нас есть что-то святое, значит, над этим святым можно поизгаляться. И здесь нам поможет дар смирны. Память о смерти и мученичестве. Каждый христианин призван к мученичеству и исповедничеству. И выносить глумление и насмешки, не прятать свою веру, несмотря на них, – это одна из форм мученического подвига, ведь и над Христом насмехались и оплевывали его. Особая миссия в этом принадлежит христианской интеллигенции. Здесь нужны такое знание, такая глубина, такая эрудиция, чтобы именно из них и через них веровать «верой бретонской крестьянки». И как раз умение воздавать поклонение материальным святыням – реликвиям и святым мощам – это свидетельство такой веры. Здесь очень важно превозмочь навязанное нам уравнение: «Христианство = духовность = бесплотность». Чем абстрактней, чем бестелесней, тем якобы более подобающе христианской религии. Это, разумеется, полная чушь. И здесь нам поможет другой дар волхвов – ладан, символ священства.

Христианство – это религия Воплощения, о чем свидетельствует праздник Рождества. Христианство – это религия Причастия, причастия Плоти и Крови Спасителя. Православное Христианство – это религия иконопочитания, то есть веры в то, что Бог не «где-то там», а являет Себя здесь и сейчас в материи и видимых образах. Разница между христианством и язычеством не в том, что язычество материально, а христианство «духовно». А в том, что христиане воздают славу, честь и поклонение Богу и Творцу всего сущего, а язычество поклоняется твари вместо Творца, а зачастую и бесам вместо Бога. И когда фетишисты, покупающие на аукционах трусики Мадонны, обвиняют в «фетишизме» христиан, почитавших Ризу Богоматери – это, право же, смешно.

Ну и, наконец, третье обвинение, что богопочитание христиан мешает их сиятельствам кататься вдоль Кропоткинской набережной. Любая сильная религия всегда кому-то мешает. Она напоминает о себе и заставляет с собой считаться. Будучи вторжением в мирскую жизнь иного порядка вещей, религия, если воспринимать ее всерьез, должна быть именно источником не только радости, но и неудобств и некоторого дискомфорта для окружающих. В последние годы мы уже столкнулись с тем, что влиятельная мировая религия и ее приверженцы заняли наши площади и улицы и приносят свои жертвы прямо на них. И, похоже, большинство тех, кто пытается поглумиться над христианами, этот факт не сильно беспокоит. И здесь нам поможет еще один дар волхвов – золото.

Символ царственности. Россия – страна, созданная православными христианами. Москва – город, основанный и построенный православными христианами. Собирающиеся у храмов в дни принесения святынь люди – свидетельство того, что это и по сей день так. «Пусть узнают распутники и развратники, что христиане – хранители, защитники, правители и учители города», – восклицал в одной из своих проповедей святитель Иоанн Златоуст. На мой вкус, я приносил бы в Москву святыни, достойные массового поклонения людей, почаще. С тем чтобы простую истину: христиане в этом городе не в гостях и не на приставном стульчике – усвоил каждый.

А пока – с Рождеством! Пусть каждый обретет достойные и самые нужные ему дары!

6 января 2014

Игра «Сдай Ленинград»

История с опросом «Дождя» о блокаде Ленинграда на глазах превращается в новое дело Pussy Riot. Огромное количество неглупых людей упускает прекрасную возможность промолчать и торопятся явить миру свое неразумие. Кто-то незамысловато разводит руками: «Ребята, вы невежды и идиоты, но я всё равно с вами». Андрей Дубровский на «Эхе Москвы» признается, что «как историк» он знает, что сдача привела бы как к уничтожению самого города на Неве, так и к гибели его жителей, но «как человек» он не может дать ответа на вопрос, сдавать или не сдавать. Притом что выбрать между позором, при котором погибнут все, и сражением, в котором погибнут некоторые, – не такая уж сложная этическая дилемма.

Другие бросаются за тусовку в атаку с шашкой наголо. Андрей Козенко на Lenta.ru требует у всех, кто критикует «Дождь», немедленно за одну бессонную ночь прочесть «Блокадную книгу» Алеся Адамовича и Даниила Гранина и осознать, что сдать город было просто необходимо. То, что сам Даниил Гранин на сей счет придерживается другого мнения, автора не смущает, он предпочитает встать на точку зрения ленинградского партсекретаря Григория Романова, запрещавшего «Блокадную книгу» именно за то, что «мысли Гранина клонятся к сдаче». Мнения агитпропа партийного и агитпропа либерального снова совпадают друг с другом во всем, кроме знака «минус» или «плюс».

Еще одна непременная интеллигентская тема – культ Одной Книги, в которой написана Вся Правда. «Мастер и Маргарита», «Архипелаг ГУЛАГ», «Открытое общество и его враги»… Бесконечные вариации «Бюхнера с Молешоттом» тургеневско-лесковских нигилистов – «книга, где написано, что Бога нет». Это фундаментальный порок того сословия, которое по какому-то недоразумению рассматривает себя в качестве сочных интеллектуалов на русском сероземе. Интеллектуал – это тот, кто прочел хотя бы две книги, сравнил их содержание, обнаружил расхождения и попытался включить свой разум, чтобы их разрешить. Западноевропейский интеллектуализм начался со скандальной книги Петра Абеляра «Да и Нет», где он собрал противоречащие друг другу фрагменты из Писания и святых отцов именно для того, чтобы молодые схоласты поучились сравнивать, согласовывать, доказывать и объяснять.

Именно поэтому я рекомендую Андрею Козенко для анализа еще одну книгу – «Бабий Яр» Анатолия Кузнецова. Бессонную ночь гарантирую. Как и «Блокадная книга», это художественно-документальное повествование о городе, который в отличие от Ленинграда был сдан немцам – точно по методе «Дождя». По разным подсчетам, в Бабьем Яру было уничтожено от 70 тыс. до 150 тыс. жителей Киева, в котором до войны жило 900 тыс. человек. Поскольку сейчас на майдане резвятся идейные наследники тех, кто подносил патроны в Бабьем Яру, данное чтение приобретает дополнительную актуальность. Той же была судьба жителей дважды переходившего из рук в руки Харькова, сданных Одессы, Смоленска, Минска.

Наконец, есть сторонники версии о «провокации Кремля», который, раздув «малозначащий» повод в виде опроса, решил «расправиться со свободным телеканалом и со свободой слова». Понятно, что у «Дождя» и его политического патроната есть сильные противники. Понятно, что они готовы использовать любой удобный случай, чтобы с этим каналом расквитаться. Но ведь случай-то был предоставлен и вправду преудобнейший! Оскорбительное для множества людей, начиная от рядовой блокадницы и заканчивая ленинградцами президентом и премьером, исторические безграмотное, смердяковское по духу высказывание, представленное в форме интерактивного опроса: игра «Сдай Ленинград понарошку».

Помнится, на самой заре интернета мне попалась американская компьютерная игра «Дилемма Сталина» – нужно было просто вбивать цифирки в разные колонки при планировании первых пятилеток. А потом нажать на кнопку, и машина подсчитывала тебе, сколько миллионов человек потерял СССР при выбранном тобой варианте развития.

Решения в капитулянтском духе, предложенном «Дождем», неизменно обходились в человеческих жизнях очень дорого. Впрочем, давайте – игра так игра. Нажав «сдать Ленинград», аудитория «Дождя» убила Иосифа Бродского, одного из братьев Стругацких, академика Лихачева и множество других кумиров той самой либеральной интеллигенции. Оборона города, внезапно оказавшегося в блокаде, была непременным условием эвакуации.

Бывают такие пограничные ситуации, когда избежать прихода полицейского возможно лишь в одном случае – при полном единодушии общества и способности решить проблему самим. Такой случай наступил в феврале 2012 после выходки Pussy Riot. Тогда представителям либерального лагеря нужно было сделать только одно: дружно осудить это безобразие, жестко от него отмежеваться, выразить солидарность с Церковью и обозначить моральную готовность наказать хулиганок медийно, общественным презрением и т. д. При такой позиции полицейскому в этой истории ловить было бы нечего.