Было бы в высшей степени странно, если бы Украина оказалась единственным государством, на которое распространяются хельсинкские принципы, после того как они многократно и безнаказанно были нарушены в отношении многих других. Если бы Украина, уничтожив государство, которое подписало Хельсинкский акт, Украина, чье рождение само было нарушением Хельсинкского акта, оказалась бы монопольным выгодополучателем от его гарантий.
Озабоченность Украины своей территориальной целостностью, навязывание ее признания и договоров другим странам связано именно с нечистой совестью, с пониманием, что в составе Украины находится незаконно присвоенная территория, на которую у этой страны нет ни морального, ни юридического права и которую надо сохранить, по сути, обманом и дипломатическими манипуляциями.
Сохранение себя в существующих не обоснованных ни исторически, ни этнически, ни юридически «беловежских» границах превратилось в самодовлеющую доминанту украинской политики. Оно диктовало ей антироссийский вектор, стремление как можно скорее оказаться под зонтиком гарантий ЕС и НАТО. Во внутренней политике это приводило к насильственной украинизации, нелепой централизации управления и превращению федерализма в уголовное преступление (абсолютно серьезно – если украинский политик говорит «Я за федерацию», он немедленно попадает на допрос, а то и в тюрьму). Если все остальные проблемы с русским населением и русским языком на юго-востоке Украины можно было решить договорным путем, то «краденый» Крым камнем тащил украинскую государственность ко дну Черного моря (при этом тормозя развитие самого полуострова).
Под воздействием крымской фобии Украина превратилась в уникальную тоталитарно-анархическую малую империю, где слабость государства в целом компенсировалась террористическими методами «подавления сепаратизма». И я рискну предположить, что если Киев применит здравый смысл и отпустит Крым в Россию, то формирование национальной государственности Украины пойдет гораздо более успешно и цивилизованно. Тот украинский политик, который решится честно сказать «Крым не наш», станет героем украинской нации.
Те же люди в России, кто сказал «Крым – наш» заслужили звания героев нации русской. Россия наконецто начала свою территориальную реинтеграцию на национальной и культурной основе. То, что речь идет именно о территориальной реинтеграции, причем непосредственной – без всяких воровских статусов «непризнанных республик» – очень важно. Очень долго Россия велась на мифическое «место в мировом сообществе», на некие виртуальные подачки от хозяев большой игры, которые в любой момент могли быть отыграны назад. Между тем и сейчас, хоть сейчас и не XIX век, имеет настоящее значение только одно: своя земля со своими людьми. Крым – важнейшая для русских земля, одна из основ нашей национальной идентичности, если говорить о нас как о великой нации. Это один из столпов не только русской истории, но и русской культуры.
И возвращение Крыма имеет и в самом деле историческое значение. Мы наконец-то начинаем ощущать исправление совершенной в отношении нас несправедливости. Жаль, что сегодня всё это оказалось не ясным для наших депутатов, которые сделали свои поспешные заявления. Будем надеяться, что при голосовании народные избранники станут руководствоваться другими, более принципиальными соображениями. Сегодня не поддержать восставший Крым в его стремлении слиться с Россией означает предать свою историю. И история едва ли сможет остаться равнодушной к такому предательству.
6 марта 2014
Как нам обустроить Тавриду
На лицемерные вопросы о том, зачем нам нужен Крым, вместо долгих монологов о национальной гордости и русской солидарности я обычно рассказываю такой анекдот: «Дорогая, давай поедем на выходные на море?» – «Ты о чем, мы живем в Сыктывкаре». – «Не говори так!»
Нравится нам это или нет, но Россия – не столько Евразия, сколько Евроарктика. Большая часть наших бескрайних просторов расположена либо в зоне вечной мерзлоты, либо в зоне, до недавнего по геологическим меркам времени покрытой ледником. После отпадения Украины в 1991 году территорий, на которых зима длится не девять месяцев, у нас остался самый минимум.
Спору нет, русская цивилизация определяется в том числе совокупностью навыков выживания в этом холоде. Но хотя бы иногда хочется выдохнуть. Именно поэтому Крым, бывший еще для неандертальцев «курортом», где можно было укрыться в ледниковый период, имеет для нас особое значение. Значение гораздо большее, чем для живущей в тепле Украины.
Можно долго говорить о том, что значит приобретение Крыма для России. Поэтому сосредоточимся на главном. Крым для России – наиважнейшая рекреационная зона, совмещающая уникальный климат, природу, культурные и исторические памятники.
Сейчас на Крым давит наследие, оставленное Украиной: экологическая катастрофа и заэксплуатированная инфраструктура, оставшаяся еще с советского времени.
Вот почему велика опасность, что Крым превратится в очередную свалку отходов, перегороженных заборами чиновных и олигархических дач, а побережье будет утыкано мучающими глаз «атомными грибами» многоэтажек, построенных толпами гастарбайтеров; что леса будут вырублены, склоны гор – расхватаны под застройку. Развитие по обычному у нас варианту «освоения бюджетов» и гигантомания, уместная, быть может, в Сочи, но только не здесь, одинаково не подходят.
Вот почему нужен системный план развития Крыма, подчиненный определенной философии.
Зона развития – весь полуостров. Когда говорят о рекреационном значении Крыма, обычно имеют в виду южный берег, иногда Евпаторию. Между тем от самой внутренней точки сельского Крыма до моря меньше 60 км. Час езды даже на автобусе. Доступ ко всем благам крымской жизни должен быть из всех точек полуострова.
Дороги. Для того чтобы Крым развивался как целое, нужно осуществить грандиозную программу дорожного строительства. В текущей геополитической конфигурации главным транспортным узлом становится Керчь. Следовательно, необходимо строительство хороших многополосных скоростных шоссе Керчь-Симферополь-Евпатория и приморское Керчь-Феодосия-Ялта– Севастополь. Ялта-Севастополь существует, но нуждается в расширении и создании условий для безопасного скоростного передвижения. Необходимы 1–2 шоссе, которые будут соединять степной Крым от Бахчисарая с Алупкой и Ялтой через туннели: именно так связаны приморская и внутренняя Черногория. Разветвленная сеть автодорог нужна всему полуострову. Тогда Крым будет полноценно дышать. Хотя сделать это – непростая задача, результат окупит все затраты.
Не надо забывать про морские коммуникации. Сейчас вдоль побережья ходят старые ялтинские катера, на которые порой страшно смотреть. Всё черноморское побережье должна покрывать сеть удобных катеров разной скорости, позволяющих на один день съездить из Севастополя в Судак погулять и вернуться обратно.
Экологический контроль. Сейчас Крым – зона экологического бедствия. Крыму угрожает мусорный потоп. Все леса и скалы вдоль побережья замусорены и не чистились много лет. Море тоже замусоривают. Идет охота за можжевельником – деревом, которое создает уникальный крымский воздух. Поэтому в Крыму нужно создать специальную экологическую полицию с широкими полномочиями – «Люди в Зеленом». В республике должен быть введен строгий экологический кодекс: плюнул – штраф, бросил бумажку – общественные работы, спилил можжевельник – уехал в Магадан. Только такими методами можно предотвратить потерю крымской природы.
От курортов – к зонам отдыха. Существует большая опасность превращения Крыма в условную «Анталию». Этого нельзя допустить. Главная ценность Крыма в его нестандартности. Ведь там можно отдохнуть дикарем, сменить за день два-три ландшафта, найти необитаемую бухту. Поэтому при стратегическом подходе к развитию Крыма ближайшие 5-10 лет нужно не столько строить, сколько сносить построенные за позднесоветский и украинский период бетонные уродства. Необходимо сформировать вдоль побережья ландшафтную среду, как в Воронцовском дворце в Алупке – малоэтажную, замаскированную, перемежающую дорогие «отели первой линии» и общедоступные парковые и пляжные зоны. Категорически нельзя допускать появления «вилл» ближе чем за километр от моря.
Исторический парк. Крым представляет собой живой учебник истории. В нем есть стоянки древних людей, курганы степных кочевников, древнегреческие полисы, византийские крепости, итальянские замки, ханские дворцы, русские бастионы, русские дворцы, советские батареи и базы подводных лодок. Всё это должно превратиться в единую целостную среду археологических парков от Пантикапея до Херсонеса. В некоторых случаях, как, например, на высотном плато Мангуп, столице греческого княжества Феодоро, необходимо создать инфраструктуру, которая обеспечит доступность этих парков для массового посещения. Во всех случаях нужна достойная музейная инфраструктура.
