Осталось только убедить большого плохого котёнка, что не стоит убивать человека, посягнувшего на то, что он считает своим.
Эва потёрлась своим телом о тело Лэндона. Привычнее было бы проделать это, находясь в другом обличье, но она надеялась, что этот жест и так окажет свой успокаивающий эффект. В её поступке не было никакой сексуальной подоплёки. Для львов такое дружеское касание, призванное утешить собрата по прайду, вполне в порядке вещей, но, когда Эва потёрлась щекой о плечо Лэндона и уткнулась лицом в шею, вдыхая его запах, она почувствовала совсем не умиротворение. Её охватило сильнейшее желание, которое дрожью пробежало всему телу, а потом собралось внизу живота, вызвав появление горячей влаги у неё между ног.
Лэндон резко вздохнул и закашлялся, твёрдая выпуклость уперлась ей в живот, свидетельствуя о реакции его тела на её возбуждение. Эва знала, что его эрекция едва ли имеет какое-то отношение к ней лично. Любой лев, ощутив запах жаждущей самки, отреагировал бы так же.
Он обхватил её одной рукой и прижал к себе.
— Я отвезу тебя домой.
Она скорее почувствовала, чем услышала эти слова, отозвавшиеся вибрацией у него в груди. Шанс проявил мудрость и больше не возражал, пока Лэндон выводил Эву из бара. Выйдя в удушающую жару летней ночи, Эва осмотрела парковку, увидела джип Лэндона и без разговоров направилась к его машине. До бара она ехала на такси, надеясь, что братья не смогут проследить за ней, не используя охранную систему LoJack1, установленную на всех автомобилях на ранчо. Однако тщательно продуманный план, очевидно, не сработал.
— Это они послали тебя за мной, да? — довольно резко спросила она, пока Лэндон быстро вёл её к своему джипу, решительно сжимая плечо Эвы.
— Дорогуша, никто меня ни зачем не посылал, — прорычал он. — Я самый главный в прайде.
Её охватил предательский трепет.
Он пришёл за ней! Лэндон Кинг, альфа прайда «Три Скалы», отправился за ничтожной маленькой бетой — Эвой Майнор. Значит, он действительно знал, кто она такая. Она для него не невидимка.
Конечно, это далеко не признание в любви, но жизнь стала казаться Эве гораздо радужнее, чем несколько минут назад.
— Я уже был в баре, когда ты появилась. И ты бы это заметила, если б не виляла задницей перед всем, что шевелится.
И вот её жизнь снова стала тёмной и тоскливой.
Ясное дело, он приехал в бар не ради Эвы. Зачем? Ему дела нет до её существования.
А что касается братьев… Они, вероятно, даже не заметили пропажи. Никто не рыскал в ночи в поисках ничтожной Эвы Майнор. Её маленькое восстание оказалось подавлено, а она не получила и поцелуя, не смогла даже ненадолго почувствовать себя женщиной.
Она что — так много просит? Всего-то — почувствовать себя значимой. Хоть раз сбросить шкуру самого слабого члена стаи. Перестать быть оберегаемой младшей сестричкой, беспомощной маленькой девочкой или крошечной львицей, которую и на охоту-то не брали. Сегодня вечером, первый раз в жизни, она собиралась ощутить себя кем-то более значимым. Но не получилось. Никогда не получалось.
Ни разу в жизни Эва ещё не чувствовала себя более невидимой.
ГЛАВА 2
Лэндон открыл водительскую дверь и бросил Эву через рычаг коробки передач прямо на переднее сиденье. Он практически затолкал её в машину, но она не издала ни звука, только сжалась и забилась в угол, больше смахивая при этом на кошку, чем на женщину. Он запрыгнул следом, с силой хлопнул дверью и рявкнул:
— Пристегнись!
О чем, черт возьми, она думала, отправившись в такое место да ещё одетая подобным образом? Вела себя так, словно готова была осчастливить любого мужика. И пахла так, что… чёрт. От аромата, который он уловил даже с другого конца помещения, член встал по стойке смирно. Сейчас, в машине, он усилился, пропитал все вокруг. И туманил разум Лэндона. Это служило единственным оправданием тому, что он едва не обратился прямо посреди бара — в общественном месте — лишь только для того, чтобы иметь удовольствие выпустить ковбою кишки.
Он завел двигатель и надавил на газ. Автомобиль сорвался с места так, что гравий полетел из-под колес и застучал по припаркованным рядом машинам. Эва вцепилась в дверную ручку, когда Лэндон на огромной скорости вошёл в поворот. Джип накренился, оба левых колеса на мгновение повисли в воздухе, но вместо того, чтобы притормозить, он вдавил педаль в пол. Шины взвизгнули, цепляясь за асфальт пригородного шоссе. Мотор ревел от перегрузок, они рванули вперед, как ракета, разгоняясь до восьмидесяти миль в час.
Эва продолжала хранить молчание.
Лэндон всё не мог успокоиться, он весь кипел, как перед схваткой в круге. Он то и дело выпускал когти, с трудом сдерживая зверя, хотя обычно хорошо себя контролировал. Тело стремилось принять другую форму и рвалось в бой, но не ради добычи, а чтобы защитить свою территорию, свой прайд. Хотелось пустить кому-нибудь кровь. Чтобы сдержаться, Лэндону надо было наорать на кого-нибудь, уничтожить хотя бы на словах, пока руки не перестанут зудеть от желания разорвать в лоскуты ковбоя, который посмел подойти к Эве слишком близко.
Ледяное спокойствие сидящей рядом с ним девушки казалось насмешкой. Молчаливым вызовом.
— Что ты, чёрт возьми, вытворяешь?
Она вздрогнула от звука его голоса и инстинктивно отпрянула. Ее едва уловимое напряжение лишь взбесило его сильнее. Тут она заговорила, и он сразу понял, что она нисколько его не боится.
— Я не обязана перед тобой отчитываться, — раздраженно огрызнулась она, глядя вперед через лобовой стекло.
— Подумай еще раз, дорогуша. Там, где дело касается тебя, я — судья, присяжные и палач в одном лице. Так что отвечай!
Она отодвинулась еще ближе к двери, и Лэндон глубоко втянул воздух, чтобы удостовериться, что от нее не пахнет страхом. Его бросило в жар. Руки судорожно сжались на руле. Нет, страха не было. Только страсть, одуряюще сильный и пьянящий аромат. Он-то надеялся, что как только увезёт её подальше от новой игрушки-ковбоя, запах ослабнет, но в тесном пространстве машины он усилился. Лэндон тонул в нем. Член стоял, как каменный.
— Не слышу ответа! — прорычал он с явственной угрозой в голосе.
— Я могу объявить себя одиночкой, — вызывающе начала она. — И тогда у тебя не будет надо мной никакой власти.
Лэндон горько рассмеялся. Он не настроен был веселиться в своем теперешнем состоянии, но ситуация действительно забавляла.
— Мне оповестить твоих братьев, или ты сама сообщишь им, что покидаешь прайд?
Она чертыхнулась сквозь зубы.
— Я жду объяснений, Эва.
Она резко повернулась к нему, удивлённо хлопая глазами:
