активно застучали где-то через полчаса, пока Алиса, лежала на кровати, широко раскинув руки и разглядывая расписной потолок.
Не хотелось ничего. Ни продолжения жизни, ни распутывания тайн этого мира, ни магии, о которой раньше мечтала, читая романтическое фэнтези. Ей был совершенно не нужен этот новый мир. Он был непонятен и неприятен. Без интернета, кино, телевидения как вообще можно существовать? Да и как забыть любовь отца, посвящавшего ей все свое время. Не нужны ей никакие чужие родители, пусть и глубоко любящие свою дочь. Они ведь не знают, какие мысли витают в ее голове…
Итак, мир разделился на две реальности: до и после. Она хотела вернуть ту, что до, но чувствовала, что это невозможно. А новая реальность ей не нужна была от слова совсем. Все здесь казалось игрушечным, нереальным. Словно она попала в домик для Барби, став куклой, которой любила играть в детстве.
— Леди Алисия, пожалуйста, ответьте! Я могу войти?
Назойливый звук дверного колокольчика снова заиграл, и Алисия громко ответила:
— Да!
Ей было некуда деваться. Жизнь продолжалась, ведь если попробовать оборвать эту жизнь, мало ли куда ее неприкаянную душу еще может забросить. Вдруг найдутся условия похуже? Смерть предыдущей Алисии подкидывала неприятные ощущения. Нет, Алиса совсем не хотела вот так.
В комнату принцессы вошла Лидель, любимая служанка Алисии. Хорошенькая рыженькая болтушка, всегда способная развеселить и красиво украсить госпожу.
Сегодня вид у Лидели был несчастный. Под глазами залегли черные круги, а руки чуть тряслись:
— Ваша светлость, Алисия, король и королева волнуются за вас… Ваша магия заставила их покинуть комнату, но они очень просят, чтобы вы с ними позавтракали!
Алиса вдруг почувствовала сильный голод. Конечно, нет смысла отказываться:
— Я пойду, если ты поможешь одеться и проводишь меня. Я по-прежнему чувствую слабость… И что это за подозрительно знакомый букет с сиреневыми цветами в твоих руках?
— Лорд Элендир велел передать, — запинаясь, ответила служанка. — Простите, вы так любили его, я боялась вас огорчить…
— И напрасно! Надо было сразу выбросить эти цветы, как они попали тебе в руки. Впрочем, в чем виноваты цветы. Такие же жертвы положения, как и я. Просто возьми их себе, пожалуйста.
— Себе? — растерялась Лидель, — символ безграничной любви и преданности от герцога? Но как можно… Если об этом узнают…
— Тогда просто выброси их, — отмахнулась Алиса, уставшая обсуждать одно и тоже. — В общем, думай сама. Видишь ли, я решила расставить приоритеты, и такая разрушительная любовь, которую я испытывала к Элендиру раньше, теперь, полагаю, мне не нужна.
— И даже не посмотрите на его последнее письмо, отправленное вам?
Алиса закатила глаза. Кажется, этот надоеда по-хорошему не понимает.
— Давай сюда письмо, — потребовала она. Не ей, а остаткам сознания Алисии глубоко внутри нее, было интересно, чем оправдает этот писака свой мерзкий поступок по отношению к принцессе.
'Дорогая Алисия!
Не могли бы вы хотя бы не отвергать мою дружбу, если вам больше не хочется любви? Я привык к вам и тоскую. Как и сказал ранее, я честно разорвал помолвку, когда смог оценить глубину вашей привязанности ко мне. Если позволите, то скажу что такие великие чувства ко мне прежде не испытывал никто, и они глубоко льстят мне. И мое сердце больше не молчит в ответ на ваш призыв.
Простите меня, с Беллой я поддался минутному порыву. Она поставила пьесу по мотивам моей сказки в Большом театре, организовала компанию в поддержку моих книг, и я вдруг очаровался ею. Когда она призналась в чувствах, у меня не вышло сказать нет, а после ее отец объявил всем о нашей помолвке. Я пытался остановить то празднование, но безрезультатно. Думал, что получится сделать это позже, ведь сама принцесса Света полюбила меня… Но вместо того, чтобы бороться за нас, вы решили погибнуть. Тогда я взял дело в свои руки и объявил всему миру о нашей огромной любви… И я надеюсь, что ваши чувства со временем вернутся!
С любовью, Элендир'
— Ну и бред! — злобно фыркнула Алиса, сминая письмо. — Этот нарцисс совсем берега потерял!
Заметив, как удивленно вскинулись рыжие брови служанки, Алиса добавила:
— Убери цветы из комнаты, а потом помоги мне с платьем. И больше не упоминай при мне герцога Элендира.
Лидель вдруг всхлипнула:
— Ваша светлость, вы так напугали меня! Не делайте так больше!
Сказав это, она резко развернулась и выбежала с букетом из комнаты.
— Какие все нервные, — хмыкнула Алиса и принялась мять послание от неверного герцога в руках. Это помогало ей избавиться от стресса, вызванного «прибытием» в чужой мир.
Что-то было с отношением этих эльфиек к прекрасному герцогу, что заставляло ее сердиться. Одна, значит, от любви чокнулась настолько, что напилась снотворного, а вторая… ну просто организовала для этого неблагодарного промоушен-компанию среди эльфов. И не сказать, что герцог сам не мог это сделать. Просто ленился и жалел на это время. А вот Белла видимо времени не пожалела. И Элендир вдохновился ее способностями настолько, что даже решил сделать ее своей женой. Вероятно, все эти слова, что он планировал вернуться к Алисии — самая обычная уловка. Но что за чувство такое любовь, что заставляет «раскладывать все свои лучшие товары» перед предметом страсти?
Может легче вообще жить без него? Такую однополярную любовь Алиса не могла принять. Ведь герцог похоже не воспринимал всерьез никого из двух своих обожательниц… Или сколько там у него было фанаток? Запоминал ли он все те ухищрения, на которые шли влюбленные в него дамы, считал ли это проявлением любви? Кажется, просто наловчился хитро их использовать…
Вот родительская любовь, кровные узы гораздо сильнее. Потеряв связь с домом и отцом, Алиса чувствовала утрату души. Словно часть ее осталась там, в другом мире, чтобы оберегать папу от любых бед. А ведь до нынешнего момента она, Алиса, и не понимала насколько к нему привязана, насколько ей необходим стал его контроль. Потеря привычной повседневности оказалась катастрофической, словно исчезновение самого важного в ее жизни щита, охраняющего саму ее суть. И даже тоска по маме и сестре не была столь невыносимой…
Алиса, так и не решив, что делать с прилипчивым герцогом, решила отложить выяснение отношений на срок подольше. Друг так друг. Лишь бы больше не лез в душу и не пытался снова разворошить потухший костер любви.
Может, кто-то назовет ее циничной, но связи всегда пригодятся.
Глава 4
Алиса стала вспоминать, что объясняли на уроках истории ее предшественнице. Был ли космос в этом мире,
