достал из неё один лист.
– У нас ЧП. Один из ответственных работников Департамента бюджетной политики в сфере государственной военной и правоохранительной службы и государственного оборонного заказа Министерства финансов снял копии документов под грифом «особой важности» из секретных приложений к федеральному бюджету и с флеш-картой вчера убыл за границу, якобы в отпуск. Скажу одно, если документы попадут в руки наших заклятых «друзей» в западных спецслужбах, это обернётся катастрофой. Руководство Службы считает случившееся крупнейшим провалом в нашей работе. На всё про всё нам дана неделя. Ни днём больше. Дальше, сами понимаете, последуют соответствующие выводы и оргштатные решения.
«Ну и дела! – думал Самаров. – Генерал, конечно, преувеличивает на свой счёт. Он назначен начальником управления всего-то две недели назад, причём из другого департамента Службы, за это время дай бог с кадрами познакомиться… Но пройдёт ещё две недели, и руководство не вспомнит об этом, выкатят ему по полной».
– Теперь о конкретных вопросах, – генерал вынул из папки несколько фотографий, передал их присутствовавшим. – Подозрения падают на заместителя начальника отдела упомянутого мною департамента Минфина Шеликова Геннадия Петровича, крупного специалиста в сфере госфинансирования военно-промышленного комплекса.
Самарова будто пронзило током. Он почувствовал, как моментально вспотел, как заныло в висках и засаднили раны на спине, столкнулся глазами с брошенным в его сторону жёстким взглядом начальника управления. Виктор опустил глаза, стал рассматривать фотографию с таким знакомым ему лицом. Генерал продолжил:
– По данным кадровой службы Минфина, Шеликов по графику должен отправиться в очередной отпуск в ноябре, но внезапно упросил своё руководство и получил две недели сейчас, в августе. Вчера он вылетел из Шереметьева рейсом в Ларнаку.
– На Кипр? – спросил один из офицеров.
– Да, на Кипр. Самолёт прибыл в аэропорт Ларнака вовремя, без задержки. Наши сотрудники установили, что Шеликов прошёл паспортный контроль и на такси убыл в неизвестном направлении. Алексей Михайлович, – генерал обратился к своему заместителю, – продолжайте.
– Принято решение создать оперативно-разыскную группу в составе офицеров нашего управления и управления спецмероприятий. – Генерал-майор Евдокимов говорил спокойно, лаконично, без всякого пафоса. Со стороны могло показаться, что такими неординарными вопросами он занимается ежедневно, без перерыва на отдых. На самом деле так оно и было в течение сорока лет его нелёгкой службы. – Все подразделения управления оказывают группе полную поддержку и помощь. На время операции в управлении вводится особый режим, отменяются выходные дни, сотрудники отзываются из отпусков, усиливается дежурная часть, устанавливается наружное наблюдение за родственниками, коллегами и друзьями подозреваемого, их телефоны ставятся на прослушку. В квартире Шеликова устанавливаются скрытые камеры наблюдения и микрофоны. Пограничным органам в аэропортах, морских портах, на автотранспортных и железнодорожных переходах поручено отслеживать и передавать нам информацию о попытках перемещения через границу родственников, коллег и друзей Шеликова. Опергруппе в срок до 14.00 представить план оперативно-розыскных мероприятий, до 15.00 оформить командировочные удостоверения и получить командировочные в бухгалтерии, в 17.45 вылет в Ларнаку.
– Вопросы есть? – спросил начальник управления. – Вопросов нет. За работу. Все свободны. Прошу остаться подполковника Самарова и вас, товарищ полковник, – обратился он к одному из старших офицеров управления специальных мероприятий. Замначальника управления остался тоже.
– Самаров, присаживайтесь поближе. А что это вы так вынарядились, будто на фронт собрались? Камуфляж, похоже, пограничников? – спросил начальник управления.
– На рыбалке я был, товарищ генерал. А камуфляж погранцы подарили в Таджикистане.
– Понятно, – усмехнулся генерал. – Скажите, Виктор Степанович, вы ведь знакомы с нашим героем? Мне доложили, вы учились вместе?
Трудно было понять, что больше звучало в словах генерала – профессионального любопытства или подозрения, изначального недоверия. Самаров это понял и, подумав секунду, собрался и уверенно ответил:
– Да, товарищ генерал, мы учились в одной группе на экономическом факультете МГУ. Считаю его не просто однокашником, но другом и единомышленником.
Правая бровь генерала пошла вверх. С нескрываемой иронией он продолжил:
– Ну и что вы скажите по поводу такого поступка вашего друга и единомышленника?
– Он этого сделать не мог. Ни при каких обстоятельствах. Он в такие игры не играет. Давайте позвоним ему. Узнаем, где он.
– Звоните.
Самаров достал айфон и набрал номер Шеликова. После длительных сигналов женский голос автомата сообщил: «Абонент недоступен».
– Он явно сменил сим-карту МТС на кипрскую, – сказал Самаров.
– Виктор Степанович, – мягко вступил в разговор замначальника управления генерал-майор Евдокимов, – все факты говорят об обратном. Шеликов планировал отпуск осенью. Внезапно он обращается к своему руководству с просьбой дать ему две недели в августе, с ним соглашаются, и замдиректор его департамента подписывает приказ об отпуске. В тот же день он приобретает билет на рейс Москва – Ларнака. Опять же в тот же день он письменно просит своё руководство разрешить ему поработать с документами под грифом «особой важности» – и получает такое разрешение. Точнее – с документами об объёмах финансирования конкретных программ производства новейшей боевой техники на три года. Установленная в помещении для работы с секретными документами аппаратура зафиксировала наличие в кармане Шеликова флеш-накопителя. Через два дня, то есть вчера, Шеликов вылетел на Кипр. Виктор Степанович, вы ведь профессионал и должны понимать – такие совпадения не бывают случайными.
Наступило молчание. Все пристально глядели на Самарова. Тот вновь повторил:
– Это не Геннадий. Там работал кто-то другой. Этот другой и подставил Шеликова. А в том самом кабинете есть камера наблюдения?
– Увы, – развёл руками генерал Евдокимов, – мы по этому вопросу ещё серьёзно разберёмся с нашим куратором Минфина.
– Вам, подполковник, и карты в руки, – начальник управления протянул Самарову документ, – это приказ о вашем назначении руководителем опергруппы, подписывайте.
Самаров внимательно прочитал приказ и поставил свою подпись. Генерал серьёзно, уже без иронии сказал:
– Мы знаем вас, Виктор Степанович, как одного из самых опытнейших сотрудников управления. За вашей спиной не одна успешная операция. Вы, как никто другой, сумеете найти Шеликова на этом маленьком острове, задержать его и доставить в Центр. А мы здесь разберёмся, он изменник Родины или кто иной. Руководство Службы вашу кандидатуру утвердило.
Генерал сделал паузу, и вновь его жёсткий взгляд вцепился в Самарова.
– Предупреждаю, в случае, если Шеликов будет вашей группой обнаружен, а вы дадите ему скрыться, последствия для вас станут незамедлительными и решительными.
Самаров за свою службу повидал всякое. Были победы и поражения, выговоры и поощрения, государственные и ведомственные награды, много несправедливости со стороны руководства, но никто и никогда не сомневался в его честности и порядочности. Слова генерала оскорбили его, и он, никогда не боявшийся несправедливых упрёков начальства, встал и заявил:
– В таком случае, товарищ генерал-лейтенант, считаю необходимым отказаться от выполнения приказа, прощу дать мне чистый
