с командиром, облокотившись на сумку, и махнула рукой. Никто, кроме Дарса, оружие пока из рук не выпустил, однако развернулись к девушке вполоборота все, ожидая окончательного резюме. Марина наморщила носик, нахмурила брови и наконец выдала долгожданную фразу:
— Бред какой-то. Ни в какие рамки уложить не могу.
— Ну ты не кипишуй, — подал голос Старый, — выкладывай всё, сейчас разрулим, — и подмигнул, слегка, по-отечески.
Марина, скривив губы, кивнула.
— Значит так. Вчера вечером по тропе, что идёт мимо поляны, прошло восемь боевиков. Вооружение, похоже на пулемёты, — и, предвосхищая вопрос, добавила: — Но это я так думаю. А конкретно, судя по оставленному отпечатку на земле, длиной около полутора метров и весом не менее десяти-двенадцати килограммов. Приклад мощный, отпечаток три с половиной на тридцать. Шли след в след, и определить количество людей было бы невозможно, но они в трёхстах метрах встали на ночёвку. Хорошо встали, в чаще, выставили посты грамотно. Прямо там же завалили оленя, — Марина оглянулась на меня, — пардон, твою корову. Для костра выкопали яму, что могли, сожрали, часть оленя с собой взяли. Остальное объели дикие звери, и потому из чего завалили животное, не представляется возможным выяснить. Собирались спешно и ушли ещё до нашей высадки. Вполне возможно, услышали вертушку и резво подобрались. Это и радует, и настораживает. Если бы по наши души, чего проще лечь за деревьями и в восемь стволов снести нас при посадке.
— Не факт, — Старый отрицательно качнул головой. — Может, у них своё задание, и пересекаться с незнакомой группой, а тем более ввязываться в бой, им не резон. А может, вообще думали, что мимо вертушка пройдёт. Да мало ли. А может, и не пулемёты, охотники или браконьеры. Последнее более приемлемо для данной местности.
— Мало ли, — повторила Марина, — мало ли. Восемь человек идут по тропе след в след. Видят оленя, и вся маскировка по барабану. Ночуют, едят. Собираются в полной темноте и после себя никаких крошек не оставили.
— Ну ты же сама говоришь, дикие звери, — я улыбнулся, но Марина продолжила, не обратив на моё замечание никакого внимания.
— Оружие вообще прислонили к сосне в шести метрах от себя. Охрана не залегла, а болталась по лесу. В двухстах метрах от них пара серых доедала оленя, а им всё равно. Спокойно легли спать. Ни свет ни заря подскочили и по звериной тропе ломанулись на север, как кони на водопой. И ещё, — девушка вытряхнула из кулька куски кожи, — вот в чём они ходят. Я тоже по тайге предпочитала в подобном бродить.
Шаман наклонился вперёд, с интересом разглядывая.
— Летняя обувь народов Севера, изготовленная из оленьих шкур. Хотя эти плетённые, но в тайге народу полно шастает, — Марина умолкла, глядя на командира.
— Чукчи? Эвенки? — заинтересовался Шаман, бросив ещё раз взгляд на необычную обувь.
— Говорю же, не знаю, — Марина пожала плечами. — Россия — страна большая.
— И ты, значит, тоже в этом бродила? — переспросил Шаман. — И как, удобно?
— Вполне, — Марина согласно кивнула. — Летом не парит, зимой тепло. Ну, зимой, понятно, не совсем таких, типа сапожки.
— А это значит, что боевики вполне конкретные, — подытожил командир. — Хоть и поступки странные. А место, где они ночевали, как?
— Хорошее место, кусты непролазные, оттуда поляна как на ладони, а вот обратно не разглядеть. И пост на холме грамотно можно расположить, а то тут слишком открыто.
Командир несколько мгновений молча размышлял, потом кивнул.
— Принято, перебазируемся и будем ждать группу.
Легко сказать: перебазируемся! Только деревянных ящиков весом в сто килограммов двадцать штук. Длинные и неудобные. Вчетвером тащить.
Марина кивнула и, взяв «Бизон» наперевес, двинулась в сторону леса. Ну а мы вшестером весело взяли, дружно понесли. Не самая лёгкая задача — больше трёх тонн перетаскать. После второй ходки оружие с собой уже никто не брал — лишний вес таскать. Одним словом, полностью положились на чуйку Марины.
Управились, в принципе, быстро, двух часов не прошло. Ну, потому что, во-первых, расстояние небольшое, а во-вторых, бегом на полусогнутых.
Место оказалось и впрямь идеальным для такой отсидки. Небольшой открытый участок, затянутый, словно колючей проволокой, кустами ежевики, и неширокий проход, через который мы как раз и просочились. Изнутри действительно всё просматривалось идеально, а вот обратно разглядеть что-либо не получалось, как я ни старался. И что интересно, росы в этом закуточке тоже не было. Просто сухая травка.
Несколько минут мы дружно разглядывали отпечатки, предположительно от прикладов, оставленные неизвестной группой. Потом Алексей, пожав плечами, хмуро произнёс:
— Странно, оружие бросили у выхода, метрах в пяти от бревна, на котором ужинали. Может, и не оружие вовсе.
— Может, и не оружие, — легко согласилась Марина. — Только вот там, — она указала на холм, — где они дозор выставили, такой же след около дерева.
Командир хмыкнул.
— Ну, пойдём, поглядим, — он обернулся к прапорщику. — Старый, займи место с другой стороны поляны, мало ли. До прибытия вертушки меньше часа. Кащей, — он оглядел самого молодого в нашей группе, — а ты с нами, на холм, займёшь там позицию.
Он двинулся вслед за Мариной.
Кащей — Кащеев Виктор Яковлевич. 1996 г.р. Лейтенант. Позывной «Кащей».
Едва они исчезли из виду, Поли завалился на траву, упёрся в рюкзак и засопел.
Поли — Полищук Игорь Дмитриевич. 1988 г.р. Капитан. Позывной — «Поли».
Вот искренне ему завидую. И даже не столько ему, сколько его умению выключать из сознания оперативную обстановку за считаные секунды. Прилёг — и уже спит. Не сном праведника, конечно. Вполглаза, и при пробуждении мгновенно способен оценить картинку. Золотой навык! Как он его себе выработал, ума не приложу.
Я присел рядом с Шаманом, развернувшись лицом к поляне. Отличное место для засады. Если ночные гости были по нашу душу, то точно не ушли бы отсюда. Тогда кто они и почему так встревожили Марину?
— Даром всё, — словно прочитав мои мысли, произнёс Шаман. — Сидели бы тихо на полянке, посты поставили — и готово. Группа прибудет, покажет направление, тогда и решать что-то.
Я пожал плечами.
— Марине явно что-то не нравится.
— Молодая ещё, — он хмыкнул. — Скажи, Док. Ведь это ты у нас типа по политчасти, — он ухмыльнулся. — Так какого чёрта девку нам
