твари с ноги. Монстра разорвало на множество кусочков, что с мокрым шлёпаньем врезались в стены окружающих домов.
— Туда и обратно, поняла? — прокричал на ходу Трев. — Я не хочу потом отчитываться перед Смертником за то, что тебя не уберегли.
Элли улыбнулась.
— А что с Приблудой?
— Да хер с ним. Сам сделал свой выбор. Мы одна ватага и не бросаем друг друга в беде. Я просто надеюсь, что мы не зря рискуем жизнями ради этих людей.
— Они там, они живы. Я это точно знаю! Здесь совсем недалеко.
Они выбежали из узенькой аллеи и оказались на широкой дороге, ведущей к дому ватаг Ваныча. Прошлый раз, когда здесь была Элли, по улице ходили пускай и серые, но всё же люди, однако теперь картина кардинально изменилась. Вся дорога была устлана десятками тел, причём совершенно нетронутых. Монстры сразу пожирали трупы и изрыгали отвратительную биомассу, в то время как этих почему-то не тронули.
Трев подошёл к первому трупу, заметив, как под ним растекалась лужа крови, и перевернул на спину. Элли подошла, ужаснулась и, закрыв рот ладонью, прошептала:
— Зачем?
Трев выдохнул:
— Иногда страшно смириться с тем, что всё, что тебе остаётся — так это покорно ждать своей смерти. Жизни этих людей и так не были в их руках, поэтому они решили хотя бы уйти на своих условиях.
Элли подняла глаза и посмотрела в сторону дома, где обычно проживали ватаги Ваныча. Дверь нараспашку, изнутри дует прохладный ветерок. Неужели она не успела, и они, присоединившись ко всем, забрали собственные жизни? Она смогла бы себя простить, если причиной их смерти стали монстры, но вот так?
Девушка переступила через тела и спешно забежала в дом, где её ждало горькое разочарование. На одной из кроватей лежало окровавленное тело старика. Того самого, кто знал шахты как свои пять пальцев. Элли попыталась перевернуть труп, но резко осеклась и решила не тревожить его последний покой.
Трев оставил Мышь стеречь вход, на случай, если сюда доберутся монстры, и положил ладонь на плечо девушки. Он ожидал, что Элли развернётся и заплачет у него на груди, но вместо этого она трижды выдохнула, сдержала слёзы и прошептала:
— Значит, не успела. Приблуда оказался прав: вокруг только смерть и разруха. На что я надеялась?!
— Однако ты сумела сохранить в себе человечность и попыталась их спасти. Жестокая правда в том, что не всем удаётся помочь, то же самое случилось и с нами на Третьем рубеже.
Девушка повернулась вполоборота и спросила:
— Как их звали?
— Брут и Некр. Мы их плохо знали, точнее, Смертник их знал и тоже пытался спасти, но когда вокруг творится полный бардак, человеческая жизнь становится не дороже разменной монеты.
Элли молча кивнула, будто согласилась со словами парня, и ещё раз выдохнула. Здесь они никого не найдут, а значит, пора уходить. Где-то там пытается прорваться Приблуда, и она себе не простит, если из-за её чувства вины погибнет ещё и ценный член ватаги. Девушка покрепче сжала арбалет, вышла из домика, а когда они направились обратно к аллее, то услышала чей-то знакомый голос:
— Эл-Ли?
***
Высокий и крепко сложенный мужчина стоял перед дверями лифта и терпеливо ждал. Его привычно холодное азиатское лицо с красными искусственными глазами, как обычно, не выражало никаких эмоций, однако внутри человека постепенно зарождалась буря. В последнее время ему всё чаще приходится покидать любимый Город и подчищать бардак на рубежах. А в списке его любимых дел это стояло на последнем месте.
Раздался короткий писк, и двери открылись. Он зашёл внутрь и встал ровно посередине. Окружающие его люди спешно расступились и старались не смотреть ему в глаза. Лифт двинулся с места и под звуки расслабляющей музыки начал стремительно набирать высоту. Цифры менялись до тех пор, пока не загорелась “двести шесть” и настала его очередь выходить.
Мужчина, держа руки за спиной, спокойно покинул лифт и медленно походкой зашагал по широкому коридору. Последний раз так высоко ему пришлось подниматься, когда его оповестили о перезапуске Третьего рубежа, однако сегодня речь должна пойти о Первом. Он подошёл к двери, коротко выдохнул и вошел в помещение.
Внутри сновало порядка дюжины человек, облачённых в белые халаты научных сотрудников. Они перемещались между анализаторскими аппаратами и спешно делали какие-то заметки. Разбираться в происходящем он не собирался, к тому же наизготовку уже стоял человек, который собирался ввести того в курс дела.
— Второй рубеж, — проговорил он сиплым голоском, просевшим от явного и нескрываемого стресса.
Мужчина, не разворачиваясь, посмотрел на главный голографический экран лаборатории и задумчиво произнёс:
— Я думал, меня позвали ради новостей с Первого.
— Да, господин, именно так и есть. Дело в том, что проект Первого рубежа напрямую связан с тем, что сейчас происходит на Втором. Вот, посмотрите.
Экран моргнул, и на нём возникло изображение поселения ВР-2 с высоты птичьего полёта. Грязное, отвратительно пошлое место, в которое ему хотелось возвращаться меньше всего. Даже Третий рубеж со своими варварскими замашками не вызывал у него такого отвращения. Правда, виной всему были торговые кланы, а если быть точнее, то их руководители.
— Как давно это началось?
— Около часа назад, что довольно странно. Нам приходили данные о том, что экскувиаторы обитают лишь на нижних этажах
