вообще с мужиками не везло. Бабкин супружник повесился. Мамин, отец Ланы и ее сестры, скоропостижно скончался, не дожив до пятидесяти. У Люси мужа посадили. Хорошо, не с конфискацией. Поэтому и жила более или менее. Не жирно, как считала бабушка, но приличнее, чем сестра. Но в отличие от Ланы не могла открыто гулять. Она воспитывала дочь (опять дочь!), ждала мужа с зоны и вела себя осторожно. Надеялась на счастье в будущем. Не таком и далеком – благоверному дали «всего» восемь лет.
…Как-то пятничным вечером Руслана вышла из кафе, в котором работала, с битком набитыми сумками. Заведение было большим, на первом этаже – столовая быстрого питания, на втором – два банкетных зала. В них устраивались и юбилеи, и бюджетные свадьбы, и поминки. Последнее, пусть и скорбное мероприятие, радовало работников больше, чем остальные. Готовить можно было без изысков, к сервису никто не придирался, более того, их благодарили бутылочкой или конфетками, а сколько можно домой продуктов унести! От пятикилограммового куска мяса отрезать одну треть (они не наглели, половину не зажимали), а из остального сварить и суп, и гуляш, а обрезки пустить на фарш для пирогов. С рыбой еще проще. Головы на уху, хвосты на икру. Они их проваривали с манкой, добавляли масла, намазывали на белый хлеб, накрывали долькой маринованного огурца и получались отличные бутерброды.
В ту пятницу Лана и поминки отработала, и в столовой на раздаче постояла. В итоге набрала продуктов и на ужин, и на завтрашний выходной, и впрок. Еще и бутылку кагора получила от скорбящей вдовы. На помин. Но устала жутко. Работа повара тяжела. Тут и жара, и тяжелые чаны, и суета, и травмы: то порежешься, то обожжешься, то уронишь на себя противень. В дорогих ресторанах, наверное, все иначе, но Лана туда не совалась. Привыкла пюре готовить да салаты витаминные, украшать все розочками из свеклы. А чтобы в топовое место устроиться, нужно для начала пройти обучение, получить сертификат, а, главное, произвести впечатление на шефа, чтобы он взял к себе хотя бы чистить овощи. Руслане было жаль денег на курсы, а очаровывать она умела мужчин простых и определенным образом.
«Приеду домой, – размышляла она, топая к метро с тяжелой сумкой, – сполоснусь, открою винцо, брошу в него кубики льда, закушу сыровяленой колбаской да оливье, сяду за ноутбук. В вечер пятницы многие мужчины грустят, поэтому ищут развлечения на сайтах знакомств. И тут я, чуть хмельная, готовая если не на все, то на многое…».
Мысли оборвались в момент, когда Руслана почувствовала удар. Он пришелся на бок. Сильный и стремительный, он свалил ее с ног. Лана рухнула на асфальт, выпустив сумку, и уже лежа наблюдала за тем, как из нее вываливаются продукты – контейнеры с готовой едой, пакеты с рыбой и курицей, помидоры, персики…
Как бьется бутылка кагора, и вино разливается. Его ей было особенно жаль, поминальное все же.
Чуть отойдя от шока, Лана хотела встать, но голова закружилась, и ей не удалось подняться. Упала снова. Да в красную винную лужу.
– Женщина, вам жить надоело? – услышала Лана сердитый мужской голос над своей головой. – Что ж вы в неположенном месте дорогу переходите?
Руслана на «женщину» обиделась. Ей тридцать с небольшим, она еще «девушка».
Тем временем мужчина подошел к ней и помог подняться. Руки у него оказались очень сильными, и восьмидесятикилограммовая Лана пушинкой взметнулась вверх. Ее поставили на ноги и поддержали за плечи, пока она не зафиксировалась.
– Да вы вся в крови! – ужаснулся мужчина. – Что, так сильно ушиблись? Где болит?
– Болит все. Но это не кровь, а кагор. – И вяло махнула рукой в сторону разбитой бутылки.
– Если все, надо в больницу. Садитесь в машину, я отвезу вас.
– Не надо. На мне все как на собаке заживает.
– Это для моего успокоения. Чтоб угрызения совести не мучили.
Только тут Лана подняла глаза на мужчину. До этого она шарила ими то по телу своему, то по разбросанным продуктам, то по тротуару, с которого, замечтавшись, сошла раньше времени – до пешеходного перехода было еще метра три…
Итак, она подняла глаза и обомлела. Перед ней стоял принц! Высокий, красивый мужчина с густой седоватой шевелюрой и идеально выбритым подбородком. Одет как с картинки: костюм, галстук, рубашка цвета миндаля, она подчеркивает и загар, и цвет глаз.
«Нет, не принц, – возразила самой же себе Лана. – Султан!» – Она обожала турецкие сериалы про гаремы, и влюблялась то в одного героя, то в другого. Мужчина, что сбил ее, имел европейскую внешность с некрупными чертами лица. Ни тебе выдающегося носа, ни огромных глаз, ни густых бровей…
«И все равно султан, – простонала про себя Руслана. – Моего сердца!»
– Девушка, вы теряете сознание? – заволновался он.
– А?
– У вас взгляд странный.
Еще бы! Видеть перед собой такого красавца, стоять рядом, чувствовать тепло его руки (одной он все еще придерживал ее под локоток), вдыхать аромат его парфюма…
– У меня просто немного закружилась голова, – пролепетала Лана. Она отметила, что, рассмотрев ее, султан перевел пострадавшую в разряд девушек. Это радовало.
– Сотрясение, наверное. Говорю же, в больницу надо. Давайте я вам помогу в машину сесть, – и он повел ее к своему белому «Мерседесу».
Руслана сделала несколько шагов, но вспомнила о продуктах, разбросанных по дороге, и обернулась. Она прикидывала, какие из них можно спасти. Выходило, что курицу, рыбу, они в плотных пакетах, и те не разорвались, а еще икру минтая в банке и оливки. Да и сумку оставлять не хотелось. Она недорогая, холщовая, но удобная, вместительная.
– Собрать бы все, – сказала Лана султану.
– Я все сделаю, а вы садитесь. – И открыл перед ней дверь.
Она забралась в салон. Тоже белый. Только тут Лана сообразила, что может перепачкать все. Благо, в сумочке через плечо имелись влажные салфетки, и она стала вытирать руки, запачканные штаны, футболку. На всякий случай и кеды протерла, чтоб не наследить. В этом шикарном «мерине» даже
