Когда я купил еду, я переложил ее из консервных банок в пластиковые контейнеры и подписал, что там находится и как это готовить. Помимо названий я также записал сроки годности. Хотя, не смотря на сроки годности, мы должны будем все равно это съесть. Последний пункт по поводу еды: нарезать мясо на кусочки и затем переложить в морозилку в гараже, а потом избавиться от ножа. Несмотря на всю его пользу – я не осмелюсь оставить его дома.
Который час? Она проснется через несколько часов, и я хочу быть рядом с ней, чтобы она не была напугана. Всего лишь пара часов, так много дел и так мало времени. Мне нужно больше еды. Несмотря на полные кухонные шкафы, заставленные до потолка, еды все равно недостаточно. Можно еще все сложить на пол.
Люблю поездки в магазин. На протяжении всего пути ничего кроме пустых тихих дорог. Эти поездки не сравнятся с теми, что я совершал, когда жил у своей приемной матери на ферме, где она осталась после смерти приемного отца.
Мама ничего не делала на ферме, только беспокоилась о внутренней отделке, тем временем наблюдая, как гниет основание фермы. Она любила убираться дома, но как только сама начала гнить, комнаты тоже пришли в запустение. Я всегда представлял, что это могло бы стать идеальным любовным гнездышком для меня и моей девушки. Надеюсь, она тоже так подумает. Скоро узнаем.
Дорога до магазина обычно занимает около тридцати минут. Иногда даже больше, но поблизости не было других машин, которые могли бы вызвать пробки, тем более я всегда мог превысить скорость. Единственными свидетелями моего правонарушения были барсуки, которые немедленно встречали свою кончину под колесами моей машины. Всего лишь дешевый источник протеина. С этими мыслями я часто ехал без включенных фар, надеясь застать их врасплох. Единственной загвоздкой в этом плане были велосипедисты. В этом случае я мог бы просто сказать, что это не было преднамеренным. Однако, мне интересно, если бы у велосипедиста горели фары, сбил бы ли я его все равно? Часть меня надеется, что нет, но другая часть меня ни может не думать о нем, как о бесполезном мясе, которое просто перестает тратить деньги.
Продавщицы из местного супермаркета знают меня по имени и часто говорят:
- Добрый вечер, мистер Дженкинс.
Я вежливо киваю им, улыбаюсь и удаляюсь. Никогда не был хорош в светской беседе. Толпы людей, очереди, магазины, все это заставляет меня чувствовать себя неловко. Сегодня это не проблема.
Тихо. Слава Богу. Просто обычная продавщица ночной смены, которая обычно слишком устает, чтобы даже заметить меня. Она – замена юной Сьюзи, которая пропала несколько недель назад. Она не пропала. Она у меня в гараже.
Себе на заметку: не забудь освежитель воздуха. Юная Сьюзи уже не так свежа, как раньше, даже с дополнительными холодильными установками в гараже.
Второе свидание
Она знает, кто я. Она сидит за обеденным столом, жалуется на наручники, которые приковывают ее к стулу, и ноет о том, что не знает, кто я, но она прекрасно меня знает.
– Пожалуйста, просто скажи мне, кто ты... Чего ты хочешь...
Звучит как заезженная пластинка. Первые свидания легко организовывать. Вам просто нужна пара таблеток Pогипнола или другого успокоительного, в зависимости от того, что вы можете достать. Если вы не можете его достать, я также обнаружил, что тяжелый тупой предмет дает такой же желаемый эффект. С этими бумажными тарелками, стульями, прикрученными к деревянному полу, пластиковыми столовыми приборами – я бы хотел, чтобы сейчас под рукой был какой-нибудь тяжелый тупой предмет. Если она заткнется, я объясню все, что она хочет знать, но я не собираюсь перебивать ее.
Вся эта болтовня снова доказывает мне, что вторые свидания всегда тяжелее. Элемент неожиданности исчез, и волнение угасло. Вместо этого все сводится к разговору. В данном случае довольно однобокому разговору. Пожалуйста, заткнись.
– Почему ты делаешь это со мной? – спросила она.
Когда она переведет дух, я все ей объясню.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Слушай, просто отпусти меня, я не никому скажу,– продолжила она.
Она скоро вздохнет.
– Я дам тебе все, что захочешь. Деньги? Ты хочешь денег? – продолжила она.
Боже мой.
– Пожалуйста, просто скажи мне, кто ты.
И снова мы вернулись к этой теме. Я вижу по ее лицу, что она знает, кто я. Она просто пытается обмануть меня, заставить думать, что у меня не тот человек, и отпустить ее. Зачем мне ее отпускать? Пока что, она самая красивая, и все это время она была прямо у меня под носом в банке. Я путешествовал так далеко, пытаясь найти идеальную девушку, а она всегда была рядом. Я ни за что ее не отпущу.
– Кто ты? Я тебя не знаю...
Хм, может быть, она меня не знает. Нет, конечно, она меня помнит. Она так много работала со мной в банке, как она могла меня не запомнить? Она сейчас просто смотрит на меня. О-о-о, она сейчас просто смотрит на меня и не говорит. Возможно, я смогу...
– ЧТО ТЫ ХОЧЕШЬ ОТ МЕНЯ?!!
...сказать: Может быть, теперь я могу вставить словечко? Мне придется поторопиться, если я буду объяснять ей что-то.
– Пожалуйста, перестань смотреть на меня, просто скажи мне, чего ты хочешь.
Сейчас она уже успокаивается.
– Я просто хочу задать тебе вопрос, – сказал я наконец, нарушив тревожное молчание.
– Вопрос? Хочешь задать гребаный вопрос? Почему ты не мог спросить меня в банке? – заорала она.
А-ха-ха! Я знал, что она запомнила меня.
Подлая сука.
– Я хочу задать тебе вопрос, но смогу спросить только тогда, когда ты успокоишься.
Она плачет. Я вызываю широчайший спектр эмоций у людей, которые тут оказываются, – почему любовь не может быть одной из них? Я думаю, что это вполне возможно.
– Какой вопрос? – всхлипывая, спросила она.
– Если бы не было никого другого, только ты и я до конца наших дней... как ты думаешь, ты бы смогла когда-нибудь полюбить меня?
– Что?
Все девушки, которых я видел, будто бы были глухими, поэтому я постоянно ловлю себя на том, что повторяю этот вопрос. Иногда я думаю о том, чтобы записать это для них, но потом я думаю, что это может быть слишком.
– Если бы не было никого другого, только ты и я до конца наших жизней... как ты думаешь, ты могла бы когда-нибудь полюбить меня?
Тишина. Я ненавижу тишину так же сильно, как ненавижу слишком много болтовни. Обе крайности вызывают во мне беспокойство. Просто дай мне ответ. Не заставляй меня ждать.
– Ты не можешь просто отпустить меня? – наконец спросила она.
– Ответь на вопрос, и я отпущу тебя.
Она определенно красивее других девушек. Обычно я выбираю блондинок, но на этот раз я выбрал брюнетку, и я думаю, что это был самый разумный выбор, который я сделал за довольно долгое время.
Я только что заметил, что она больше не ест свою еду.
– Да.
Да? Да, что? Она только что сказала "да"?
– Да, я могла бы, – продолжала она, – теперь ты меня отпустишь?
Она сказала "да" только для того, чтобы доставить мне удовольствие? Думала ли она, что это был ответ, который я хотел услышать?
Несмотря ни на что, она сказала "да". Теперь процесс пошел.
– Это здорово, – сказал я ей, потому что это действительно было здорово.
Я поднял свой стакан в воздух, чтобы произнести тост в честь ее ответа, она также подняла свой стакан так высоко, как позволяло ее запястье, скованное наручниками.
–Тост за нас!
Я люблю вкус красного вина. Я не купил слишком много, потому что это плохо для печени.
Я допил свой стакан, а она наполовину осушила свой.
Интересно, как на этот раз упадет ее голова.
Когда она проснется на этот раз, в удобной пижаме, в которую я ее переодену, она проснется в своем новом мире. Это будет прекрасный мир, где будем только мы вдвоем. Никого и ничего больше. Не будет никого, кто мог бы разрушить наши отношения. В последний раз, когда у меня была эта особая связь с девушкой, какой-то незнакомец трахнул ее с ее же согласия. На этот раз все будет по-другому, только мы вдвоем. Чистая любовь. Не могу дождаться, но сначала мне нужно убедиться, что с домом все в порядке – наш личный мирок, на всю оставшуюся жизнь. Это будет замечательно.
