«Забавно, — подумала Роксана. — Четыре года назад я, не колеблясь ни секунды, набросила бы на себя этот костюм и как миленькая побежала исполнять самый фривольный танец. Неужели должность исполнительного директора так сильно меня изменила — сделала практичной, рассудительной… чопорной?»
Роксана рассмеялась. Спасибо Ли — вечер, вроде сегодняшнего, лучшее лекарство от зазнайства. Где написано, — игриво спросила она себя, — что женщине-директору непозволительно быть чуть-чуть сумасшедшей и что ей не к лицу легкая доля авантюризма?
Под позванивание побрякушек Роксана надела короткую меховую шубку, подкладка которой приятно холодила голую кожу, натянула высокие кожаные сапоги и, наконец, аккуратно примостила на голову меховую шапку, стараясь не задеть «сапфир», приколотый к волосам. Чадра в ожидании своего часа заняла место в сумочке.
В распоряжении Роксаны оставалась четверть часа. Банк располагался в девяти кварталах от офиса. Ловить такси в час пик — дело безнадежное, поэтому Роксана решила пройти пару кварталов пешком и взять из гаража свою машину, проходившую там профилактический ремонт. Последний раз в году она вставила кассету в автоответчик и вышла, закрыв за собой дверь.
Через пять минут после ее ухода телефон зазвонил, и густой бас воскликнул:
— Ого! Классная музыка у вас в аппарате, мисс Мердок. Это из гаража Джерри. Мы сегодня закрываемся раньше и до будущего года работать не будем. Если вам нужна машина — поспешите.
А Роксана тем временем сквозь сильный снегопад бежала к подземному переходу. Целая сеть таких переходов, проложенных под центром города, позволяла жителям зимой спасаться от трескучих морозов и шквальных ветров.
Как и большинство здешних горожан, Роксана спокойно воспринимала и холод, и снег, но нынешняя зима была из ряда вон. Последние три дня метеорологи наперебой возвещали о самом грозном урагане века, и природа-матушка решила, казалось, не подводить их.
Через какой-нибудь час после захода солнца чистое небо внезапно затянулось черными тучами, и если с утра, когда Роксана шла на работу, снег сыпался большими мягкими хлопьями, то теперь он сделался злым и колючим. Даже под землей слышны были дикие завывания ветра, и Роксана, поежившись, подняла воротник.
Стеклянные витрины подземных магазинчиков, разукрашенные по случаю Нового года, не в состоянии были развеять ощущение бесприютности и сиротства. Пробираясь в толпе сосредоточенно-хмурых людей, Роксана кляла себя за то, что не удосужилась послушать сводку погоды. О гараже и машине не могло быть и речи — до банка приходилось добираться пешком.
Покинув теплый подземный лабиринт, Роксана поднялась наверх, надвинула на самые брови шапку и закрыла лицо воротником, уберегая грим. По заснеженной аллее она прошла навстречу надвигающейся буре и постучала в огромные двери «Хэпворт нэшнл бэнк» как раз в ту секунду, когда сотрудник службы безопасности закрывал их изнутри. При виде поздней гостьи он улыбнулся, постучал пальцем по наручным часам. Роксана в ответ тоже улыбнулась, достала визитную карточку, и мгновением позже двери распахнулись.
— Мы уж вас не ждали! — прогромыхал охранник. — Банк последний час больше похож на могилу.
Он осторожно высунул нос на улицу.
— Ну и погодка! Собаку на волю не выгонишь!
— Не то слово! И транспорт, по-моему, совершенно не ходит.
Роксана с наслаждением подставила озябшие руки под струи теплого воздуха, вырывающиеся из кондиционера.
— Куда идти?
— Прямо по коридору, потом на красном лифте на четвертый этаж. Я позвоню — предупрежу мистера Карлина, что вы уже поднимаетесь. — С этими словами охранник снял трубку настенного телефона и начал набирать номер.
«Могила — еще мягко сказано», — криво усмехнулась Роксана, с тихим содроганием поглядывая на холодные мраморные стены и массивные решетки на кассирских окошках. Даже шестиметровая рождественская елка с ее разноцветными гирляндами не создавала положенного праздничного настроения. Чтобы хоть как-то избавиться от ощущения зияющей пустоты вокруг, Роксана с силой ставила ноги на мраморный пол, и гулкое эхо разбивало тишину этого величественного мавзолея.
«Хэпворт нэшнл бэнк» был стар как само время. Роксана прямо-таки видела это монастырского вида строение, окруженное вигвамами индейцев-сиу, в то время как внутри ругается с кассиром основатель банка Луис Хэпворт-старший, уехавший в 1860 году из родной Бельгии без гроша в кармане.
Сказать, что здание выглядело мрачным, означало не сказать ничего. Однообразная тосканская колоннада фасада и тоскливо-одноцветная отделка коридоров совершенно не располагали к тому, чтобы задержаться здесь дольше необходимого. Холодный помпезный стиль сооружения навевал мысль о потусторонних силах. Казалось, строгие и неподкупные духи подземелий царствуют на этажах, неусыпно следя за целостью и сохранностью врученных им на хранение денег. Возможно, еще и поэтому Роксана, подобно большинству жителей двухмиллионного Миннеаполиса, была клиентом «Хэпворт нэшнл бэнка».
Лифт открыл двери, как только Роксана нажала на кнопку вызова, потом быстро и бесшумно поднял ее на четвертый этаж и замер в ожидании. Роксана переступила порожек и чуть не натолкнулась на пожилого мужчину в синем костюме-тройке.
— Мистер Карлин? — Роксана неуверенно протянула руку.
— Наконец-то! — сказал мужчина, отвечая рукопожатием. — А мы уже начали бояться, что нашим наполеоновским планам не суждено осуществиться.
— «Приветствия и Поздравления» гарантирует доставку и удовлетворение! — с некоторым самодовольством продекламировала Роксана и улыбнулась. — Где можно повесить пальто и привести в порядок костюм?
— Вот тут у нас комната отдыха персонала, там — дамская комната! — короткий пухлый палец мистера Карлина указал на двери.
— Замечательно, — откликнулась Роксана. — Мне потребуется минут пять — не больше.
— А я пойду и подготовлю публику к вашему приходу. Мистер Тэйлор убежден, что речь идет об обычной новогодней вечеринке, — поблескивая масляными глазками, сказал мистер Карлин. — А вы… вы способны сразить самое стойкое сердце.
— Надеюсь, они приготовили сердечные капли для старины Эйба, — пробормотала Роксана, проследив, как фигура банкира, облаченная в синий костюм, удаляется по коридору и скрывается за углом.
Комната отдыха приятно удивила. Со вкусом украшенная, она вобрала в себя все то тепло, которого недоставало унылым коридорам этого средневекового замка. На стенах висели цветы с гирляндами огней, на столах горели свечи в канделябрах, оконные стекла кто-то умело разрисовал снежинками, и даже автоматы, торгующие едой и сигаретами, были обвиты красным и зеленым серпантином.
