«Пляски одалисок» звучали быстрее и быстрее, темп нарастал. Плечи Роксаны мелко задрожали в такт музыке, длинные тонкие пальцы сорвали с плеч воздушный шелковый шарфик, и герой вечера с изумлением прочел на пышной еле-еле прикрытой груди танцовщицы собственное имя.
У Брэма вспотели ладони и сладко заныло в паху; ноги нервно задрожали. Темп пляски стал просто бешеным. Как загипнотизированный, Брэм взирал на безумное кружение рук, ног, пальцев, головы… И вдруг все оборвалось, и воцарилась тишина. Роксана еще раз поклонилась, улыбнулась, на прощание провела пальцами по лацкану пиджака ошеломленного вице-президента, подмигнула ему и быстро скрылась за дверью, провожаемая оглушительными аплодисментами.
Добежав до комнаты отдыха, она буквально упала на мягкое твидовое кресло. Сердце выпрыгивало из груди, в ушах стучало. Неудивительно, что восточные танцы называют скорее разновидностью спорта, чем танцами, — подумала она: за последние десять минут ей пришлось согнать пота больше, чем за день бальных танцев.
Роксана сорвала с лица чадру и села прямо, пытаясь успокоить дыхание.
Дверь приоткрылась, и Роксана вздрогнула. При виде мистера Карлина она снова успокоилась — этого человека она не боялась.
— Вы были великолепны! У меня нет слов, чтобы выразить свое восхищение, — вкрадчиво сказал он, ставя на стол магнитофон и осторожно подходя к дивану напротив. — Кстати, мисс Мердок, у меня в следующем месяце юбилей. Шестьдесят лет. Не мог бы я вас попросить…
Чопорно поправив волосы, Роксана одарила банкира профессионально-приветливой улыбкой.
— Нет проблем, мистер Карлин. Звоните в «Приветствия и Поздравления», называйте дату, время и место, и мы с удовольствием пришлем к вам очаровательную восточную танцовщицу.
— Да-да, конечно! — закивал головой мистер Карлин. — Правда, я надеялся… Да и мы все…
Он подергал пуговицу пиджака, глядя куда-то в сторону.
— Меня просили пригласить вас на последние десять минут торжества, мисс Мердок. Сейчас как раз открывают шампанское…
— Спасибо, но это запрещено уставом компании. Я только отдохну минутку и пойду. Спускаться на том же красном лифте?
— Нет, он уже заперт и обесточен. Немного дальше по коридору лифт с черной дверью. Он опустит вас на крытую автостоянку. Кстати, если вам нужно позвонить, это можно сделать там же, из будки диспетчера… Так вы уходите? Жаль…
С глубоким вздохом мистер Карлин попрощался с гостьей и ушел.
Вскочив на ноги, Роксана заперлась на замок, чтобы больше никто не вошел без спроса, осмотрела свое скудное одеяние и пожалела, что не взяла с собой костюм. В желудке забурчало от голода.
— Ах да, я ведь обещала тебя покормить, — участливо отозвалась Роксана и взглянула на настенные часы: полседьмого. Гараж закрывался в восемь, и у нее была еще уйма времени. Вытащив из кармана пальто горсть мелочи, она опустила в щель автомата несколько монет и нажала на нужные кнопки. Восхитительный аромат кофе наполнил комнату, и Роксана тем временем вставляла в микроволновую печь замороженную пиццу. Еще через пять минут она дула на горячую лепешку, примериваясь, как бы поудобнее ее куснуть.
Три последующих похода к автомату обернулись очередной чашкой на удивление хорошего кофе, пакетом хрустящего картофеля и большим шоколадным пирожным. Забросив ноги на придвинутый стул, Роксана неторопливо перекусила, лениво полистала утреннюю газету и обнаружила в ней упоминание о себе. Какой-то журналист отнес ее к числу наиболее процветающих антрепренеров города.
Поднося последний кусок пирожного ко рту, Роксана случайно глянула на часы: семь пятнадцать. Она соскочила с кресла и начала судорожно прибираться. Мусор полетел в урну, а стулья встали на положенное им место.
Со скоростью пожарника, спешащего на вызов, Роксана оделась, подхватила сумочку и магнитофон, погасила свет и понеслась по коридору.
Тишина здания ошеломляла. Из каждых трех ламп горела одна, и Роксане начало казаться, что она — всего лишь призрак в этом каменном склепе.
— Горазда же ты сидеть, однако, — вслух отчитала она себя и прислушалась к звуку своего голоса. Глуповатая улыбка тронула ее губы. — Если ты здесь застрянешь, Роксана Мердок, это будет тебе хороший урок!
Сапоги бесшумно скользили по ковровой дорожке. За углом Роксана увидела красные буквы «Выход», а под ними — черные двери лифта. Она ткнула кнопку вызова, и дверцы раскрылись.
— Наконец-то! Теперь я почти дома, — с облегчением сказала она.
— Подержите двери, пожалуйста! — прорезал тишину глубокий мужской голос.
Роксана нажала на блокировки дверей и, прищурившись, вгляделась в высокую фигуру, приближавшуюся со стороны смежного коридора. Секундой позже карие глаза Роксаны расширились от ужаса. «О, нет! — чуть не вскрикнула она. — Почему именно он? Почему Абрахам Тэйлор, а не кто-то другой — хотя бы этот старый греховодник мистер Карлин?»
Надвинув шапку на самые глаза, Роксана вжалась в угол лифта. Она сама не смогла бы объяснить, почему ее страшит общество седьмого вице-президента. Да, мистер Тэйлор довольно смело разглядывал ее во время танца, но в целом ничего отталкивающего в его поведении не было.
— Спасибо, что подождали. — Указательный палец Брэма привычно нажал на кнопку, и двери лифта закрылись. — А я, признаться, думал, что в банке ни души.
Роксана промычала что-то неопределенное, пытаясь спрятать магнитофон под пальто.
— Торопитесь к новогоднему столу? — небрежно поинтересовался Брэм.
Роксана фыркнула. Черт бы побрал этого мужика! Как будто не знает, что в лифте разговаривать не принято. Да еще лифт тащится как черепаха!
— А я завтра утром буду нежиться под теплым карибским солнышком, играть в теннис, купаться в океане и искать удачи в казино.
По ходу монолога Брэм чуть наклонился, пытаясь разглядеть лицо собеседницы.
У Роксаны пересохло во рту, а руки, одетые в кожаные перчатки, взмокли от пота. Она еще глубже надвинула шапку и опустила голову так, что подбородок уткнулся в высокий воротник пальто.
Брэм разочарованно выпрямился и потеребил короткие бакенбарды.
— Вы не одна из секретарш, которые были на моей вечеринке?
— Нет.
Брэм снова нагнулся в надежде разглядеть ее лицо. Роксана торопливо отвернулась. В это мгновение что-то со стуком упало на пол. Роксана скосила глаза вниз, и у нее захватило дух от ужаса: сапфир, украшавший ее пупок, выкатился из-под пальто и теперь лежал у носка правой ноги. Стараясь держаться как можно естественнее, Роксана наклонилась, намереваясь поднять злополучный голубой камень, но в последний момент сильные пальцы сжали ей запястье.
