тяжёлый день! — устало отозвалась девушка. — А ты почему не спишь?
— Да так, скор-ро лож-жусь! Просто хот-тел тебя увиде-т-ть… И попроить об одной вещи…
— Я слушаю. — Виолетта недоверчиво сощурилась.
Молодой человек чуть помедлил с ответом. Несколько секунд она любовалась на его застывшее подрагивающее изображение. А потом он тяжело вздохнул.
— П-просто обещай, ч-что не буд-дешь злиться на Влада… Он не хотел…
— Макс, что он опять натворил? — она с шумом выдохнула воздух. — Он никого ни во что не ставит… Макс?
Но ответом ей была звенящая тишина. Виолетта посмотрела на экран сенсера. Несколько раз он беспомощно замигал и потемнел. Она попробовала включить устройство, но оно сразу же отключилось. Батарея разряжена.
— Чёрт! — тихо выругалась Виолетта и сунула сенсер в карман.
С Максимом она дружила сколько себя помнила — ещё с раннего детства. Ей тогда было где-то четыре-пять, а ему всего три года, когда они столкнулись в Городском парке во время прогулки с мамами, и играли потом до самого вечера. На следующий день оба рвались обратно в парк, чтобы вновь встретиться друг с другом. Их родители не противились этому, и вскоре дети уже виделись практически каждый день. Виолетта ещё не знала, что её лучший друг сын мэра, да и не понимала в чём важность этих титулов. Так и строилась эта крепкая дружба. Девушка помогала Максиму пережить смерть матери, постоянные нападки со стороны требовательного отца, и другие тяжёлые переживания. А он в свою очередь всегда помогает ей и приглядывает за Владом в Училище.
Если говорить об учёбе в Училище, так там многие завидовали их тесной дружбе. В основном это были девушки со старших курсов. Виолетте даже льстила их ревность. Максим представлял из себя типичного аристократа с этой своей нездоровой бледностью, словно в спешке выписался из госпиталя, и соответствующими чертами лица. Долговязый и худой, он постоянно ходил с гордо поднятой головой, и в каждом движении его присутствовали лёгкость и грация. По сравнению с ним Виолетта ходила как неуклюжая гусыня, и иногда её саму очень раздражал этот контраст. Тёмные волосы всегда уложены — Максим никогда не позволял себе выглядеть неряшливо. Глаза чёрные. Говорят, эта отличительная черта присуща только истинным правителям. Вроде как у многих представителей королевской семьи чёрные глаза. Кого-то этот взгляд пугает, но Виолетта всегда видела в них только тепло, словно это два горящих уголька среди обугленных поленьев в печи. Иногда она удивлялась, как у человека с такой явной аристократичной внешностью и манерой двигаться могут быть превосходное чувство юмора и простой склад ума. Совершенно несовместимые вещи, но вместе с тем безотказно располагающие к себе других людей.
Виолетта не заметила, как оказалась в глубине Мёртвого квартала. Эта часть квартала до сих пор оставалась разрушенной. Уличные фонари взирали на неё невидящим оком. Почерневшие от пожара дома выглядели жутко и во мраке провоцировали воображение. Днём это место выглядело не таким устрашающим.
В голову настойчиво лезли плохие мысли. Девушке постоянно казалось, что за ней наблюдают кромешцы. Прячутся где-нибудь в тени самых тёмных закоулков и выжидают подходящий момент для нападения. Каждое дерево, каждый дом — внушали недоверие.
Виолетта пересекала пустынные улицы быстрым шагом, мечтая поскорее вернуться домой. Через какое-то время она начала замечать, что температура резко упала. Стало намного холоднее. Девушка с шумом выдохнула воздух, и изо рта повалил столбец пара, который тут же растворился в холодном воздухе. Всё тело покрылось мурашками, и она невольно поёжилась.
Сейчас она согласилась бы ехать даже в стареньком фургоне Тимура, её молодого человека. Она всегда считала, что этот фургон больше подходит для складирования ненужного хлама. В этот момент она представила, как он сейчас едет в тепле и комфорте на полпути в Дэнпуль, где завтра будет выступать его любимая музыкальная группа. Тимур был старше неё и просто фанател от татуировок, пирсинга, подводки для глаз и различных аксессуаров. Его руки и шея были сплошь покрыты татуировками, крашеные чёрные волосы почти свободно касались плеч, в носу красовался металлический шип, а в ушах — серёжки в форме черепа. Тимур всегда носит серебряную цепь и ошейник с шипами, а на руках — кожаные браслеты и перстни. Девушка познакомилась с ним в клубе год назад, затем через две недели они столкнулись в Торговом квартале, и Тимур пригласил её на свой концерт. Он выступал со своей группой. Эта специфическая, агрессивная музыка на любителя, но она покорила её сердце. Вскоре между ними завязались романтические отношения, и вот уже прошёл год, как они вместе.
Внезапно она уловила впереди какое-то движение. Виолетта неуверенно остановилась и начала вглядываться в темноту. Со всех сторон на неё смотрели полуразрушенные обгорелые постройки. И ни одного живого существа вокруг. Даже бродячих собак здесь не увидишь. Виолетта сделала вывод, что ей просто показалось.
Она нырнула в проход между двумя домами и зашагала по узкой улочке. Появилось неприятное чувство, что за ней кто-то следит, но сколько бы она ни оглядывалась, кругом никого не было. К несчастью, сегодня пасмурно, и от этого было ещё темнее.
Вдруг до её ушей донёсся странный звук: такой тихий, будто чем-то приглушённый. Виолетта замерла и прислушалась. Звук чем-то напоминал шелест сухой листвы или дуновение ветра. Но чем внимательнее она прислушивалась, тем больше убеждалась, что этот звук очень напоминает чьи-то шаги. Звук раздавался всё громче и громче. Она уже отчётливо слышала стук подошвы тяжёлых ботинок о дорогу. Ей казалось, что преследователь находится у неё за спиной. Она ощутила, как его горячее дыхание коснулось затылка и прожгло всю её насквозь…
Виолетта резко обернулась, но за спиной никого не оказалось. Она стояла одна посреди тёмной улицы, но чувствовала, что здесь есть кто-то ещё. Она не могла видеть его, но ощущала на себе пристальный взгляд. Возможно, это просто игра воображения.
Девушка почувствовала волну паники и нервно сорвалась с места, в несколько раз ускорив шаг. И снова до её слуха донеслись чьи-то шаги. Нечто следовало за ней по пятам и не отставало ни на шаг. В следующий миг она отчётливо уловила ухом его тяжёлое дыхание, будто кто-то только что пробежал без передышки несколько миль.
В ужасе девушка вновь оглянулась, едва не закричав, но никого не увидела. Что это может быть? Улицу начал окутывать густой туман, и так стремительно, что он продвигался за считанные секунды. Он надвигался на неё плотной стеной, и Виолетте казалось, что если он поглотит её, она не сможет дышать и задохнётся, как
