вокруг, как наседка вокруг единственного цыпленка.
— Осторожно! Чуть правее! Нет, теперь левее! — командовал он, размахивая руками. Его лицо покрылось испариной, а очки сползли на кончик носа. Казалось, случись что с этим металлическим монстром, у Игоря тут же случится инфаркт.
Когда каркас благополучно опустили на землю, Игорь лично взялся за ручки специальной тележки, чтобы ввезти его в здание.
— Пустите, я сам! — отмахнулся он от предложивших помощь рабочих. — Это дело требует особой деликатности!
Медленно, словно участвуя в каком-то священном ритуале, Игорь покатил тележку с каркасом по коридорам академии. Мы шли следом, как свита за монархом. Наконец, драгоценный груз был доставлен в лабораторию и установлен на специально подготовленном месте.
Игорь отошел на пару шагов, любуясь своим детищем. Его глаза блестели, как у ребенка, получившего долгожданный подарок на Новый год.
— Ну что, приступим? — спросил он, потирая руки.
Мы окружили каркас, разглядывая хитросплетения металлических конструкций и проводов. Девушки, Наталья и Нинель, стояли чуть в стороне, наблюдая за нашим энтузиазмом с смесью веселья и снисходительности.
— Мужчины! — хихикнула Наталья, толкая локтем Нинель. — Дай им конструктор, и им девушки не будут нужны!
— Точно, — поддакнула Нинель, но в ее голосе слышалось скорее одобрение, чем насмешка. — Хотя, знаешь, в этом что-то есть.
Я оторвался от изучения какого-то особенно заковыристого соединения и взглянул на часы. До собрания оставалось еще почти два часа.
— Так, товарищи ученые, — объявил я, выпрямляясь. — У нас есть время немного поковыряться с деталями. Но не увлекайтесь! Нам еще речь Игоря прогонять.
— Да-да, конечно, — рассеянно отозвался Игорь, уже погрузившийся в изучение схем.
Следующий час пролетел незаметно. Мы разбирали коробки, раскладывали детали, спорили. Наконец, Нинель хлопнула в ладоши, привлекая наше внимание:
— Так, мальчики и девочки! Пора закругляться с игрушками. Нам нужно подготовиться к собранию. Игорь, ты готов?
Игорь оторвался от изучения какой-то микросхемы, моргнул несколько раз, словно возвращаясь из другого мира, и кивнул:
— Да, конечно. Сейчас, только… — он посмотрел на деталь в своих руках с таким сожалением, словно расставался с любимой женщиной.
— Никаких «только»! — строго сказала Наталья, подходя к нему и мягко, но решительно забирая микросхему. — Пора репетировать твою речь.
Мы собрались вокруг Игоря, готовые в последний раз прослушать и отточить его выступление.
Но только Игорь открыл рот, как дверь лаборатории распахнулась с такой силой, что едва не слетела с петель. На пороге стояла взволнованная секретарша, тяжело дыша, словно только что пробежала марафон.
— Приехала, делегация приехала! — выпалила она, захлопнув за собой дверь и прислонившись к ней спиной.
Я машинально взглянул на наручные часы и нахмурился.
— Раньше прибыли! — констатировал я.
Мы молча переглянулись, понимая друг друга без слов. В воздухе повисло ощущение неотвратимости происходящего. Быстро поправив халаты и приглаживая волосы, мы гурьбой направились к выходу.
В коридоре нас встретил молодой референт с папкой подмышкой.
— Товарищи ученые, прошу за мной, — проговорил он, нервно поправляя галстук. — Собрание будет проходить в малом зале. В этот раз представителей меньше, но… — он понизил голос до шепота, — это люди, от которых зависит многое.
Мы шли по коридорам академии. Наши шаги гулко отдавались в тишине, нарушаемой лишь приглушенным шепотом Игоря, который все еще бормотал ключевые моменты своей речи.
Наконец, мы подошли к дверям малого зала. Референт остановился, глубоко вздохнул и, повернувшись к нам, произнес:
— Удачи вам, товарищи. Она вам понадобится.
С этими словами референт распахнул двери, и мы вошли внутрь малого зала. Несмотря на название, помещение оказалось довольно просторным, с высокими потолками и массивными шторами на окнах.
В центре зала располагался внушительный овальный стол из темного дерева, вокруг которого стояли кожаные кресла. Пять человек уже сидели за столом, и когда мы вошли, их взгляды мгновенно устремились на нас.
Я быстро окинул взглядом присутствующих, пытаясь оценить ситуацию и запомнить каждую деталь. Справа сидел Генерал-полковник Железнов. Я уже был знаком с ним и невольно выпрямил спину под его пронизывающим взглядом.
Рядом с Железновым расположился представитель ЦК партии — худощавый мужчина средних лет с зачесанными назад седеющими волосами. Его острый, словно лезвие бритвы, взгляд медленно скользил по нашим лицам.
Дальше сидел немолодой мужчина в штатском — коренастый. Они переглянулись с Натали. Хм, это что, представитель КГБ?
С другой стороны стола я заметил человека в очках с тонкой оправой и аккуратно подстриженной седой бородкой. Его добродушное лицо выделялось на фоне остальных присутствующих. Судя по нагрудному знаку, это был представитель Академии наук.
И наконец, с краю сидел молодой мужчина лет тридцати пяти, одетый в дорогой костюм. Его холеное лицо украшала неприятная ухмылка, а в глазах читалось высокомерие. Я не мог определить, кого он представляет, но что-то в нем сразу вызвало у меня антипатию.
Генерал-полковник Железнов поднялся со своего места.
— Добро пожаловать, товарищи ученые, — произнес он глубоким, хриплым голосом. -Прошу, присаживайтесь.
Мы заняли свободные места за столом. Я оказался напротив молодого человека с неприятной ухмылкой.
Железнов продолжил:
— Позвольте представить присутствующих. Слева от меня — товарищ Климов, представитель ЦК партии.
Климов кивнул, его взгляд на мгновение задержался на каждом из нас.
Далее — товарищ Кукушкин из Комитета государственной безопасности, — продолжил Железнов.
Представитель КГБ слегка наклонил голову, не меняя выражения лица.
— С другой стороны стола — академик Волков из Академии наук, — Железнов указал на человека в очках, который приветливо улыбнулся нам.
— И наконец, товарищ Стрельцов, начальник специального отдела ГРУ, — закончил генерал-полковник, кивнув в сторону молодого человека.
Стрельцов окинул нас оценивающим взглядом, его ухмылка стала еще шире. В его глазах читалась смесь высокомерия и острого интеллекта, характерная для человека, привыкшего иметь дело с самыми секретными и опасными проектами страны. Его присутствие здесь явно означало, что наш проект привлек внимание самых высоких кругов военной разведки.
— А теперь, — сказал Железнов, садясь обратно в свое кресло, когда мы все познакомились, давайте перейдем к главному вопросу нашей встречи. Мы хотим услышать о вашем проекте и о том, почему именно он должен стать нашим выбором в этой… скажем так, космической гонке. Ситуация критическая. Американцы наступают нам на пятки. Нам нужен прорыв, и нужен сейчас.
Молодой человек с неприятной ухмылкой подался вперед.
— Ну же, товарищи ученые, — произнес он, — расскажите нам, какой проект вы выбрали для защиты
