смысл. Если их планы не изменились, эссиорлы прибудут примерно через час. Можем спуститься в самый низ и дождаться, когда уйдут дозорные. Хорошо, что у нас есть карта: она покажет, когда путь будет свободен, – согласился Клеон. – Эх, неплохо было бы послушать, о чём они там будут беседовать на этом собрании, ведь помимо яхлала надо как-то добраться до крота.
– Давай действовать последовательно. Какой смысл говорить об этом, если мы понятия не имеем, как решим первую задачу? – здраво рассудил Агрэй, из любопытства переворачивая карту вверх ногами. С миниатюрными фигурками на плане ничего не произошло. Они продолжали заниматься своими делами, словно приклеенные.
Лодку было решено оставить на время у входа в пещеру, чтобы не тратить запасы драгоценной энергии лит на её дематериализацию. Болтливые головы были отправлены восвояси за ненадобностью.
Трое путников двинулись вперёд по длинному подземному лабиринту, состоящему из узких пещер, гладких коридоров и больших переходных залов, то ли природных, то ли рукотворных. Потолки в тоннелях были скрыты за алой густой паутиной, как и некоторые входы в пещеры. Беглецы двигались молча, стараясь создавать как можно меньше шума во время движения. Не прошло и пяти минут спуска, как они услышали громкий хлопок и приглушённую речь, доносящуюся из-за угла.
Торопливо нырнув в большую нишу справа, путники затаились в надежде остаться незамеченными. Источник шума приближался. Больше всего этот звук напоминал скрежет металла вперемешку с беглой речью.
Когда неизвестные поравнялись с нишей, в которой скрывались непрошенные гости, Кира увидела нескольких кумо с полупрозрачной синеватой кожей, тёмными глазами сплошного серого цвета и вывернутыми наружу губами. Если кумо с верхней части пирамиды Адимари были очень похожи на людей внешне, то эти демоны больше напоминали неподвижных графитовых статуй. Их движения были резки и полностью лишены плавности. Двигались они несколько неестественно, как мог бы двигаться человек, неделю проведший без движения и отсидевший себе все ноги. В передних лапах они держали невероятно острые стеклянные копья с металлическими крыльями на рукоятках.
Когда стражники скрылись из вида, Агрэй опустил Кире руку на плечо и тихо сказал:
– Знаешь, почему они такие? Их кожа столетиями не видит звёздного света, в отличие от кожи кумо из надземной части пирамиды. А всё потому, что место стражников – в подземелье возле яхлала. Сущность всякого демона кумо – это тьма, но у стражников это заметно невооружённым глазом. Они могут сутками сидеть на своих постах неподвижно, любуясь на яхлал, отсюда такая резкость движений, но лучших воинов во всём городе Адимари не сыщешь. Не хотел бы я сойтись с ними в бою.
Кира смотрела на него снизу вверх и думала, каким двуличным он может быть. Сейчас он с ней предельно любезен: разговаривает как с равной. А потом оказывается, что он считает людей второсортными созданиями и вся его напускная вежливость – не более чем пустой звук.
Очередной приступ неприязни заставил Киру резко отвернуться, выбраться из укрытия и пойти дальше по коридору. Ей захотелось как можно скорее справиться с задачей и избавиться от столь нежелательного общества. Клеон с Агрэем поспешили за ней.
Взглянув на карту, они обнаружили, что далеко не все стражники покинули посты. Две кумо внушительных размеров всё ещё охраняли вход в зал, где на широком постаменте был установлен небольшой алый камень. В лапах кумо находились такие же стеклянные копья, как у покинувших пост стражниц, только вот наконечники светились от переизбытка энергии.
– Сражаться с ними вблизи яхлала бессмысленно. Он вытянет из нас все силы и наделит кумо ещё большей мощью, – сказал Клеон, кивая на миниатюрные фигурки с карты Адимари. – У нас нет ничего, что мы могли бы противопоставить этому оружию. Я даже не представляю, какие артефакты Иклила могли бы сравниться с ним, разве что белый кристалл – аргенлал, но он давно утерян.
– Белый кристалл – всего лишь выдумка. Если бы он действительно существовал, старейшие бы точно его из виду не упустили. На Иклиле не осталось ни единого угла, где бы его не искали. Я хорошо помню последний обыск сразу же после победы над эссиорлами пятьсот лет назад, – отмахнулся Агрэй.
– Если аргенлал – выдумка, тогда и алый яхлал тоже, ведь он вместе с вердигри является зеркальным отражением белого. Легенда гласит, что белый кристалл был отражен в первом Зеркале сущностей и запечатлён в нём. Затем зеркало было разбито, а кристаллы извлечены и похищены через какое-то время. Их мощь уступала аргенлалу, но всё же была колоссальна. Аргенлал обладал всеми спектрами магической энергии, как светлой, так и тёмной. Излучаемое им сияние можно было сравнить со светом сверхмассивной звезды, а его энергетический потенциал невозможно было измерить. Он мог преображать предметы, превращать неживое в живое и даже оживлять мёртвых. Лиониты использовали его для создания защитного купола Иклила. Этот щит не смогло бы пробить ни одно оружие в мире, – возразил Клеон, которого, скорее, смешило, нежели злило упрямство брата. Он даже весело подмигнул Кире.
– Мне прекрасно известны легенды, но большинство из них – это лишь сказки для таких вот ротозеев, как ты. Даже если аргенлал где-то существует помимо твоего воображения, сейчас он нам не поможет. У нас мало времени, чтобы пересказывать легенды. Думаю, стоит попытаться принять облик одной из кумо, чтобы обмануть кристалл.
– Ты представляешь, сколько энергии лит уйдет на одно преображение? А если маска спадёт в самый неподходящий момент? – с сомнением протянул Клеон.
– У тебя есть другие предложения, дорогой мой философ? Тогда внимательно тебя слушаю, – с улыбкой сказал Агрэй, постукивая тонким пальцем по живой карте.
– К сожалению, ровным счётом никаких. Я, как всегда, на тебя рассчитываю! А что делать с боевыми стражниками? Попытаемся как-то их выманить?
– Они ни за что не покинут свой пост.
– А что, если их привлечёт запах свежей крови? – вмешалась в разговор Кира, до этого слушавшая их диалог молча. Позиция слушателя её не совсем устраивала, но до этой минуты повода влезать в их диалог у неё не было.
Братья удивлённо повернулись к ней. По всей видимости, эта простая мысль по какой-то причине не посетила их светлые головы, а ведь кровожадная сущность кумо была им хорошо известна. Если у кумо и было слабое место, то это однозначно была еда.
– Ну, допустим. А где мы возьмём приманку? – начал издалека Клеон.
Кира со вздохом подумала: «Как же порой до них долго доходят очевидные вещи», – и показала им на себя.
– Я порежу руку и смочу тряпку кровью. Клеон доставит её в коридор
