Читаем без скачивания Наш Современник, 2005 № 01 - Журнал «Наш cовременник»

Встреча с губернатором Ходаревым.

Тот же самый, полюбившийся мне Кнегге Армен, профессорствующий в университете в Киле, рассказал, что в свое время побывал на встрече с губернатором Немцовым. Судя по всему, Немцов несколько удивил его своей раскованностью, которую Кнегге квалифицирует почти как развязность. Я отмечаю этот эпизод потому, что имя Немцова Геннадий Максимович Ходарев упомянул примерно в таком контексте: «Немцов принимал от меня область (а Ходарев был первым секретарем обкома), входившую в первую пятерку по доходам и уровню жизни в СССР. А сейчас область занимает 44-е место по этим показателям».

Ходарев выглядит значительно лучше, чем его показывают на телевидении. В нем много жизненной энергии, он коротко подстрижен; кстати, он сказал, что вернулся на этот пост исключительно из-за Немцова, чтобы не дать тому окончательно погубить город и область, которые считает детищем своей жизни. Говорил губернатор о большой смертности: до 30 тысяч человек умирает в год. Это много. Прожиточный минимум в области — 1400 руб., около четверти населения колеблется в этом пределе, половина — за чертой бедности. Большое количество предприятий ушло в офшор, т. е. не платит области налоги. Судя по всему, так же стремится поступить бывший ГАЗ, владельцем которого стал «Сибирский алюминий». Политика Ходарева заключается в том, чтобы вернуть неплательщиков.

29 марта, пятница. Вот пишу и пишу, а о главном умалчиваю, на самом деле все время обеспокоен положением дел в Израиле. Начавшееся несколько недель назад противостояние палестинцев и израильтян переросло в войну. Ночью взяли бункер Арафата, и практически он сейчас под арестом. До этого была целая серия терактов, когда смертники-палестинцы, среди которых есть и женщины, взрывают кафе, устраивают взрывы на остановках транспорта и в автобусах. Мне кажется, что все это очень и очень серьезно. Мир, потревоженный в одной стране, в первую очередь в Афганистане, детонирует в другой — в Палестине. Энергия перетекает. Здесь не только борьба за права коренного народа и веру, но и протест против уровня и образа жизни, предложенных в первую очередь Америкой. В известной мере это все направлено против США. Сейчас израильтяне ввели на территорию автономии много танков, но собери они всё оружие на свете в эти места, по-прежнему жить они уже не будут. Израиль превратится в зону страха. Арабы объединены общей справедливой идеей и своей молодой кровью.

Наконец-то вышла моя книжка «Попутные мысли». Тираж крохотный, но посмотрим, что из этого получится. Вечером показал книжку B. C., а потом мы долго говорили о моих дневниках. Не мое это изобретение — печатать дневники по мере их написания. Я достал с полки дневники Достоевского — здесь другой, не камерный размах, но точно так же писатель не пишет своего, очень личного, а лишь политический и общественный фон. Мои живые и действующие герои — это лишь персонажи вокруг, попытка придать политике видимость беллетристики. Она ведь тоже бывает разная. Отчетливо сознаю, что такой дневник можно писать лишь на моем месте или месте очень похожем.

Вечером в свою передачу «Глас народа» Савик Шустер пригласил Зюганова, Немцова, Губенко. Это главные действующие лица, был еще молодой человек со стремительным желанием облизать президента, фамилия его типа Володин. Передача была посвящена двухлетию Путина у власти. Путин сам сейчас отдыхает на Байкале, катается на лыжах и ведет умные переговоры с сибирскими учеными. Телевидение с энтузиазмом, как если бы царь встретился с волостными старшинами, докладывает об этом. Но что они могут ему посоветовать? Сменить режим? Сменить в государстве или хотя бы скорректировать форму собственности? Национализировать собственность олигархов? Но с чьей поддержки пришел Путин к власти? Кстати, утром или накануне я видел по ТВ Глеба Павловского, который уверял, что Путин сейчас лидер нации. Глеб Павловский — большая Берта режима, его последний резерв.

О передаче. Это был, конечно, разгром правых сил во главе с Немцовым. Если бы не возраст Губенко и Зюганова, время-то молодых! Губенко цитировал монолог царя Бориса, обращенный к сыну. Здесь о советчиках, об армии, о «царском слове». Оценки, которые давали, как в школе, Путину, балансировали от тройки до четырех с плюсом. Интересно говорил Саша Ципко, мой старый знакомый по земскому движению: что от Путина ожидали личной безопасности, уничтожения коррупции, изменения курса в экономике. Ничего этого не произошло. Страна, взятая в аренду.

30 марта, суббота. В 19-часовых «Вестях» передали о гибели американского многоразового космического корабля «Шатл». Погибло семь или шесть космонавтов, среди них парень из Израиля. Американцы делают так же, как в свое время и мы — космонавт-болгарин, космонавт-монгол. У американцев космонавт-израильтянин. Как передали, полковник или подполковник израильской армии был одним из лучших летчиков ВВС, в свое время в Ираке принимал участие в воздушном налете на атомный центр, потом участвовал в знаменитой операции в Ливии. Всех жалко. Это тот случай, когда скорбит все человечество. Но Америка слишком часто начала давать нам примеры мировых телевизионных катастроф. Только что, так же как и долгий трагический полет «Шатла» в атмосфере, когда сверкающий корабль осыпался сверкающим расплавом и человеческими жизнями, мы запретно-трагически наблюдали разрушение двух зданий Всемирного торгового центра. В этом всемирно-американском несчастье, случившемся накануне новой американской атаки на Иран, в этой гибели американской команды с американским летчиком на борту, при этом противостоянии Ирак — Израиль видится что-то тревожно-мистическое.

1 апреля, понедельник. Из воспоминаний еще воскресенья. Как-то совсем недавно подсчитали: если ехать из Обнинска домой по Киевскому шоссе, можно насчитать больше пятидесяти — только по одной стороне, правой, — памятных мест, где произошли аварии с человеческими жертвами. Но это лишь внешняя сторона дела, мы научились ритуалами окружать и смерть, и жизнь, но вот с самой ценностью жизни, как проявлением общего, дело обстоит совсем по-другому. Почти на подъезде к Пахре произошла дорожная авария. Человек, которого, видимо, сбила машина, лежит на асфальте, дорожники поставили оградительные тумбы, возник затор; и вот, несмотря на эту самую жертву, лежащую на земле, кто-то из автомобилистов пытается протиснуться через ограждение, без очереди, рядом с лежащим, мешая врачам и милиционерам, прут и прут. Это не моя жизнь, не моя смерть, я еще готов погоревать, если так положено, над своими близкими, но коли не мое, то вперед, вперед.

3 апреля, среда. В Думе все правые фракции объединились и лишили коммунистов всех традиционных комитетов. По сути дела — это государственный переворот. Два года назад именно в такой пропорции комитеты были разделены с согласия все тех же партий, и с тех же самых пор думский состав не изменился. Почему же тогда, встает вопрос, правые партии были согласны на такой раздел. Во-первых, это, конечно, и тогда и сейчас произошло с молчаливого одобрения и согласия президента и, во-вторых, потому, что нужно было пробивать бюджет, за который коммунисты проголосовали, пойдя на компромисс. Время для перестановки выбрано очень точно — цены на нефть повышаются и, следовательно, можно ожидать временной социальной стабильности. Буржуазия действовала нагло, решительно и без сантиментов. Диалектически это означает, что теперь правые партии взяли на себя ответственность за страну. Теперь народ остался один на один с буржуазией. Дойдет ли до него, что власть зависит от выбора. Но мы уже знаем, что без партии народ — это мягкая и податливая масса. Иллюзии относительно Путина исчезают. Есть мнение, что все это продолжение действий «семьи», выходцем из которой Путин и являлся. Ученик Собчака. Можно также предположить, что в процессе участвует и Борис Абрамович Березовский, который ведь поклялся убрать Путина. Он своего добьется.

Один из наших охранников рассказал следующее. Они, а это высшие офицеры в звании полковников, подполковников и майоров, уже два месяца участвуют в подготовке к параду. В этом году все каре будут сформированы из офицеров. В армии настолько низка строевая да и вообще подготовка, что начальство не рискует вывести обычные части. Три-пять тысяч высокооплачиваемых людей будут имитировать солдат! О, если бы об этом узнали все налогоплательщики.

4 апреля, четверг. Утром прочел выступление Игоря Петровича Золотусского на пленуме Союза кинематографистов. Это большое разгромное выступление против сегодняшней интеллигенции, вернее, против ее элиты. Он упрекает ее в забвении интересов народа и в любви к власти и материальным выгодам. Много в этом выступлении отведено понятию свободы. Поразила одна цитата, которая буквально обожгла меня своей близостью к тому, о чем постоянно думал, и уже давно, я сам. «Георгий Федотов еще в 20-е годы писал, что после падения коммунизма идеалом интеллигенции станет мещанский идеал». В своем выступлении Игорь Петрович вспомнил даже «Вехи». Хорошее, толковое выступление, но почему-то подумалось, что обо всем этом целый ряд писателей говорили еще 8–10 лет назад, предостерегали от этой всеобщей и излишней свободы, отмечали, что оголтелым «свободолюбием» отличались вполне определенные писатели, вполне определенные писатели раскачивали наш Союз писателей, и вполне определенные критики и режиссеры так же раскачивали Союз кинематографистов. А сейчас мы обо всем этом плачем, говорим о необходимости идти вслед за историей России, не пытаясь вычеркнуть из этой истории ни одной страницы. Но когда мы об этом же самом говорили в свое время, то мы были антисемитами, нас бранили «патриотами» и коммуняками.