мозгу добытую смертниками информацию.
— Всегда знал, что войны выигрывают не короли и не могущественные воители, а… незаметные пешки, — пробормотал задумчиво он, не сводя взгляда со стола и огромной проекционной карты. — Никогда не знаешь, когда пешка обратиться ферзем и принесет победу. Жаль, что Данакт этого не понимает.
На секунду Деймон вновь подался в размышления. Слух вдруг уловил знакомые шаги, и он с тяжелым вдохом медленно присел в кресло.
— Отец, как вы и просили, я перепроверила базу данных смертников и обратилась за информацией к дому Гаман, — неторопливо заговорила девушка, бросая хмурый взор на браслет-артефакт, в котором были записаны все её заметки, и в котором хранился целый архив.
— Рассказывай, — махнул рукой мужчина. — Что-нибудь нашла?
— Честно признаться, то ничего вразумительно нет, — подалась в объяснения девица, не сводя изучающего взгляда с рабочего аксессуара. — Информацию о простолюдинах редко сохраняют достоверно, да и проекционных записей не ведется. Если вкратце, то в коллизию он попал за двойное убийство. Сам смертник с Хиоса. С земель наших соседей доминирующего дома Креамх. Двадцать один год. В боевой ассоциации не состоит. В силу возраста и положения в обществе сведений о рангах никаких. Данных о семье не нашлось. В остальном ничего примечательного. Типичный отброс из трущоб.
— Отброс, говоришь? — усмехнулся лукаво мужчина, внимательно глядя на дочь, которая в этот момент находилась в неком скрытом замешательстве. — Я знаю тебя, Маннисса. Знаю лучше, чем твои матери. Ты что-то нашла, не так ли? Какие-то нестыковки?
— Отец, вам не кажется, что вы уделяете слишком много внимания ничтожному смертнику? — тихо возразила та, недовольно нахмурившись. — Вы глава доминирующего дома, но зачем-то обратили своё внимание на…
— Маннисса, не заставляй повторять дважды, — тихо перебил Хаззак свою дочь. — Я это не люблю. Что ты нашла?
На миг в помещении возникла пауза, а затем разочарованно вздохнув, девушка вновь обратилась к браслету и проекции.
— Состыковок несколько, — сдалась нехотя она. — Первые касаются смертников из западной коллизии и некоего отряда «Осколки». По всем расчетам они не должны тут находиться. Слишком сильны для простых отбросов. Их ранги в районе губителей. Они спокойно могут быть на поле битвы.
— Выкрутасы сына, Заргана, да? — догадался Даймон с кривой усмешкой. — Как там его…
— Охмар. Вероятнее всего вы правы. Кто-то захотел избавиться от этих «Осколков» и обратился прямиком к надзирателю.
— Грязными делишками промышляют все, — пожал плечами мужчина. — Что насчёт того смертника?
— Тут… всё сложнее, — отрывисто буркнула Маннисса. — Он безранговый и должен быть обычным пушечным мясом, но со слов Заргана несколько дней назад произошло нечто… выделяющееся. Это не клеится с тем, что мы имеем.
— Что именно? — с интересом вопросил Даймон, лукаво ухмыляясь.
— Три дня назад Охмар приказал казнить ту шестерку за якобы провал, но они не просто выжили и продержались против подавляющего количества смертников до прихода Заргана… — на следующих словах девица прервалась и подняла глаза на отца. — Этот смертник… Ранкар. Он сражался впереди остальных. Один. Против подавляющего количества противников. При этом не получил ни единого ранения.
— Это уже интереснее, — тихо рассмеялся себе под нос Хаззак, довольный услышанным. — Нравятся мне такие загадки.
— В этом нет ничего такого! — возразила тотчас Маннисса. — Многие простолюдины безранговые. У них не хватает ресурсов для нормально взращивания и тренировок, а так как он преступник, то в целом мог участвовать в подпольных боях. Именно поэтому не подался в ассоциацию.
— Твои доводы разумны, моя дорогая, ты вся в мать, — согласился с дочерью Даймон, одарив её тёплой улыбкой. — Но либо он и вправду не подался в ассоциацию для того, чтобы заработать денег, либо он… что-то скрывает.
— Отец, вы всюду пытаетесь найти второе дно и откопать в смердящей кучи навоза самородок, — закатывая глаза, с досадой пробормотала аристократка.
Улыбка Хаззака стала шире после услышанного. Никто из трёх его детей не смел так разговаривать с ним, а уж тем более они не смели критиковать его и говорить подобное в лицо. Маннисса же совсем другое дело. Поэтому он и взял её с собой.
— Не копошись я в навозе, и наш дом так же, как двадцать лет назад прозябал бы на задворках Фронтира среди остальной кипы младших домов, — невозмутимо проговорил мужчина. — Как давно смертники и отряд Гамана отбыли в коллизию?
— Сутки назад, — тотчас отозвалась девушка, а после самодовольно усмехнулась. — Если они и вправду натолкнуться на Наказующих, то дважды им не повезет. Второй отряд отправили для разведки и на смертников им плевать. Они не станут вступать в битву.
Но Даймон словно не слышал свою дочь. Тот не сводил цепкого взгляда с проекционной карты, а затем устремил глаза в сторону неприметного форпоста на западе.
— Интересно, очень интересно, — прошептал одними губами Хаззак, коварно усмехаясь. — Пешка или всё-таки… ферзь? Совсем скоро увидим…
* * *
Западная коллизия.
Первое впечатление о коллизии оказалось мерзким, а вкупе с тем, что левая рука пылала огнём, даже более мерзким, чем в прошлый раз. Сухой, спёртый, местами гнилостный воздух и мёртвая тишина.
Однако более удивляло, какой коллизия явила себя изнутри. Она чем-то напоминала странное и запутанное ущелье.
Огромных, сука, размеров ущелье!
Десятки ветвистых скальных дорог и направлений уходили в разные стороны, подобно бесконечным коридорам или же тропам лабиринта. Местами она выглядела как безжизненная пустыня с бессменной каменисто-песчаной почвой и непроходимыми горными хребтами, но в мгновение ока могла измениться на непроходимую заросшую чащобу с покорёженными деревьями-исполинами, либо на болотистую местность с непроглядным туманом и глубокими расщелинами, которые бес знает куда вели. И так по кругу. Вишенкой же на торте являлся бесшумный серый тайфун, который навис над всем ущельем, подобно грозовому облаку.
Цуг был прав. Это мертвая земля. Да и приветствие местной живности оказалось далеко от дружелюбного.
