и следователь попросил его о встрече.
Причиной вызова оказалось то, что среди задержанных полицией оказался некто Дженкинс, служащий в поместье сэра Олдриджа шофёром. Алекс тут же отправился в полицейское управление. Когда Дженкинса привели, Алекс подтвердил, что знает его. Выяснилось, что шофёр приехал в город, чтобы навестить дочь, а день был с утра пасмурный, вот он и облачился неосторожно (кто бы знал!) в шляпу и плащ. Дочь вызвали тоже, и она была уже готова забрать отца, но следователь попросил её подождать. Вскоре привезли свидетельницу из дома, где проживала тётушка Августа. Дама, рассмотрев внимательно Дженкинса, облачённого в шляпу и плащ, всё-таки заключила, что он выглядит крупнее человека, которого она встретила, выходя из дома в то трагическое утро. Дженкинсу, конечно же, так и не открыли, кого полиция искала на самом деле, ограничившись тем, что будто бы на том же месте видели карманного вора, а Дженкинса решили просто проверить заодно. Алекс отвёл следователя в сторону и поздравил его с тем, что это был первый задержанный, имеющий отношение, хотя и отдалённое, к семейству Олдриджей. Вот только выстрел получился пока холостой, и нужно держать информацию о нём в секрете. В то время, когда Дженкинс с дочерью выходил из полицейского управления, его догнал Алекс. Стараясь, чтобы никто не слышал, Алекс попросил Дженкинса не покидать поместье до конца расследования, иначе он из-за своей неосторожности попадёт в круг настоящих подозреваемых по одному очень неприятному делу.
Вызывать в столицу Мэгги и Ричарда и даже просто беспокоить их Алекс не стал. Счёл преждевременным. Он раздумывал над теми фактами, которые уже были в его распоряжении, и у него появилось ощущение, что за новой информацией далеко ездить не потребуется. Она бродит где-то рядом.
Разве у кого-нибудь возникли к тому моменту претензии к Алексу, что он недобросовестно выполнял поручение сэра Олдриджа? Он должен был сделать так, чтобы наследники узнали о священной воле «патриарха», съехались со всех концов страны, получили инструкции лично от Алекса и были оповещены о дате, когда они должны явиться перед своим многоуважаемым старшим родственником. Но разве Алекс виноват в том, что с ними произошло несчастье и они не смогли добраться до старика? Стремительность, с которой происходили события, не позволяла кому-то ещё предотвратить их или просто вмешаться в их ход.
Полиция тоже не могла отработать на опережение. У полицейских не было задачи следить за наследниками и не было веских причин кого-то подозревать, разве что супруга Летти Хэмилтон.
И всё-таки Алекс винил одного себя, считая все приходившие на ум оправдания пустыми отговорками. Он поздно подключился к расследованию. Да, полиция держала его в неведении, ссылаясь на тайну следствия. Но вместо того, чтобы сидеть и ждать, он должен был лично пройти по всем адресам, поговорить с очевидцами, обнаружить то, что, возможно, не заметили другие. Даже те небольшие крупицы информации, что попали в его руки, укрепили его во мнении, что список жертв вовсе не случаен. Он имеет прямое отношение к тому делу, что поручено Алексу. Значит, кто-то в курсе того, кто именно должен приехать и зачем?
Разумеется, был в курсе персонал сэра Олдриджа и в первую очередь миссис Роллинг. Но даже она не могла знать, где останавливались прибывшие. А ведь Летти погибла в доме тёти – кому, кроме мужа, был известен её адрес? Тони позвонили в его гостиницу – с какой лёгкостью разошлась эта информация! От кого могли узнать о том, что уже приехал Дуайт? Ни старый сэр Олдридж, ни его персонал не могли этого знать. Помимо Алекса, только его ассистент Ральф был в курсе дела, поскольку помогал рассылать письма и принимать гостей. Но этого молодого человека Алекс сам взял на работу в контору. Он хорошо знал родителей Ральфа и давно следил за его успехами в университете. Алекс был уверен, что может положиться на Ральфа, да парень и сам проявил готовность проследить за Ником и Патти, но что сверх того мог сделать неопытный молодой юрист? Тем более, что Ник, судя по всему, его быстро вычислил.
Действительно, поначалу можно было заподозрить, что причиной несчастного случая с Тони был Дуайт, а смерть Летти подстроил её муж – Филипп Хэмилтон. В последний раз, когда его видели, он покидал свой дом, будучи одетым в длинный плащ. И даже можно было легко предположить, что Тони с Дуайтом тоже были жертвами Филиппа, который, возможно, планировал замаскировать убийство жены среди других убийств. Но тут возникал всё тот же коварный вопрос, на который у Алекса не было ответа: откуда у Филиппа могла появиться информация об этих парнях? Ведь по словам его тёти – Августы Хэмилтон – если ей можно верить, конечно, Филипп не появлялся у неё достаточно давно, и даже в этот последний приезд Летти ни ей, ни тётушке не удалось связаться с Филиппом по телефону, чтобы сообщить, что Летти приехала и собирается на встречу с Алексом.
Помимо этой версии, полицией всерьёз рассматривалась и версия о том, что поссорившиеся в дороге кузены Тони Олдридж и Дуайт Оксли сами разобрались друг с другом – Тони положил отравленную булавку в багаж Дуайта, а Дуайт столкнул Тони в резервуар на электростанции в районе Саутуарк. Тело Тони было обнаружено и извлечено дежурным персоналом резервной электростанции. Слабость этой версии заключалась в том, что Тони в компании с незнакомцем видели недалеко от электростанции на южном берегу Темзы как раз в то время, когда Дуайт получал свой багаж на железнодорожном вокзале. Есть свидетели и того, и другого эпизода. И более того, нет вообще никаких подтверждений, что Тони и Дуайт имели какие-то, даже малейшие взаимные пересечения, после своего прибытия в столицу. Похоже на то, что полиция решила занять выжидательную позицию, удовлетворившись объяснением, что оба повздоривших между собой молодых человека имели алиби.
Насчёт Тони у Алекса состоялся разговор с Ральфом. Алекса интересовало мнение его помощника относительно того, что могло произойти с Тони, ведь Ральф должен был надолго запомнить появление этого персонажа в адвокатской конторе. Вот что сказал умница Ральф:
– Не стоит забывать, что у каждого человека могут быть враги. У таких, как Тони, в первую очередь. Он распускает руки по любому поводу. Сам подтвердил это, когда похвалялся своими подвигами в конторе. А вокруг его увольнения в запас вообще ходят слухи, как я выяснил, что причиной послужило рукоприкладство.
– Тони избил подчинённого?
– Если бы! Вышестоящего по званию. И только благодаря тому, что Тони когда-то пострадавшему
