class="p1">Дэн помчался обратно, позабыв о приличиях и осторожности. Горожане с криком убирались с его пути, едва не попав под копыта. Вскоре он пересёк родные ворота и спешился у самого крыльца.
Он торопливо поднялся на второй этаж, постучал в дверь и, услышав ответ, ворвался внутрь. Отец оглядел его настороженным взглядом:
— Ты бежал?
— Кастволки объединяются с вотрийцами, — выдохнул Дэн. — Это последние слова Емриса в Зале правды.
Отец с неподдельным удивлением уставился на него, а затем спросил:
— Что он ещё сказал?
— Он говорил о встрече Лэвалта с правителем Вотрийтана. На большее его не хватило.
— Союз с вотрийцами… — задумчиво протянул отец. — Я ожидал чего угодно, но не этого…
— Что теперь?
— Похоже, пора действовать.
— Сообщим королю?
Отец вдруг улыбнулся:
— Короли останутся в прошлом, Дэн. Отныне Оикхелдом будут править пять великих Домов.
Глава 18
Я стоял на берегу моря, вдыхая полной грудью родные запахи соли, водорослей и свежего ветра. Закрывая глаза, можно было представить, что ничего не изменилось — ни войны, ни потерь, ни горя. Но реальность безжалостно возвращала меня обратно.
— Значит, не вернулся никто, — тихо произнёс я, глядя на горизонт, где небо сливалось с морем.
— Никто, — эхом отозвался отец, положив руку мне на плечо.
Боль сдавила грудь. Ни один солдат из моего подразделения не вернулся обратно. Я надеялся, что за время моего отсутствия хоть от одного из них пришла весточка, однако новостей не было.
— Всё из-за меня… — Слова вырвались против воли. — Если Емрис…
— Не нужно, Эйдан, — мягко прервал папа. — Давай прогуляемся.
Мы медленно пошли вдоль кромки прибоя, оставляя следы на мокром песке. Мысли путались, не находя выхода.
— Ты виделся с правителем Вотрийтана, — сказал я.
— Да, — ответил папа. — Мы встретились с королём Гертом у границы.
— Что вы решили?
— Мы объединимся.
— Когда?
— Как только Герт закончит все приготовления.
— Сколько времени это займёт?
— Не знаю, сын, — сказал он, глядя вдаль. — Без союзников будет сложно противостоять Оикхелду. Если мы хотим сохранить Волноломные земли, надо заручиться поддержкой и других королевств.
— Вотрийцы всегда были изгоями… — протянул я.
— Времена меняются, — сказал папа. — Не все готовы мириться с главенством Оикхелда. Война ускорила перемены.
— А если Герт не успеет?
— Тогда нам придётся покинуть дом, — тяжело вздохнул он. — Забрать, что сможем, и уходить.
Мы продолжили молча идти, погруженные каждый в свои думы. Папа вдруг остановился и посмотрел на меня с улыбкой:
— Ты скоро станешь старшим братом.
— Что?.. — опешил я, не веря своим ушам. — Мама…
— Беременна, — подтвердил он, и глаза его засияли. — У тебя скоро появится братик или сестрёнка.
— Ничего себе! — ошарашенно выдохнул я. — Я даже не заметил!
— Живот ещё небольшой, — сказал папа. — Сейчас только третий месяц.
— С ума сойти… Это самая лучшая новость за последнее время! — засмеялся я, чувствуя, как тяжесть отступает и на душе становится легче.
Папа ободряюще похлопал меня по спине:
— Мама сейчас как никогда нуждается в твоей поддержке. Не забывай об этом.
Я молча кивнул и тут же вспомнил ещё кое-что важное:
— Я хочу написать Азаре.
— Кому?
— Вотрийке, с которой учился.
— И зачем же?
— Я дал клятву, что исцелю её брата — это была плата за моё обучение. Она говорила, что он не ступит на наши земли, и я подумал…
— Клятва есть клятва, однако я тебя никуда не пущу, — отрезал папа. — Прими это как приказ главы Дома, если нужно.
— Пап…
— Достаточно, Эйдан. Сейчас не время.
— Я хочу пригласить их к границе. За пределы Волноломных земель выезжать не придётся.
— Не пересекая границу?
— Не пересекая, — подтвердил я. — Не думаю, что она сможет уговорить брата, но всё же… Я хотя бы дам знать, что готов исполнить свой долг.
— Хорошо, — поколебавшись, согласился он. — Отправим письмо через Ултою. Посмотрим, что ответит твоя… вотрийка.
Папа, как глава Дома, снял всё оставшиеся деньги с моего банковского счёта, избавив меня от необходимости светиться где-либо. Сейчас все его усилия были направлены на то, чтобы собрать как можно больше солдат и ресурсов. Каждый воин, каждый меч и щит были на вес золота перед лицом надвигающейся угрозы.
Я же безвылазно сидел в замке. Новость о моём возвращении вряд ли могла дойти до столицы, однако я старался не выходить в город, чтобы не мелькать на глазах у горожан и редких гостей, решивших посетить Навир.
Погруженный в невесёлые мысли, я коротал дни в библиотеке, пытаясь найти ответы на вопросы в древних фолиантах. Тишину прервал голос слуги:
— Господин Эйдан, стол накрыт. Вас ждут.
— Сейчас буду, — кивнул я, откладывая в сторонку очередной том.
В обеденном зале уже сидели родители. Мама, завидев меня, просияла улыбкой:
— Сынок, попробуй ягнёнка, пока не остыло.
— Хорошо, — улыбнулся я в ответ, усаживаясь за стол.
Невольно я обратил внимание, что на ней снова было свободное платье, скрывающее фигуру. Раньше она всегда предпочитала наряды, подчёркивающие её стройный стан.
Я принялся за еду, но мысли блуждали далеко. Лишь когда с половиной порции было покончено, мама прервала молчание:
— Мастер Талваг сказал, что ты попросил его лично обучать грамоте слугу. Как же его?..
— Сарзон, — подсказал я. — Он начал учиться ещё в Гилиме. Пусть продолжает.
— И зачем же?
— Мне нужен свой человек, который сможет выполнить любое поручение.
— У нас полно верных слуг.
— Милая, Эйдану нужен не просто исполнитель, а правая рука, — мягко сказал папа. — Кто-то, кому он может доверять, как самому себе. Ведь так, сын?
— Именно так, пап, — с благодарностью кивнул я.
— Он чужеземец, — неодобрительно покачала головой мама. — Разве можно доверять такому?
— Это не имеет значения.
— И что же ты в нём нашёл? — вздохнула она.
— Сарзон не просто слуга, — ответил я. — Он был беспризорником и через многое прошёл.
— И всё же…
— Я завоевал его преданность не звоном монет, мам.
— Если он хорошо себя
