тени большого мавзолея. Тук спустился на землю – на моей памяти такое случалось нечасто, – и его светлая аура потускнела и погасла.
– Сюда, милорд, – театрально прошептал генерал-майор. – Они рядом со статуей Инес.
Я хмыкнул. Статуя Инес Кларк – что-то вроде местной легенды. Время от времени она пропадает и столь же загадочным образом возвращается на место, а в ее отсутствие на кладбище не раз видели маленькую девочку в викторианском платье, играющую среди надгробий. По моим сведениям, однажды королева Мэб воспользовалась этой статуей как сосудом для души, в то время как ее физическое тело поддерживало жизнь в моем, – так же, как интеллектус Духоприюта в прошлом вселился при необходимости в стоявшую неподалеку статую Смерти.
Грейсленд – хранилище величайших чаяний и мрачнейших кошмаров Чикаго. Это кладбище напитано темной и могучей энергией, и я чувствовал, как она витает в воздухе, словно нагреваемое на огне масло, которое, обретая новую форму, становится все более текучим и подвижным. Напористый барабанный бой прекрасно маскировал наше приближение, особенно если шагать в соответствующем ритме.
Я пригнулся к самой земле и следом за Туком юркнул во тьму меж надгробий. На кладбище я ориентировался неплохо, так что более-менее понимал, куда идти. Тук остановился чуть выше статуи Инес, а я взгромоздился на могильный камень и бросил взгляд поверх крыши мавзолея.
Стоя в кольце рядом с могилой Инес, семь силуэтов в плащах нараспев бормотали негромкий речитатив. Один держал в руке палку с толстым набалдашником и размеренно бил ею в висевший на плече барабан. Даже на таком расстоянии я почувствовал силу защитного круга, но эти семеро работали скрытно, без неаккуратных всплесков энергии, проявляющих себя как видимый невооруженным глазом свет.
В центре круга лежала какая-то масса, напоминавшая человеческий силуэт, если сделать поправку на обилие тугих веревок. Вне всяких сомнений, жертва для финала церемонии. Человеческое жертвоприношение до сих пор остается самым эффективным топливом для черной магии.
Адские погремушки… Семеро некромантов способны уничтожить Чикаго даже без посторонней помощи. Более того, однажды такое едва не случилось, и в тот раз их было всего лишь четверо. Ну ладно, пятеро, если считать меня. Но себя я предпочитаю не считать, хотя мое выступление на том фестивале анимации было, пожалуй, самым ярким – «бэст ин шоу», как сказали бы на выставке собак.
Интенсивность творимых чар впечатляла. Я понятия не имел, кто эти люди, но действовали они профессионально. Если позволить им довести ритуал до конца, они сотрут Чикаго с лица земли и без помощи армии богопротивных монстров со дна океана.
Если бы не Тук и его фэйри, мы так и не узнали бы, что происходит. Похоже, та первая пицца была одной из лучших долгосрочных инвестиций в моей карьере. Как-то мелковато звучит… Ну да ладно.
Я отпрянул и соскользнул вниз, оставаясь невидимым для врагов. Затем вернулся к союзникам и хрипло заговорил короткими фразами:
– Семеро. Шестеро заклинателей и барабанщик. В черных плащах. Не знаю, кто такие. Заодно с фоморами. Наверное, остатки каких-то злодеев. Стоят в кругу. И у них пленник.
Речные Плечи зарычал так низко, что я не услышал этот звук, а скорее почувствовал, как он вибрирует в костях черепа.
– Где я нужен?
– Дурачиться некогда, – ответил я. – Обойди их с тыла. У тебя две минуты. Затем мы рванем с этой стороны, сильно нашумим и вызовем огонь на себя. Как только привлечем внимание, забирай жертву. А там… – Я сложил ладони в беззвучном хлопке.
– Чем проще, тем лучше, – подтвердил Речные Плечи.
Сасквоч встряхнулся, подскочил фута на четыре, замерцал и превратился, будь он неладен, в филина с размахом крыльев шириной с чертов автомобиль. Массивная птица, скользнув над могильными камнями, свернула в сторону и растворилась в ночи.
– Господи Ремингтон Винчестер Исусе, – выдавил Дикий Билл, – так он что, чародей?
– Угу, – сказал я. – По-моему, обучал Слушающего Ветер.
– Ну, это вообще ни в какие ворота, – охнул Билл.
– Не жалуйся. Он на нашей стороне.
– Покупаю, – заявил Дикий Билл. – Дайте две штуки.
Я начал считать в уме. Досчитав до ста, сказал:
– Ладно, ребята. Как в старые добрые времена. Чендлер, не растеряешься?
– Помнится, я бывал в бою разок-другой, – оскорбился Чендлер.
– Вот и славно.
Я двинулся вперед. Молодые Стражи выстроились у меня за спиной и шагали тесным гуськом, положив руки друг другу на плечи, чтобы не сбиться с пути в темноте.
Штурмовые отряды Стражей ничем не отличаются от обычных солдат. У каждого достаточно огневой мощи, чтобы сдуру или по неосторожности прикончить всех остальных, и работа в команде подразумевает доверие и уважение к навыкам соратников. Я шел первым, чтобы известить остальных о начале боя. При необходимости мой щит прикроет весь отряд, который затем сможет развернуться веером по принципу гидры и уничтожит любой источник угрозы.
Разумеется, если по пути я наступлю на противопехотную мину, все мы сыграем в ящик. Но сверхъестественным субъектам, как правило, чужд такой образ мышления.
В такт с барабаном я ступал легко и плавно, и каждый долгий шаг приближал нас к позиции некромантов. Я почувствовал, как вуаль Рамиреса закрыла нас непроницаемой пеленой, а Йошимо сделала что-то с воздухом: тот перестал передавать звук шагов, и нас не будет слышно, покуда мы не доберемся до места.
Дикий Билл шепнул что-то своей винтовке рычажного действия, с недавних пор заменившей ему посох, вынул из патронташа патрон с медной гильзой, исцарапанной рунами, и аккуратно вложил ее в зарядное окно, после чего точным движением закрыл затвор.
Мой кожаный плащ скрипнул. Под его защитой я изнемогал от летнего зноя.
С магической точки зрения мой щит оставался самым шумным и наиболее очевидным заклинанием, поэтому я подниму его в самую последнюю очередь. Я решил, что вытряхну браслет из-под рукава и выставлю защитный барьер не раньше, чем мы обогнем последний мавзолей, блокирующий поле зрения.
Но для начала требовалось решить две серьезные проблемы.
Во-первых, некроманты стояли в ритуальном круге, и с какой бы силой мы ни ударили – энергия впустую расплещется по преграде. А посему надо сперва нарушить целостность круга, а потом уже вступать в бой.
Во-вторых, для контроля над зомби необходим барабанный бой. Если прервать его, враг не сможет поднять мертвецов. Поэтому я достал из кобуры револьвер, заряженный самыми что ни на есть обычными, скучными и прозаическими патронами, вышел из-за угла и прицелился в барабанщика.
Богом клянусь, в прошлом стрелок из меня был довольно-таки посредственный, но теперь мою руку направляла Зимняя мантия. Оглушительно бахнул револьвер, и пуля умчалась во тьму, к стоявшей в
