целями нападения выступали гражданские объекты. При этом австро-венгерские летчики старались уклоняться от открытых воздушных боев с нашими самолетами[594].
Свое слово в борьбе с воздушным противником сказали русские военные воздухоплаватели. 23 сентября личный состав 14-й воздухоплавательной роты ружейным и пулеметным огнем подбил неприятельский самолет, опустившийся за проволочными ограждениями позиций противника[595].
6 декабря в результате обстрела с земли расчетами 2-й наблюдательной станции (17-я воздухоплавательная рота) был сбит вражеский летательный аппарат. Летчик и наблюдатель взяты в плен, самолет захвачен в качестве трофея[596].
14 октября в небе г. Рига появился германский аэроплан-разведчик. Вскоре он попал в зону огня нашей «специальной зенитной артиллерии» и был вынужден повернуть назад[597]. В тот же день в районе ст. Пруды спустился подбитый пулеметным огнем с земли немецкий самолет, его экипаж взят в плен[598]. На следующий день германский аэроплан в качестве ответных действий подверг бомбардировке военный объект Кеммерона (без какого-либо для него вреда)[599].
Позднее, 17 октября, в полосе ответственности Добруджанской армии нашей артиллерией был подбит неприятельский гидроаэроплан, упавший на нейтральной полосе. При падении летательный аппарат взорвался и загорелся[600]. В тот же день над позициями вблизи Энидже-Махала появился вражеский «Таубе», вскоре сбитый русскими артиллеристами. Самолет упал на нейтральной полосе. 19 октября над г. Меджидие сбит болгарский аэроплан, ранее бомбивший городские объекты. «Болгарский летчик-офицер и солдат-наблюдатель, снятые с аэропланами, до падения последнего бросали прокламации на сербском и чешском языках, в которых сербы, хорваты и чехи призывались перестать помогать русским, бросить оружие и сдаться, чтобы вовремя избавить оставшееся в Сербии имущество, дома и семьи от мщения»[601].
Днем ранее в районе д. Потуторы (южнее Брзежаны) опустился вражеский самолет, подбитый артиллерийском огнем. При спуске летательный аппарат сгорел, летчики взяты в плен[602]. 22 октября севернее м. Видзы (к югу от оз. Дрисвяты) в расположении наших войск опустился немецкий аэроплан и был захвачен в качестве трофея[603].
На следующий день над Балдонском участком Северного фронта замечено появление немецкого самолета большой конструкции (в сопровождении одного «малого самолета»). Вследствие «сильного обстрела нашей артиллерией аппарат, видимо заметно поврежденный, улетел обратно в неприятельское расположение»[604].
По данным наших разведывательных органов, «на Рижском фронте [огнем русской артиллерии] были подбиты два германских воздухоплавательных аппарата, которые, будучи принужденными снизиться над густым лесисто-болотистым пространством, не были, видимо, найдены, так как вскоре вслед за сим появилось объявление местным жителям с указанием крупного вознаграждения тому, кто укажет место спуска вышеуказанных аппаратов»[605].
На Румынском фронте в то время отмечалась повышенная разведывательная активность вражеской авиации. Как писала газета «Русский инвалид», «наравне со сбрасыванием бомб воздушные пираты сбрасывают и прокламации к населению, предлагая мирным жителям не нервничать, так в страну Румынию они входят не врагами, а друзьями. Отмечается также новая деталь предательских действий врагов, а именно германо-болгарские летчики сбрасывают на Румынском фронте отравленные конфеты в поддельной русской упаковке»[606].
Вечером 26 октября в небе над Ригой было обнаружено появление двух германских самолетов, которых отогнали зенитным огнем наших батарей[607].
На следующий день при очередном воздушном налете с немецкого самолета над окраинами города было сброшено несколько бомб, но никакого вреда они не причинили в связи с большой высотой полета неприятельского летательного аппарата[608].
Свой вклад в борьбу с воздушным противником вносили русские моряки. 10 ноября, находясь в устье р. Дунай, наше военное судно было атаковано германским самолетом. Метким орудийным огнем аппарат был сбит. В плен попали летчик и офицер-наблюдатель[609]. По данным морского ведомства, такая же участь постигла экипажи еще нескольких неприятельских летательных аппаратов. Вскоре в одном из налетов на г. Бухарест зенитным огнем был значительно поврежден цеппелин, «после чего воздушные пираты поспешили удалиться и затем целый день не появлялись»[610].
В середине ноября противник усилил свое давление в небе Восточной Галиции. По оценке газеты «Жизнь Волыни», «ежедневно <…> над Сарнами появляются неприятельские аэропланы и цеппелины, освещающие станцию и местечко большими прожекторами. Снарядами орудий и пулеметным огнем бронированных автомобилей цеппелины быстро обращаются в бегство»[611]. Ранее, в ночь на 8 ноября, вблизи Сарны был сбит цеппелин, с которого снято 16 пудов (256 кг) бомб, два орудия и два пулемета. В плен попало 26 аэронавтов, составлявших экипаж сбитого военного дирижабля[612]. Этот факт не получил широкого освещения.
15 ноября в Румынии авиация противника совершила налет на г. Сулин. На их перехват в воздух поднялись русские летчики и отогнали вражеские аэропланы. Одновременно под пулеметный огнь с земли попал немецкий летательный аппарат, появившийся над г. Бабадаг (область Добруджа), вынужденный повернуть назад[613].
23 ноября в районе м. Верба (к северу от г. Кременц) совершил вынужденную посадку австро-венгерский аэроплан, его экипаж взят в плен[614].
Через день в полосе Западного фронта противник потерял сразу три своих самолета. Первый из них был сбит пулеметным огнем с земли над станцией Пруды (к северу-западу от Молодечно). Офицер и нижний чин – летчик пленены. Второй летательный аппарат упал на р. Стоходе у д. Пожарки (к северу от Рожище). У него обгорели крылья, экипаж отделался незначительными ранениями и попал в плен. Третий неприятельский самолет сбит в воздушном бою военным летчиком 2-го авиаотряда истребителей штабс-капитаном Н.А. Бафталовским[615]. В описании этого подвига и представлении к награждению орденом Святого Георгия IV степени имеются такие строки: «Возле стан. Рудня Почаевская вступил в воздушный бой с немецким летательным аппаратом. Несмотря на пулеметный огонь противника, являя и доблесть, и самоотвержение, с исключительной опасностью для жизни, искусным своим маневрированием подводил свой аппарат вплотную к противнику, чем дал возможность своему наблюдателю огнем из пулемета повредить жизненные части аппарата противника, следствием чего был спуск неприятельского аппарата на нашей территории и два неприятельских летчика были взяты в плен вместе с аппаратом»[616].
29 ноября военный летчик 19-го КАО поручик В.В. Карпов и летчик-наблюдатель подпоручик Г.А. Братолюбов «вылетев на разведку района, занятого противником, на самолете «Ньюпор», <…> встретил[и] вблизи наших окопов немецкий самолет и, не теряя ни минуты, двинул[ись] на него в атаку. Немецкий самолет первый открыл огонь по нашему самолету и пробил его четырьмя пулями, но, невзирая на это, [наш] военный летчик продолжал лететь прямо на немца; сблизившись с ним на весьма короткое расстояние и искусно развернувшись, дал возможность своему наблюдателю первыми же пулями вывести из строя немецкий самолет; причем, опасаясь, что последний благодаря близости позиции мог уйти в свое расположение, вел непрерывные атаки, пока не заставил его спуститься в нашем
