— Я всего лишь хотела быть справедливой, Фелиция. Я уверена, что лорд Ренальд будет прекрасным мужем, о чем честно написала в своем письме.
— Правда? — прошептал ей на ухо тот.
Клэр почувствовала, что ее улыбка выглядит неестественно, и постаралась исправить положение, тотчас положив руку на плечо Ренальду.
В следующий миг она поняла, что это было ошибкой. Ренальд носил тунику с короткими рукавами, поэтому Клэр невольно коснулась его разгоряченных мышц. Она неудержимо покраснела и поспешила заявить:
— Я буду абсолютно счастлива, когда выйду за него замуж, Фелиция.
Клэр правильно рассчитала, какой эффект произведут на тетку ее слова. Фелиция смотрела на племянницу, приникшую к Ренальду, и, нахмурившись, лихорадочно соображала, не хотят ли ее обмануть.
Клэр не отпускала его руку, несмотря на неловкость, которую испытывала, но не от смущения, а от волнения, порожденного этим прикосновением. Ее бросило в жар, как бывает, когда горький перец попадает на язык. Клэр судорожно облизала пересохшие губы.
— Моя совесть не будет чиста, Фелиция, пока я не уверюсь в том, что ты не хочешь выйти за него замуж сама.
Фелиция напряглась и тоже облизала губы.
Клэр понимала, что ее судьба висит на волоске, что все должно решиться в эту минуту, и приникла к Ренальду еще теснее, вложив в этот жест всю чувственность, на какую была способна.
— Леди Клэр, — прошептал Ренальд. — Будьте осторожны со своими чувствами. Так вы можете зайти дальше, чем вам того хочется. — С этими словами он тоже прижался к ней.
Клэр инстинктивно подалась назад.
Возможно, именно поэтому или потому, что ее игра оказалась неубедительной, Фелиция избавилась от последних сомнений и обрела уверенность. Она нахмурилась еще сильнее и решительно заявила:
— Можешь забирать его себе. Посмотрим, что ты скажешь, когда обнаружишь, каков он на самом деле, Клэр. Тогда, я уверена, ты не будешь так довольна, как сейчас!
— Фелиция!
Но дверь захлопнулась.
Клэр растерянно смотрела на запертые наглухо дубовые ворота, понимая, что ее судьба решена.
Теперь ей придется выйти замуж за Ренальда де Лисла, и обжигающее ощущение, которое наполняло ее смутным страхом, лишь усугубляло сознание неизбежности. Его близость заставляла Клэр чувствовать себя обнаженной.
— Значит, вы будете абсолютно счастливы замужем за мной? — спросил он, повернув ее к себе лицом и пристально глядя ей в глаза. — Леди Клэр, вы даете мне надежду на неземное блаженство.
Без сомнения, он имел в виду постель. Клэр уперлась ему в грудь обеими руками и постаралась от него отодвинуться. Ее усилия оказались тщетными.
— Я сказала так только потому, что хотела убедить ее!
— Значит, это ложь?
— Ложь! Если хотите, можете выпороть меня за это. Я не стану от этого ненавидеть вас сильнее. — Она дрожала от гнева и страха в его объятиях.
— Сначала я попытаюсь спасти вашу душу от греха лжи тем, что сделаю ваши слова истинными, — улыбнулся он.
― Что?
— Я сделаю вас абсолютно счастливой. — Он выпустил ее.
Клэр натянуто рассмеялась, отряхнулась и оправила платье. Как бы ей хотелось стряхнуть с себя не только пылинки, но и сам след его прикосновений!
— Мы будем очень счастливы, миледи, когда вы смиритесь с собственной судьбой.
— То есть смирюсь с вами? С наемником и турнирном бойцом? Вы же признаете себя таковым без тени стыда или просто смущения!
— Возможно, у меня есть своя епитимья.
Клэр нахмурилась. Епитимья действительно снимает грехи.
— Это правда?
— Да. Но это касается только меня, моего духовника и Господа Бога. Пойдемте, — сказал он, направляясь к лошадям. — Пора возвращаться домой.
Домой!
Теперь, когда обе ее тетки надежно укрыты за монастырскими стенами, у Клэр не оставалось другого выхода, кроме как выйти замуж за этого варвара. Она шла за ним следом, пока еще не смирившись окончательно. Пока еще не осознав, что совсем скоро окажется в полной власти этого человека.
Когда они подъезжали к Саммербурну, у Клэр промелькнула мысль, что она может найти убежище здесь. Родной дом вселял в нее спокойствие своими деревянными стенами, милыми сердцу соломенными крышами и просторами вокруг замка, на которых кипела жизнь, — основа процветания и благополучия.
Казалось, в Саммербурне ничего не изменилось, и, войдя в дом, она встретит своих родителей, найдет у них совет и помощь. Но нет: отец погиб, а мать готова отдать ее в лапы кровожадному чудовищу.
Ренальд ехал рядом и долго не прерывал молчания:
— Саммербурн — красивое место, леди Клэр, а совместными усилиями мы сделаем его еще прекраснее.
Выхода нет. Она должна принести себя в жертву во имя спасения своих близких.
— Вы готовы заниматься этим? И можете обещать мне, что будете любить Саммербурн?
— Я буду любить свою жену, наш дом и наших детей, когда они появятся на свет, — серьезно ответил Ренальд, поджав губы. — Для меня дом и семья являют собой особую ценность.
Он пришпорил коня, и Клэр последовала его примеру, размышляя над его словами. Вопрос в том, как этот захватчик будет проявлять свои чувства? Что он станет делать дальше?
Снова отправится воевать. Драться на турнирах. Убивать.
Ведь он не скрывает своей сущности воина.
Ренальд приказал своим людям свернуть лагерь, прежде чем они въехали в замок. Мать Клэр с нетерпением ждала их возвращения и бросилась им навстречу:
— Я знаю, что Фелиция и Эмис пропали. Что с ними? Они в безопасности?
— Они в Сент-Фрайдевайде, — ответила Клэр, спешиваясь. — Я попыталась… — Она осеклась, не желая оказаться несправедливой по отношению к Фелиции и Ренальду. — Я хотела сказать Фелиции, что лорд Ренальд мог бы быть для нее подходящим супругом, но она отказалась меня слушать.
— Значит, дело решено? — спросила леди Мюриэль, переводя взгляд с Клэр на Ренальда и умиротворенно улыбаясь. — Это к лучшему, — продолжила она, обнимая дочь и вводя ее в дом. — Мы все останемся здесь, и…
— Миледи! — Голос Ренальда заставил их остановиться и обернуться. — Незамедлительное заключение этого брака — приказ короля. Поэтому прошу вас, передайте моему писарю список тех, кого вы хотите видеть на нашей помолвке. Но он должен включать лишь тех, кто сможет прибыть в замок к завтрашнему дню.
— Так скоро! — воскликнула мать.
— Это слишком поспешно, — заявила Клэр, с достоинством приподняв подбородок.
— Мы и так потеряли много времени, миледи, — отмел он разом ее возражения. — Помолвка состоится завтра. Хотите вы звать гостей или нет — дело ваше.
Клэр готова была вступить в спор, чтобы отстоять свое мнение, но мать увела ее:
