обожженное огнем окружение. Она ни во что не попала, но услышала за своим плечом влажный шлепок меча, рассекающего плоть, и инстинктивно повернулась на звук, размахивая темным мечом в яростном ударе наотмашь.
На этот раз Кейя ударилась обо что-то и почувствовала, как ее лезвие глубоко вошло в плоть. Кровь, горячая и кисло пахнущая, брызнула ей на челюсть и горло. Визжащий вихрь наполнил воздух грязью и пеплом, затем из ниоткуда появились золотые стрелы магии и начали рикошетить от ее наручей, отвращающих заклинания. Некоторые из них отскочили назад мимо ее головы, отраженные одинаковыми наручами, которые носили все воины в Компании Холодной Руки.
Кейя мельком увидела пространство, покрытое шипастой чешуей, и, наконец, вспомнила, где она была и что она там делала. Она перевернула клинок и снова провела им по телу фаэримма, на этот раз остановившись в конце удара, чтобы глубоко вонзить острие.
Существо снова закричало на своем ветреном языке. Хвост по дуге поднялся к ее лицу, с колючего кончика уже капал парализующий яд. Кииньон протянул руку мимо ее плеча, поймав атаку своим одолженным темным мечом и отбросив шип, прежде чем он успел нанести удар. Кейя поблагодарила его, проведя свое собственное оружие, все еще погруженное глубоко в их врага, по всей длине его змеиного тела.
Фаэримм оторвался от ее клинка, отлетев на несколько футов назад. Кейя думала, что он телепортируется в безопасное место, пока темный меч Берлена не пролетел мимо и не расколол его на части. Он упал на землю грудой крови и внутренностей. Берлен протянул руку к мечу. Он поднялся из запекшейся крови и упал обратно в его руки, затем большая рука Кула схватила Кейю за пояс и вернула ее на прежнее место. Пора уходить.
Осознав, что сама ослабила хватку, Кейя потянулась к поясу Берлена, и тут услышала чей-то крик сверху.
— Кейя? — Голос был таким слабым и хриплым, что его невозможно было узнать, но он говорил по-эльфийски. — Неужели это ты?
Кейя посмотрела на долину и двумя террасами выше увидела полуистощенного разведчика лесных эльфов, выглядывающего через щель в разрушенной стене. На плечах и голове у нее был импровизированный маскировочный брезент, покрытый увядшими виноградными лозами, но Кейя видела достаточно лица разведчицы, чтобы сказать, что ее покрасневшие глаза были запавшими, как у банши, а губы потрескались и кровоточили от жажды. В сотне шагов позади нее смешанная компания бехолдеров и иллитидов спешила вниз по долине, чтобы исследовать.
— Время! — настаивал Берлен. — Держись крепче.
— Подожди! — позвала Кейя, направляясь к эльфийке. — Ей нужна помощь.
— Нет времени, — сказал Кул. Все еще держа ее за пояс, он поднял ее обратно на боевую площадь. — Мы убиваем и убегаем. Кейя попыталась вырваться, но хватка ваасанца была слишком сильной.
— Я не могу просто бросить ее!
— И ты не поможешь ей, убив себя, — сказал Кииньон. Обращаясь к боевому магу, он добавил:
— Доставь нас туда, и я…
Боевой маг произнес свое заклинание, ее живот поднялся к груди, и наступила холодная вечность падения. Мертвая тишина наполнила ее уши, и она почувствовала тошноту, затем она оказалась в каком-то не слишком отличном месте, земля все еще дрожала под ее ногами, а зловоние серы все еще жгло ее ноздри. Кейя почувствовала тяжесть темного меча в своей руке и, вспомнив последний раз, когда они телепортировались, начала размахивать. Ее меч не задел ничего, но знакомый эльфийский голос закричал:
— Что вы делаете, вонючие болваны? Держите свои клинки! Ваасанцы нахватались достаточно эльфийского, чтобы понять, что к ним обращаются, и Кейя оглянулась через плечо, чтобы увидеть измученную лесную эльфийку, уставившуюся на них. Несмотря на то, что эльфийка был изможденной, Кейя узнала карие глаза и лукавую улыбку купидона, как у любимого разведчика ее брата Галаэрона, Такари Лунноснежной. Лежа на земле, покрытая по плечи грязью и увядшими виноградными лозами, Такари выглядела так, словно выползала из-под земли, и это зрелище только добавляло смятения Кейе после оцепенения.
— Такари? — Кейя ахнула. — Что ты здесь делаешь?
Грохочущее облако черного дыма появилось двумя террасами ниже и начало осыпать крошечные сферы магии. Когда шары падали на землю, они взрывались потрескивающими брызгами огня, молний или шипящего зеленого тумана. Кейя почувствовала, как ее колени ослабли, когда она поняла, как близко был удар, как близко она заставила его подойти, к брызгам заклинания.
— Хорошо, что ты пришла! — сказала Такари. Увядшие виноградные лозы откатились в сторону, и из-под маскировочного брезента появилась Такари. Она была защищена немногим больше, чем рваным кожаным костюмом, продырявленным в стольких местах, что его уже нельзя было назвать броней. И на ней не было никакой магии, ни сапог секретного прохода, которые давали всем рейнджерам, служившим Эвереске, ни даже пары наручей для отвращения заклинаний, ни одного из шлемов для защиты разума, которые Эвермит послал, чтобы вооружить эльфийскую армию. Кейя жестом пригласила Такари войти в группу, когда на них упало розовое сияние. Она повернулась и увидела розовый конус магического луча, освещающего их из большого центрального глаза бехолдера на следующей террасе. С бехолдером было еще полдюжины таких же, как он, и вдвое больше пожирателей разума.
— Клыки Ллос! — Кииньон выругался. — Через стену!
У Кейи не было возможности подчиниться. Кул уже поднял ее за пояс, обхватил рукой размером с ткаэрта и нырнул через стену. Кейя едва успела повернуть лезвие своего темного меча, прежде чем они опустились с другой стороны, Кул рухнул на землю словно роф, и Кейя приземлилась на него, легкая, как перышко. Берлен пронесся над их головами и рухнул рядом с ними грудой грохочущих доспехов.
— Не высовываться! — крикнул Кииньон откуда-то из-за ног Кейи. — Приготовь свои магические стрелы.
— Магические стрелы? — боевой маг ахнул. — Нам нужно уходить ... и немедленно!
— Делай что говорю! — приказал Кииньон. — Кул, Берлен, прикрывайте наши спины.
Кейе показалось, что лорд-командующий готовился к сдерживающим действиям, а не к быстрому отступлению, но, подойдя так близко к катастрофе всего несколько мгновений назад, она знала, что лучше не подвергать сомнению приказ. Она соскользнула с Кула как раз вовремя, чтобы не быть раздавленной, когда он перекатился на живот и пополз по террасе. Розовое сияние антимагического луча исчезло, и едкий запах каменной пыли начал наполнять воздух, когда бехолдеры провели своими
