противопоставить, и вы это понимаете. И все присутствующие это понимают. Вы могли предложить защиту, но вместо этого решили выкручивать нам руки. Уезжайте, господин Огневский, вам, как и Берским, больше не рады в этом доме.
Я настолько часто слышала холод в голосах Ивана и отца, что подражать ему оказалось не так сложно. Да, изнутри эмоции кипели, но внешне мне удалось оставаться спокойной.
Яровлад вспыхнул алым пламенем, однако Олеся Огнеборская тут же погасила его, вцепилась в руку своего князя и потащила его на выход, неожиданно виноватым и извиняющимся взглядом одарив меня на прощание. Белосокольские окружили остальных огневиков белым буфером и проследили за тем, чтобы те покинули терем. Пока остальные уходили, Надежда Агафоновна подошла ко мне, приобняла и сказала:
— Так-то, девочка. Никому не давай спуску. Соболезную.
— Благодарю за соболезнования и за содействие.
Знахарские ушли, а вот их ближайший союзник и соратник Полозовский остался и подошёл ко мне:
— Анастасия Васильевна, позвольте выразить свои соболезнования в связи с вашей утратой, а также подчеркнуть восхищение вашей стойкостью и мужеством. Я бы также хотел попросить дозволения остаться рядом с вами и оказать поддержку.
Зелёные глаза смотрели на меня с сочувствием и симпатией, и я немного расслабилась.
— Благодарю за сопереживание и ваше предложение, Мирияд Демьянович…
— Я также хочу сообщить вам пару слов наедине, если вы не возражаете. Это напрямую касается безопасности вашего клана.
Я колебалась лишь секунду: информация сейчас имеет огромное значение, и мне необходимо выслушать его, даже если хочется поскорее избавиться от посторонних.
— Мама, прошу тебя, задержи Ольтарских и господина Рублёвского, его я бы тоже хотела поблагодарить отдельно. Я отойду на пару минут.
Дождавшись её царственного кивка, я отвела Полозовского в пустую игровую комнату, соседствующую с главной залой.
— Я вас слушаю.
— Анастасия Васильевна, для начала я хотел сообщить вам, что клан Полозовских был готов защищать вас и вашу семью. Мы с вашим отцом не смогли договориться о размере вена, однако это не означает, что вы мне не понравились, — он проникновенно посмотрел мне в глаза: — Я хочу защитить вас, Анастасия Васильевна. В первую очередь — от Врановского.
— Что вы имеете в виду?
Поль оживился на плече Полозовского, едва слышно зашипел и высунул раздвоенный язык. Глаза с вертикальными зрачками смотрели на меня неотрывно, а треугольная голова мягко покачивалась, словно намереваясь ввести в транс.
— После того, как всё мужское крыло вашего терема было поднято по тревоге из-за пожара, я сразу же понял, чем Разумовским грозит подобный расклад. Наряду с Врановским я предложил защиту вашей матери, однако она предпочла довериться воронам. Очень опрометчиво, на мой взгляд. Посмотрите на их мотивы трезво: они уже втянули ваш клан в войну, которую вы не можете себе позволить. Следующим шагом они наводнят Синеград обряженными в чёрное войсками, поселятся в вашей библиотеке и обручатся с вами и вашими сёстрами, а с вашим маленьким братом через пару лет произойдёт трагический несчастный случай. И всё. На этом клан Разумовских перестанет существовать, а Синеград превратится в новую вотчину Врановских. Вы же понимаете их мотивы — им давно тесно в рамках своей территории, они — один из самых многочисленных кланов. Захватив территории Берских и Синеград, они получат прямой доступ к Пресному морю с прекрасной логистической системой рек. Не будьте пешкой в чужой игре. Позвольте мне остаться рядом с вами в качестве стороннего наблюдателя и советчика. Я не убивал вашего отца. Вы знаете, что я говорю правду.
Я машинальным движением поправила локон, выбившийся из наскоро скрученного пучка, и измученно улыбнулась:
— Мирияд Демьянович, как оказалось, правда — такая эфемерность. Борис Михайлович тоже якобы говорил правду и когда сказал, что провёл ночь со мной, и когда утверждал, что не убивал моего отца. В обоих случаях он лгал. Нет, только не думайте, что я пытаюсь обвинить вас во лжи!.. Однако я оказалась в ситуации, когда даже своему дару доверять больше не в состоянии…
Сказав это, я вдруг осеклась. А что, если Берский действительно не лгал, а верил в свои слова? Что, если на него навели дурман? Галлюцинации? На такое способен только один клан, и я сейчас стою перед его представителем.
Поль, сверкающий изумрудной чешуёй, покачнулся. Я изо всех сил сдерживалась, чтобы с визгом не кинуться прочь, спрятавшись за шахматным столом.
Это было бы недостойно княжны. И недостойно Разумовских.
Я сжимала в кулаке алтарные кольца, и лишь они придавали мне сил.
Полозовский сощурился:
— Зря, Анастасия Васильевна, дару нужно доверять. Значит, говорите, Берский верил в свои слова? Очень любопытно. В таком случае я крайне настоятельно прошу дозволить мне остаться подле вас. Врановские затеяли игру, в которой вы можете оказаться жертвой.
Затянутая в перчатку рука накрыла мою ладонь. Я смотрела в холёное, необычайно красивое лицо Мирияда и думала о том, что своими действиями Врановский пока доказывает обратное, а Полозовский ничего не сделал, чтобы меня защитить. Это не он прогнал Берского, не он вступился за мою честь и не он публично заявил о своём покровительстве и сразу же продемонстрировал его. Заявление Берского о том, что ночь мы провели вместе, — серьёзное оскорбление. И Врановский не стал спускать его на тормозах.
— То, о чём вы говорите, требует запредельных ресурсов. Объединение такого количества кланов подразумевает в первую очередь общие алтари. Неужели вы считаете, что Врановские вот так запросто способны возвести как минимум три новых алтаря — в Преображенске, Берграде и Синеграде?
— Я говорю о том, что стратегически их притязания вполне очевидны.
Для меня не менее очевидными были притязания самого Полозовского. В конце концов, чтобы слиться с Синеградом, Врановским необходимо полностью уничтожить Берских, заменить их алтари на свои собственные, зачистить разделяющие наши кланы топи и только тогда присоединить к себе Синеград…
Вряд ли хоть у одного клана есть ресурсы на подобное. Кажется, возведение нового алтаря стоит десять миллионов.
Возможна ли переделка старого? Вряд ли. Дело ведь в крови, камень впитывает её и приобретает сродство с ней. Доступ к алтарю можно обрести лишь после обряда обмена кровью: при заключении брака или при усыновлении. Исключение только одно — беременность. Женщина, беременная от носителя нужной крови, также может питаться от алтаря, но только до момента родов — только в то время, пока носит в себе дитя.
Если Врановские хотят захватить клан Берских силой, то им нельзя оставлять мятежных и непокорных оборотников в живых. Придётся раскошелиться на два новых алтаря, что астрономически дорого.
А вот
