не проводилось операций на подобную или даже близкую к ней сумму. Ни снятия наличных, ни выписывания чеков, ни запроса векселей.
— Спасибо, господин Рублёвский. Следующий вопрос к вам, господин Огневский: какие у вас есть доказательства того, что вы действительно выплатили вышеозначенную сумму? Без оных ситуация начинает выглядеть так, будто вы просто решили воспользоваться неразберихой и трагедией, чтобы не исполнять свою часть обязательств.
Огневский вспыхнул факелом, и пришлось вмешаться Олесе. Она накрыла плечо своего князя рукой, и пламя тут же угасло.
— Доказательств у меня нет. Я отдал векселя в руки покойному князю, а Берский их украл!
— Что ж, если вы так уверены в случившемся, то можете истребовать долг именно с Берских. В любом случае семья Разумовских никаких денег не получала, на счету или в сейфе их нет, расписку предоставить вы не можете, а в историю о векселях на предъявителя мне как-то очень слабо верится, господин Огневский. Право слово, вы же не вчера родились и прекрасно знаете, что для крупных сделок используются именные векселя или чеки. Если бы вы выписали чек, то у вас осталось бы доказательство, а в данный момент вы не смогли убедить меня в том, что выплата вена действительно состоялась. Если вы готовы предоставить доказательства прямо сейчас, то мы со Светозаром и господином Рублёвским обязательно их изучим и выступим третейскими судьями по вашему делу.
Огневский смотрел исподлобья, сверкая огненными зрачками:
— Вынужден признать, что отсутствие расписки и оплата векселями на предъявителя — действительно моя ошибка и следствие глубокого доверия к несостоявшемуся тестю. А раз я сам ошибся, то и с последствиями разберусь сам. Я готов внести всю сумму повторно. Чеком.
Я похолодела и шагнула вперёд:
— В текущих обстоятельствах о бракосочетании не может быть и речи — наша семья сейчас переживает сильнейшее горе и будет носить траур по отцу и брату! Я отказываюсь соблюдать подписанный отцом договор, так как без передачи денег он ещё не вступил в силу. Я не принимаю ваше вено в виду обстоятельств непреодолимой силы, не дозволяющих мне вступить в брак!
— Анастасия Васильевна, позвольте мне самому объяснить господину Огневскому, что условия заключённого договора будут соблюдены лишь в том случае, если он уже заплатил вено, как и сообщил нам. Ведь в противном случае у меня возникают подозрения в его неблагонадёжности, а как ваш защитник, я не могу допустить ваш брак с человеком, пытающимся воспользоваться вашей трагедией ради собственной выгоды. Подчеркну, что я не говорю сейчас конкретно о Яровладе Огневском, а имею в виду любого кандидата в ваши потенциальные мужья. Как человек ответственный, я могу доверить вашу жизнь и безопасность лишь тому, кто будет заботиться о вас должным образом. На данный момент для эмоционального и физического благополучия всем членам семьи Разумовских будет лучше остаться дома, в Синеграде.
— Ты просто хочешь жениться на ней сам! — рявкнул Огневский, воспламеняясь снова.
— Это правда. Однако я готов заверить и вас, и всех присутствующих, что принуждать Анастасию Васильевну к браку не стану, особенно в момент, когда она носит траур. Если в будущем она мне откажет, то насильно под венец я её не поведу. Видите ли, господин Огневский, в отличие от некоторых присутствующих и недавно убывших, я не вижу никакого удовольствия в запугивании женщин и причинении им боли.
— Если один из моих братьев вдруг решит обидеть девушку, я лично отсеку ему то, что мешает думать. Голову… или не голову, — раздался звонкий голос Мораны. — Поэтому не беспокойтесь, господин хороший, разберёмся без вас.
— Подытожу: если прямо сейчас вы, господин Огневский, не предоставите достоверные и исчерпывающие доказательства получения Разумовскими денег, княжну Анастасию Васильевну вы не получите. Есть у вас доказательства?
Разлившаяся по зале могильная тишина была для моих ушей лучше всякой музыки.
— Лучше ты сам скажи, где ты был во время убийства! — прошипел Огневский. — А то уж больно охотно ты тут распоряжаешься!
— В момент убийства я находился в компании княжичей Светозара Белосокольского, Альбина Соколовского и моего младшего брата Дарена. Клянусь честью клана, что я не убивал Василия и Ивана Разумовских. Пусть тени будут мне свидетелями.
Мгла на полу всколыхнулась и согласно припала к ногам Александра, а я испытала дикое облегчение, потому что если говорить о выгоде, то от смерти отца и брата пока что больше всех выиграл именно Врановский. Особенно, если он искал достойный повод объявить Берским войну. Но даже если он ничего подобного не планировал и лишь воспользовался ситуацией, чтобы показать другим кланам свою мощь, то цели своей добился в любом случае.
Я не знала, восхищаться им или опасаться его. Слишком быстро и круто он взял разбег, однако мне всё ещё требовалась защита от Огневских, поэтому я молчала и лихорадочно обдумывала расстановку сил.
На самом деле в данную секунду уже не так важно, кто именно убил отца и брата — их ни при каком раскладе не вернуть. Важнее то, как действовать дальше. Если я не хочу окончательно отдать бразды правления Врановскому, то нужно собраться с мыслями и действовать, а не лепетать, когда всё вокруг решается за меня.
Я подняла взгляд на Яровлада, сжала в кулаке алтарные кольца и заговорила:
— Господин Огневский не сможет предоставить никаких доказательств совершения оплаты. Судя по его эмоциям, у него их нет и не было. Я отказываюсь выходить за него замуж, и даже если вы, Александр Теневладович, станете на этом настаивать, решения своего не изменю. Позвольте мне уважить память погибших полагающимся трауром. А теперь, господа, я надеюсь на ваше понимание и прошу вас разойтись по домам, чтобы дать нашей семье возможность оплакать потерю в мире и спокойствии. Александр Теневладович, моя просьба не касается вас. Пожалуйста, останьтесь, чтобы я смогла переговорить с вами и поблагодарить за защиту, оказанную нашему клану.
Я наконец собралась с силами и с вызовом посмотрела на гостей, которые всё ещё жаждали драмы и зрелищ.
— По подписанному твоим отцом договору я имею право внести вено до конца сегодняшнего дня, — самоуверенно заявил Огневский.
— Однако в договоре наверняка нет ни строчки о том, что я обязана его принять. Я с вами никакого договора не заключала, а если вы чем-то недовольны, то можете предъявить претензии моему покойному отцу. Я рассматриваю ваше поведение как угрозу благополучию клана Разумовских. Если бы не защита Врановских, нам наверняка пришлось бы согласиться на ваши требования, невзирая на то, что никаких денег вы не платили. Мы просто ничего не смогли бы вам
