герцог точно не достал.
Но перед дверью в кабинет Лейтона я в нерешительности остановилась. Получится ли у меня с ним все так просто, как с Виолеттой? По-хорошему, надо провести процедуру исцеления под присмотром других врачей. Вдруг сердце не выдержит вмешательства? Страшно. Но и оставить все как есть я не могу.
До ушей донеслись чьи-то голоса, и я напряглась.
Граф не один? Наверное, тогда позже зайду.
Но только повернулась, как услышала знакомое имя. Охнув, я снова подалась к двери, прислушиваясь, ведь голоса тех, кто говорил о нем, тоже показались мне знакомыми.
Даниэль? Они ведь про него?
В груди все сжалось от страха, когда я уловила суть разговора. Похоже, к Лейтону явились те гады из Канцелярии и собираются забрать пленного. Главврач против, но они твердят про какой-то приказ.
Вот же черт!
Отпрянув от двери, я бросилась по коридору в сторону палаты Даниэля, с трудом представляя, что теперь делать. Но я просто обязана его предупредить!
Мне не было нужды представлять, что с ним сделают, когда он попадет в лапы этих следаков. И допрос с помощью химии — это еще не самое страшное. А уж если вспомнить про магию, то и вовсе жутко становится от того, что они могут придумать.
Охранник, что караулил Даниэля, лишь удивленно взглянул на запыхавшуюся меня, пропуская внутрь. Повезло, что я как раз в это время проводила сеансы лечения и, благодаря протекции Лейтона, моя персона не вызывала подозрений. Разве что у тех сволочей, которые сейчас ругались с графом.
— Лира? — Даниэль улыбнулся мне, привстав навстречу. — Думал, ты больше не придешь. Я ведь...
— Все потом! — осадила я его, с тревогой косясь на дверь.
Подбежав к мужчине, я склонилась над ним, чувствуя, как стремительно утекает время.
— Даниэль, за тобой пришли! — прошептала я в страхе. — Тебе надо срочно бежать!
Замерев на мгновение, мужчина подорвался в постели и скривился, когда наручники впились в руку. В глазах его промелькнула растерянность, но он тут же взял себя в руки и сухо спросил:
— Кто именно?
Усевшись на край кровати, я выдохнула, чувствуя себя так, будто несколько километров пробежала. Сердце выпрыгивало из груди, и колени дрожали от слабости, ведь я боялась не только за Даниэля, но и за себя.
— Сыщики из Тайной канцелярии, что допрашивали нас. Они с минуты на минуту будут тут. Придумать нормальный план побега ты, я так понимаю, еще не успел?
— Были мысли, но все они трудноосуществимы. — Даниэль печально усмехнулся.
На миг показалось, что он смирился с судьбой, но я сдаваться не собиралась. Этот мужчина стал мне слишком дорог, чтобы я осталась в стороне.
— Тогда так, — деловым тоном заявила я, выуживая из кармана тонкую, но прочную заколку, похожую на привычную мне невидимку. — Сможешь открыть наручники вот этим?
— Думаю, да, — кивнул мужчина, забирая невидимку.
Он сразу же начал ковыряться в замке наручников, а я позволила себе улыбку, видя его сосредоточенность. Кажется, ожил.
— Что дальше? — не глядя, поинтересовался Даниэль. — Ты же понимаешь, что просто так мне отсюда не выбраться?..
— Притворись, что взял меня в заложницы, — перебила я его решительно, положив рядом с ним скальпель, который, по счастью, был со мной. — Прикройся мной и выбирайся отсюда!
Лицо мужчины вытянулось, и он ошарашенно выдавил:
— Но как же?..
— Не бойся, мне не причинят вреда, иначе герцог Далтон их порвет.
— Далтон? — Ревность во взгляде Даниэля была столь явственной, что мне стало не по себе. — Что вас связывает?
С досадой поморщившись, я протянула ему скальпель, злясь на него. Нашел время для этого!
— Это сейчас неважно, забудь. Делай, как я говорю!
Но Даниэль лишь покачал головой:
— Нет, Лира, я не могу так рисковать тобой.
— А я не могу позволить, чтобы они тебя забрали! — яростно бросила я и чуть мягче добавила: — Все будет хорошо. Я все равно не собираюсь тут задерживаться.
— Вот как? — Мужчина нахмурился. А потом ошарашил: — Лира. Спрошу еще раз. Пойдешь со мной?
Судорожно выдохнув, я отвела взгляд.
Ох, если бы я сама знала... Может, и правда это будет лучшим выходом?
— Я хочу, правда. Но...
Взгляд Даниэля потемнел, и он вскочил с кровати. Выхватил скальпель у меня из рук и шагнул к двери.
— Можешь не продолжать. Я понял. Сам попробую прорваться. Пожелай удачи.
Вот же упрямый баран! Да что с ним не так?
Сердце чуть не остановилось, когда в коридоре послышались быстрые шаги и громкие, взбудораженные голоса. Не успели! Надо было сразу тащить Даниэля за собой без лишних уговоров и не пытаться его убедить. Проклятье!
Замешательство продлилось недолго, и я почти сразу бросилась к Даниэлю, прижавшись к нему и лишая его выбора. Теперь ему никуда от меня не деться.
Мужчина это тоже понял, судя по недовольству во взгляде. Однако переигрывать все было уже поздно. Дверь распахнулась, и внутрь ворвались следователи, имен которых я даже не запомнила. Настолько сильно перенервничала в прошлую нашу встречу с ними.
Даниэль среагировал мгновенно. Схватил меня, приставив к горлу скальпель, и угрожающе прорычал, обращаясь к замершим в изумлении сыщикам, тут же потянувшимся к висящим на поясе револьверам:
— Бросьте оружие и отойдите! Иначе я ее убью!
Глава 40
— Прошу... — умоляюще посмотрела я на них, старательно изображая страх. — Сделайте, как он просит! Я не хочу умирать...
Впрочем, мне действительно было страшно, и особо притворяться не пришлось. Но я, кажется, ошиблась, и этим двоим было плевать на меня.
Несмотря на угрозы Даниэля и мою мольбу, они достали револьверы, нацелившись на нас. То ли настолько были уверены в себе, то ли не боялись герцога. И неизвестно, чем бы все закончилось, если бы в палате не появился тот, о ком я только что думала. Герцог Далтон собственной персоной, причем на своих двоих. А за его спиной — гвардейцы и бледный, напуганный охранник, трясущимися руками сжимающий саблю.
— Что здесь происходит?! Опустить оружие!
Гневный голос мужчины эхом разнесся по комнате, и сыщики, обернувшись, замерли в растерянности. Узнали, видно, и теперь не понимали, что делать. Я ощутила, как дрогнула рука Даниэля, и испугалась, что он передумает бежать. Воображение живо нарисовало картинку, как его расстреливают из револьвера при попытке сбежать, и я, вздрогнув, посмотрела на Далтона, подбирая нужные слова.
Но Даниэль опередил меня.
— Эй ты, скажи этим двоим, чтобы пропустили меня! Я знаю, они пришли за мной, и я не собираюсь гнить в застенках! Терять мне нечего, кроме жизни, но
