кто ты, но ничего не могу с собой поделать.
Его откровение окончательно выбило меня из колеи. Наверное, поэтому, когда он меня поцеловал, я его не оттолкнула. И уж точно не потому, что влюбилась в него, как последняя дура. Нет, точно не поэтому!
Глава 37
Ох, до чего же хорошо он целуется... Умом понимала, что пора прекращать это, пока нас не застукали. Но как же не хотелось прерываться!
Сама потянулась навстречу Даниэлю, отвечая на его поцелуй со всей нерастраченной нежностью, и он прижал меня к себе так, что дух перехватило. А губы мужчины уже на моей шее, и его жаркое дыхание обжигает, а ласковые руки, обвившие мою талию, будят во мне желание и разжигают пламя страсти, окончательно срывая все запреты. Кажется, меня еще никогда так никто не целовал...
Но остатки благоразумия во мне твердили, что нужно остановиться, иначе мы сами себя погубим. И неизвестно, до чего бы дело дошло, если бы нас не спугнули громкие голоса, раздавшиеся в коридоре.
Я тут же отпрянула от Даниэля, как от прокаженного, тяжело дыша от охвативших эмоций. С огромным сожалением во взгляде он выпустил меня из объятий и снова лег на подушку как ни в чем не бывало. Голоса стали тише, а потом и вовсе пропали, и я выдохнула.
Фух, кажется, пронесло. Не к нам. Однако ж теперь у меня и мысли не возникло снова лезть к мужчине с поцелуями.
Боже, что я только что творила?
Испытывая страшную неловкость, я вскочила с кровати, собираясь трусливо сбежать. Но лишь сделала шаг к двери, как Даниэль меня окликнул:
— Лира! Может... пойдешь со мной?
Сердце сладко сжалось, и я замерла, боясь повернуться и взглянуть ему в глаза. Иначе точно не устою.
— Куда? — вздохнула я, терзаясь сомнениями и коря себя за то, что говорю это. — Ты ведь так и не вспомнил, кто ты. И что меня ждет в твоем королевстве, тоже неизвестно. Уверен, что там мне будет место?
Даниэль шумно вздохнул, и я чуть ли не вживую ощутила его разочарование.
— Прости, не подумал, — глухо бросил он. — Забудь о моем предложении, это и вправду было глупо.
Стиснув зубы, чтобы не ляпнуть лишнего, о чем потом буду сожалеть, я обернулась и молча кивнула. А потом как ошпаренная выскочила из палаты в расстроенных чувствах.
Как говорится, и хочется, и колется. Мужчина, конечно, сводил меня с ума, но не настолько, чтобы бездумно последовать за ним. А жаль...
Совершенно потерянная, я побрела по коридору в сторону ординаторской. Пришло время очередного урока у Джареда — целителя первого ранга, которого Лейтон назначил моим временным наставником по договоренности с герцогом. Впрочем, думаю, главврач и так бы не оставил меня без присмотра, уж больно необычным и своеобразным был мой дар.
Урок прошел как обычно, и спокойный, как айсберг, пожилой целитель выдал мне очередную порцию теории, а после заставил до посинения отрабатывать простейшие базовые упражнения с магической энергией: концентрация, захват, уплотнение и управляемое воздействие. Чтобы все эти этапы довести до автоматизма и перейти к более сложным вещам.
Разумеется, за оставшееся время я вряд ли смогу достичь весомых результатов и овладеть высшей магией пока не удастся. Но эти занятия помогли мне разобраться в собственном даре и научиться управлять им. В какой-то степени мне было проще, чем местным магам, ведь они почти с самого рождения учились, тренировались и старались подчинить себе силу, а после сами выбирали свою специализацию и строго следовали привычным правилам, зажатые в рамки стереотипов.
Мне же во взрослом возрасте достался уже готовый дар, полностью сформированный, но в то же время пластичный. Ведь мой мозг не был ограничен навязанными нормами и правилами, и я, не зная границ, творила, что хотела. Даже то, что не укладывалось в привычную картину мира здешних целителей. Например, одной лишь магией очистила кровь от заражения, как проделала это с Далтоном, будь он неладен.
Попрощавшись с Джаредом, окрыленная собственными успехами, я вышла из лаборатории, где он проводил урок. Сегодняшнее занятие далось мне легко, будто я скакнула на очередную ступень обращения с даром. Даже привычные упражнения выполнила в два раза быстрей, а когда целитель предложил мне воскресить почти засохший комнатный цветок, используя исключительно интуицию и импровизируя, растение ожило буквально на глазах всего за пару воздействий.
Не знаю, почему он не стал обучать классическим приемам, но это, кажется, было верным решением, ведь иначе он бы тоже загнал меня в рамки, лишив свободы действий и воображения. И что удивительно, сейчас я чувствовала в себе силы исцелить и Лейтона, и Виолетту, практически не сомневаясь в успехе. Тем более для этого была веская причина — как можно скорей убраться из города.
Однако если в случае с графом было достаточно всего одной ошибки, неловкости или неверного решения, чтобы навредить еще больше, то у Виолетты случай был все же попроще, и начать я решила с нее.
Страшно, конечно, просто жуть... Но если не попытаюсь, буду жалеть всю оставшуюся жизнь. Не боялась же я, когда лечила Адриана или Далтона, так чего сейчас испугалась?
Взбодрив себя такими мыслями, я развернулась в нужную сторону, решив, что обед подождет. Сначала Виолетта. А там, если все получится, можно и к Лейтону наведаться.
Глава 38
Рыжулька встретила меня с радостью, ведь я осталась единственной в госпитале, с кем она общалась. Шарлотта с Агнессой выписались, и с новыми соседями по палате Виолетта так и не нашла общего языка. Слишком стеснительной она была, и удивительно, как те двое вообще нашли к ней подход.
— Ты так редко приходишь, — вздохнула девочка, когда я выпустила ее из объятий.
— Прости, дела, — повинилась я. — Вот только нашлась свободная минутка. Ты поэтому такая грустная?
— Нет. — Виолетта замотала головой. — Просто устала здесь находиться. Почти два месяца в госпитале, а толку нет. И даже поговорить не с кем.
Я покосилась на ее соседку по кровати, довольно молодую и красивую девушку, по возрасту чуть старше Виолетты.
— А она чем не собеседник? — тихо спросила я, наклонившись к девочке.
— Ой, да Лина та еще воображала... — скривилась Виолетта, тоже понизив голос. — Вечно корчит из себя не пойми что, а всего лишь дочь барона.
Фыркнув насмешливо, я решила перейти к делу, иначе так и проболтаем до самого вечера. Со мной Виолетта была весьма словоохотлива и всегда спешила вывалить на меня последние сплетни,
