герцог Далтон.
Чтоб его диарея замучила!
По-быстрому глянув расписание, я убедилась, что на сегодня дел у меня до самого вечера больше нет, и не стала переодеваться. Кроме Даниэля, которого поручили мне в качестве объекта, на котором я могла бы тренировать свой дар, у меня не было пациентов. Я подозревала, с чьей легкой руки этого военнопленного сделали моим подопытным, и была рада, что он не достался никому другому. Кто знает, какие бы эксперименты на нем ставили тогда?
А обязанности, которые на меня свесили помимо этого, заключались в ежедневном обходе нескольких палат, что закрепили за мной, и выполнении всяческих процедур. Скучно и обыденно, но я бы уж лучше поскучала, чем постоянно нервничать то из-за завистников, то из-за наглых аристократов, которым никак неймется.
Пользуясь свободным временем, я решила прогуляться и немного подумать. Например, о том, где взять жениха. Такого, кто не испугается самого герцога. И ведь даже кандидатур подходящих нет... Не Даниэля же Далтону предъявлять?
Мысль об этом вызвала у меня смущение, и на мгновение захотелось, чтобы это было правдой. Но такое могло случиться разве что в моих мечтах. Мы по разные стороны баррикад, и никто просто не позволит нам быть вместе. Пусть мы этого очень и захотели бы...
Укутавшись в шаль, я тайком, через черный ход, выбралась на улицу, страшась снова столкнуться с герцогом, но мне повезло, и я не встретила никого, кроме уборщицы, яростно драившей полы коридора. А после я не спеша побрела по главному проспекту, отстраненно любуясь на игру бликов в отражениях луж и на зеленые скверы, манящие уютными скамейками и красивыми декоративными фонтанчиками, украшенными мозаикой.
Город пусть и считался крупным, как-никак столица, но мне казался совершенно провинциальным и милым, и если бы я могла, то осталась бы здесь насовсем. Работала бы потихоньку, развивалась, строила карьеру — глядишь, и домик бы прикупила со временем да доросла бы до главы отделения. Но нет же, проявила благородство и спасла того, кого вовсе не надо было спасать! Так что теперь остается только пенять на саму себя и думать, куда сбежать от Далтона, чтобы тот не смог до меня дотянуться.
Купив ароматную, свежую булочку в одной из пекарен по пути, я устроилась в одном из скверов, в задумчивости слопав сразу половину от того, что было. А потом налетели вездесущие голуби, закружив вокруг меня и заворковав, выпрашивая лакомство. Пришлось поделиться, отдав им оставшееся.
— Боитесь испортить фигуру? — раздался рядом насмешливый голос. — Бросьте, вы и так прекрасны, миледи.
Вскинув испуганно голову, я увидела возле соседней скамейки смутно знакомого мужчину. Явно из простолюдинов, но держится с достоинством, а одежда хоть и простая, но чистая и идеально выглаженная.
Где же я его видела?
— Неужто вы забыли того, кто обязан вам жизнью? — шагнув ко мне, усмехнулся мужчина в ответ на мой недоуменный взгляд. — Вы ведь тогда поистине чудо совершили.
Адриан? Тот бедняга, что угодил под копыта лошади?
Неудивительно, что я не узнала его, ведь стоящий передо мной пышущий жизнью мужчина ничуть не походил на того бледного и измученного бродягу, что валялся посреди мостовой. Пожалуй, если его сейчас приодеть, он даст фору даже Далтону.
— Добрый день, Адриан, — улыбнулась я искренне, действительно радуясь нашей встрече.
Пожалуй, это был единственный человек, кроме Лейтона, кто вызывал у меня лишь теплые чувства.
— И я рад вас видеть, миледи. — Мужчина поклонился мне, возвращая улыбку. — Кажется, нас свела сама судьба. Я ведь так и не вернул вам долг, и буду очень рад, если смогу вам хоть чем-то помочь.
— Да чем вы поможете... — грустно вздохнула я, двигаясь в сторону, чтобы освободить Адриану место. — Как Генри поживает?
Усевшись скромно на самый край на расстоянии протянутой руки, мужчина внимательно посмотрел на меня, и мне вдруг показалось, что он видит меня насквозь.
— Хорошо поживает. Я ведь недавно устроился на хорошую работу, так что теперь смогу купить ему все, что он давно хотел. И жилье нашел получше. А все благодаря вам.
— Я рада за вас, — кивнула я, отводя взгляд.
Не хотелось портить ему настроение своим кислым лицом.
— У вас что-то случилось?
Рука мужчины коснулась меня лишь на мгновение, и я, вздрогнув, снова посмотрела на него. Напрягать его собственными проблемами было бы эгоистично, ведь у него, как я поняла, жизнь и так не сахар. Но просто выговориться же я могу? Так хочется с кем-то поделиться, облегчить душу, чтобы хоть немного полегчало.
— Случилось, — все же ответила я, позволив себе маленькую слабость. — Мне срочно нужен жених.
Глава 34
Брови мужчины изумленно взлетели вверх, и он закашлялся от неожиданности. Чуть было не похлопала его по спине, следуя привычкам прошлой жизни.
— Какие интересные пожелания, миледи, — заметил с усмешкой Адриан, едва пришел в себя. — Надеюсь, вы не меня имеете в виду?
— Я вам не нравлюсь? — задала я совершенно нелогичный вопрос, уязвленная его словами.
— Ну что вы! — отозвался мужчина, жестом фокусника выудив откуда-то нежный голубой цветок и протянув его мне. Вы прекрасны, спору нет. И при иных обстоятельствах я бы за вами даже приударил. — Он вдруг спохватился, будто сказал что-то не то, и виновато добавил: — Ох, простите, миледи, за мою непочтительность!
— Да бросьте, Адриан, какая я миледи? — отмахнулась я, отчего-то глупо радуясь, что я ему все-таки интересна. — Я ведь тоже не из аристократов. И все же почему нет?
— Простите, — сквозь зубы выдавил мужчина с неким сожалением, — боюсь, я не смогу полюбить вас. Да и никого больше после смерти жены.
Охнув тихо, я посмотрела на него сочувственно, но расспрашивать не спешила. Наверняка ему больно об этом говорить, захочет — сам расскажет.
И, видимо, не одной мне хотелось выговориться, потому что уже спустя минуту Адриан продолжил рассказ, невесело глядя вдаль.
— Я очень любил Хелен. Мы поженились через месяц после знакомства, и я делал все, чтобы дать ей лучшую жизнь. А когда она сообщила, что у нас будет ребенок... Клянусь, что никогда еще не был так счастлив! Но... Сначала жуткая болезнь унесла Хелен, забрав ее у меня, а после я лишился и работы. Нас с сыном выселили из дома, пришлось хвататься за любую работу и селиться в трущобах.
Он замолчал, выглядя столь печально, что мне захотелось его обнять. Но я сдержала этот неуместный порыв. Не приняты были в этом мире подобные жесты.
Думала, Адриан больше ничего не скажет, да и без того мне стало ясно,
