— сказала она. — Потому что тогда пришлось бы убить тебя.
* * *
В ту ночь и многие последующие ночи 47 минут моего пребывания в лабиринте стали сниться мне в кошмарах: поначалу я чувствовала себя счастливой. Я иду по пышным зелёным коридорам, меня окружают бабочки и омывает солнечным светом.
Потом я теряюсь. И моё беспокойство растёт. И растёт. И растёт. Высокие изгороди становятся всё выше. Я впадаю в панику, начинаю задыхаться. Живая изгородь продолжает расти, пока надо мной не остаётся лишь полоска неба.
Сон всегда заканчивался одним и тем же — я понимаю, что мне некуда бежать. Я умру в этом лабиринте.
* * *
Во вторник мы вместе смотрели очередной выпуск её шоу.
Название "Всего за 30 баксов" появилось на экране жирным жёлтым шрифтом, а затем появилась Джейн в синем фланелевом топе, закатанном до локтей, и сказала: "Привет, народ, сегодня в программе "Всего за 30 баксов" мы приготовим одно из моих самых любимых блюд — тосты с кленовым сиропом, беконом, морковью и авокадо с гарниром из сырного шпината!"
Настоящая Джейн сказала:
— Этот сырный шпинат был просто кошмаром. Мне пришлось переделывать его 39 раз.
Кухня Джейн в телевизоре была ярко освещена. На заднем плане виднелся букет фиолетовых цветов в белой вазе. Кастрюли и сковородки свисали с ряда крючков, точно так же, как на её настоящей кухне прямо у нас за спиной. Настоящая Джейн объяснила, что кухня в телевизоре была студией, перегруженной кондиционерами и, откровенно говоря, чертовски унылой.
Однако Джейн в телевизоре не выглядела подавленной. Она с довольным видом рассказывала нам, как мы очень аккуратно обернём беконом морковь, ставшую семейной реликвией, которую она купила тем утром на рынке.
Когда пришло время нарезать авокадо, она сказала: "Вскрывать этих малюток — настоящее искусство". Она ловко разрезала авокадо пополам, раздвинула края и ударила ножом по косточке. "Попался!" Она убрала нож, косточка прилипла к лезвию, и улыбнулась в камеру. "Народ, надо либо прикладывать силу, либо вообще не пытаться".
Выпуск длился полчаса и пролетел быстро. Джейн на экране завораживала, а настоящая Джейн, сидевшая рядом со мной, продолжала держать меня за руку. Это каждый раз возбуждало, поэтому я делала вид, что ничего не происходит.
Обернуть полоску бекона вокруг моркови в кленовой глазури было новой идеей, которая мне никогда не приходила в голову. Джейн рассказала в камеру, что в детстве она готовила морковь в беконе для родителей, потому что недалеко от того места, где они жили в Ардене, был фермер, который давал ей морковь бесплатно. "Моркови были огромные пакеты. Его звали Тэй-Тэй." Её отцу особенно понравился этот рецепт, потому что он был, по словам Джейн, "беконоголиком", и мама тоже считала его очень вкусным.
— Класть морковь, завёрнутую в бекон, на тост с авокадо — моё любимое домашнее блюдо, — сказала Джейн. — Потому что мы должны продолжать развиваться, верно?
Готовый продукт выглядел восхитительно, и Джейн в конце выпуска подчеркнула: "И помните: не нужно много денег, чтобы хорошо питаться".
— Что думаешь? — спросила меня настоящая Джейн.
— Ты была само совершенство, — сказал я.
— О, спасибо тебе, милая! — она обвила меня своими сильными руками, затем прошептала мне на ухо: — Ты сейчас морковка, а я бекон.
* * *
В среду стало ясно, что мы скоро закончим наши интервью, поэтому я спросила Джейн о покупке билета домой.
— Я могу уехать в выходные?
— После выходных, — сказала она, выдвигая ящик.
Мы были в её гардеробе, потому что она только что вспомнила, что у неё есть футболка, которую она хотела мне подарить.
— Хорошо, — согласилась я. — Может быть, в понедельник?
— А, вот и она! — она достала из ящика простую белую хлопчатобумажную футболку. — Знаю, это выглядит скучно, но пощупай, какая она мягкая.
Она протянула мне футболку, и я потёрла ткань пальцами:
— Такая мягкая!
— Лучшая футболка, которую ты когда-либо носила, — сказала она. — Примерь.
Я ждала, что она выйдет или хотя бы отвернётся, но она этого не сделала.
— Что? Боишься, что я увижу твой лифчик? — рассмеялась она.
Я засмеялась вместе с ней, сказав:
— Нет, ты видишь меня в купальнике каждый божий день. Я думаю, это одно и то же.
Я стянула свою футболку через голову, надеясь, что под таким углом мой живот выглядит достаточно подтянутым, и быстро надела новую. Она внимательно наблюдала за каждым моим движением, и когда я посмотрелась в огромное зеркало, она сказала:
— Эта футболка по праву принадлежит тебе.
— Мне она нравится, — сказала я. – Она простая и приятная.
Она подошла ко мне сзади и положила подбородок мне на плечо. Глядя в зеркало, она сказала:
— Простая и приятная — вот такой же и я пытаюсь быть. И не думай пока о билете, милая. Давай сначала закончим, а потом ты уедешь отсюда. А я оплачу тебе перелёт домой. Как тебе такое предложение?
— О, тебе необязательно...
— Я хочу, — сказала она и быстро чмокнула меня в щёку.
Я наблюдала за происходящим в зеркале. На Джейн была точно такая же футболка, которую она только что подарила мне, но чёрного цвета, и я подумала, что мы очень похожи.
* * *
В четверг Джейн стояла у меня за спиной точно так же, как тогда, в гардеробе, положив подбородок мне на плечо. Мы были на кухне, вместе мариновали лосося, и её руки были поверх моих.
— Ты должна по-настоящему освоить этот навык и полюбить его, — сказала она. – Ты можешь притворяться влюблённой, но настоящая любовь лучше.
Её дыхание обжигало мне шею. Сырая рыба была скользкой. Я пыталась научиться и говорила что-то, чтобы показать, что сосредоточена на поставленной задаче.
— Как долго нужно мариновать лосось? — спросила я.
— Ровно столько, сколько нужно ему, чтобы почувствовать себя любимым, — сказала она.
Я также говорила кое-что, чтобы напомнить ей и себе о будущем:
— Я приготовлю его для Энди, когда вернусь домой.
— Да, — сказала Джейн, — обязательно.
— Кстати, ты не видела посылку, которую она мне отправила? Если верить службе доставки, она уже здесь.
— Нет, — сказала она. — Не видела.
Затем она отошла, чтобы вымыть руки:
— По-моему, лосось уже дошёл.
* * *
Когда мы ели лосося во внутреннем дворике, она сказала мне, что только что получила
