слышно скрипнула, когда он сжал пальцы, но тотчас опомнился и поспешил поставить свою драгоценность на ближайшую тумбочку.
– Как же хорошо, что у меня есть запасная картотека. – Душегуб перевёл ласковый взгляд на чемодан, в который успел спрятать волосы некоторых трупов из морга. – Жаль только, Фелза отстранили. Значит, придётся использовать другое прикрытие.
Встав на колени, он открыл чемодан и среди бумажных свёртков аккуратно достал конверт с подписью «Донахью». Устрашающая улыбка исказила его губы, когда он задался вопросом:
– Интересно, а он там ещё не подох от истощения?
Душегуб хмыкнул, скалясь. Но тут его взгляд опустился к светловолосому парику, который он совсем недавно надевал. Под ним был ещё десяток других, выглядывающих из потайного отсека. Специальную перегородку сегодня пришлось снять, чтобы увеличить вместимость чемодана.
– М-да, – ворчливо вздохнул старик, – как жаль, что Зора всё-таки догадалась. Не без помощи этой куклы. Как её там зовут? Ви…
Но договорить он не успел, потому что за его спиной раздался громкий стук в дверь. Не на шутку перепугавшись, душегуб поспешил закрыть чемодан. Затем остервенело подскочил, желая придушить собственными руками того, кто надумал столь бесцеремонно наведаться к нему домой, но услышал снаружи знакомый голос.
– Мистер Шейнсберг? – позвала рыженькая девушка.
Душегуб нахмурился, припоминая имя студентки.
– Как же её там звали? – тихонько проворчал старик .
Но тут рыжая отличница из предвыпускного курса решила упростить ему задачу, потому что прокричала довольно громко:
– Это я, Пфайфер Питти.
– А… – Душегуб облизнулся, чувствуя, как голодный спазм скрутил внутренности узлом. – Вот и прибыла свежая энергия.
– Что? – Девушка будто услышала его шёпот. – Лени, вы там? Я бы хотела узнать, как у вас дела и, если нужно, хоть чем-то помочь.
Старик потянулся к замочной щеколде и медленно открыл дверь, с интересом впитывая каждую эмоцию студентки, пришедшую не в то время и не в то место.
– Ой… – Питти удивлённо приоткрыла рот. – А… а я думала, здесь живёт мистер Шейнсберг…
– Да, это так, – хитренько улыбнулся старик. – Вы пришли по адресу, молодая госпожа.
– Что? Э…
– Не переживайте, Лени мой сын. – хмыкнул душегуб. – Если хотите его увидеть, можете зайти и подождать, он скоро придёт.
– Но… – Кинув оценивающий взгляд за спину старика, девушка не спешила заходить внутрь. А когда заметила устрашающий беспорядок и почуяла жуткий зловонный запах, то поморщилась и поспешила отказать. – Я лучше его на улице подожду, спасибо!
– М… гм… – недовольно осклабился старик. – Что ж, ждите, коли вам так хочется.
Не дожидаясь ответа, душегуб поспешил закрыть дверь. В его голове уже успел созреть мстительный план, из-за которого ему, к сожалению, придётся использовать сосуд из невосполнимых запасов.
– Ну, сегодня особенный день, – пожал плечами душегуб. Дверная щеколда скрипнула, когда он повернул её пальцами. Затем развернулся и зашагал в глубь квартиры, не разуваясь.
Дойдя до одной из комнат, он с интересом заглянул в приоткрытую дверь.
– Мм-м, – промычал он, глядя на плавающие в формальдегиде части тел в ёмкостях на полках. Опустил глаза к пластинированным трупам, лежащим на ковре в центре комнаты. – Сегодня не до экспериментов. Сил нет.
Душегуб горько вздохнул и отправился дальше, насвистывая мотив одному ему известной песенки. За следующей дверью глухого коридора скрывался глубокий шкаф, от пола до потолка заставленный глиняно-фарфоровыми сосудами душ разного размера, формы и объёма.
– Хм… – Старик задумчиво пощипал губу, когда его взгляд блуждал по полкам. – Кого бы выбрать… Может быть, Уинслиан? Всё равно эта звезда участка ушла со сцены и перестала нам мешать. Поэтому и план его шантажа тоже провалился…
Взяв в руки коричневые матовые песочные часы, он потряс вещицу и громко хмыкнул, прислушиваясь к звенящей тишине.
– Нет, у неё слабенькая душонка. – Старик поморщился. – Маловато будет. Тогда… – Он поставил сосуд на место, протянул руку вглубь и достал оттуда сосуд, подписанный «Аспирант Шейнсберг». Убийственная улыбка отразилась на устах лиходея, когда он гаденько произнёс: – Скажи спасибо своей студентке, Лени. По её прихоти ты сегодня станешь моим ужином.
Причмокнув губами, душегуб спешно закрыл дверцу шкафа и в приподнятом настроении отправился на кухню поджигать огонь под перегонным кубом, чтобы сделать себе новую порцию эссенции жизни.
– И почему меня все называют могильщиком? – проворчал он, вновь заглядывая в комнату для экспериментов. – Ведь я же, в сущности, уникум, который умеет и химичить, и колдовать благодаря гримуарам, и даже кукол приручать. Ну, мне так даже лучше. Меньше мороки. Иначе Кровавый бы спросил с меня за троих.
Душегуб вздохнул, взвешивая в руках заполненный сосуд души.
– Уж лучше бы я примкнул к фанатикам, чесслово, – продолжил он ворчать, шаркая по полу заплетающимися от усталости ногами. – Ну, моя неугомонная натура вряд ли бы ужилась с этим гниющим моамбальцем. С другой стороны, он-то видел Кровавого вблизи, а я нет.
Вздрогнув, старик вдруг что-то понял, поэтому поспешил на кухню, чтобы поскорее восполнить силы и заявиться в подземелье к остальным, пока его не начали искать и не доложили настоящему начальству об исчезновении.
Глава 16. Фелз
Главное управление полиции, расположенное на Сорок седьмой улице, встречало Вианон чёрными провалами погашенных к концу рабочего дня окон, высокими бетонными стенами и строгой, прямоугольной, уныло-серой архитектурой всего здания полицейского участка в частности.
Нона наконец-то получила у Эдвина разрешение на вывоз трупа старика из морга, а значит, очень скоро она сможет найти покой, решив проблему, мешающую ей единолично управлять своим фарфоровым телом. По крайней мере, она очень сильно на это надеялась, поэтому не перечила маме и делала всё, что та велела или хотя бы просто намекала. Но, несмотря на это, зрачки куклы то и дело дёргались, особенно когда впитанный сосудом остаток чужой души пытался перехватить управление.
Без всяких проблем, благодаря разрешительной бумажке, Вианон быстренько миновала пост охраны и вошла во внутренний дворик ГУП, загороженный высоким, окрашенным в чёрный цвет чугунным забором. Пересекла его и остановилась у двустворчатой высокой двери, ведущей в пятиэтажное отделение криминалистической экспертизы и здание морга, соединённое с последним узким
